Исторический сайт

Багира

Суббота, 07 21st

Последнее обновлениеПт, 20 Июль 2018 11pm

Первая банда на колёсах

Журнал: Мир криминала №10, май 2017 года
Рубрика: Мастера уголовных дел
Автор: Валерий Ярхо

Фото: ограбление на автомобилеКомпания московских налётчиков не искала дешёвой популярности, поэтому известие о преступлении в Сокольниках затерялось в разделах происшествий и судебных отчётах московских газет. Однако история с налётом на артельщика фабрики Динга даёт основание утверждать, что первый «автомобильный налёт» был совершён именно в Москве, по крайней мере, на восемь месяцев ранее, чем это произошло в Париже.

Трое из таксомотора

В начале 1910-х годов автомобили для москвичей довольно быстро перестали быть диковинкой и экзотикой. Если году в 1905-м или 1906-м, увидев «самоходный экипаж», на него ещё показывали пальцем, то через пару лет на них обращали внимание, разве чтобы рассмотреть марку машины и прикинуть её примерную стоимость.
Биржи наёмных таксомоторов стали привычной деталью городского быта. Утром 5 мая 1911 года трое молодых людей арендовали авто на Воскресенской площади, за рулём которого сидел шофёр Басихин, и сказали, что их нужно отвезти в Сокольники, на Огородную улицу.
На место они прибыли около полудня. После чего пассажиры попросили Басихина подождать их, пока они управятся со своими делами. Дав шофёру задаток и обещав расплатиться после, вся компания покинула авто, по проулку вышла с Огородной на Рыбинскую улицу и расположилась напротив ворот кондитерской и макаронной фабрики Динга, явно кого-то поджидая.
Когда примерно через полчаса к воротам макаронной фабрики на извозчике подъехал какой-то господин, молодые люди бросились к нему. Двое из них выхватили из-под пиджаков автоматические маузеры и, наведя их на седока и извозчика, приказали не двигаться. Третий налётчик подхватил два баула, которые привёз с собой пассажир извозчика, после чего все трое бросились бежать к тому проулку, который вёл на Огородную улицу. Они заскочили в таксомотор и приказали Басихину гнать как можно скорее к селу Богородскому, для убедительности ткнув шофёру стволами маузеров в спину.
Тем временем ограбленный господин поднял крик, ему на помощь прибежали дворник, фабричные сторожа и городовой, которым он рассказал, что вёз полученные в банке для выдачи жалованья на макаронной фабрике 6500 рублей.
Грабители умчались на автомобиле, но и погоню за ними организовали по правилам наступившего века! Машину заметили свидетели, городовой телефонировал из конторы фабрики Динга в Центральный городской участок, сообщив номер таксомотора, на котором укатили налётчики. В Центральном участке установили, что такси принадлежит «Московскому автомобильному обществу», телефонировали в полицию Московского уезда, откуда на поиски авто с преступниками выслали отряд конных стражников.
Вскоре пришло сообщение, что подозрительную машину у моста через Яузу пытались остановить городовые Дементьев и Турняк, но пассажиры такси открыли огонь и, тяжело ранив Турняка в живот, прорвались.
Эта стрельба привлекла внимание всей округи. Поняв, что автомобиль стал опасной приметой, преступники приказали Басихину остановиться. Прихватив добычу, они разбежались в разные стороны — один направился в сторону села Богородского, двое других — к Ростокино.

По следу налётчиков

Подоспевшая погоня, узнав от Басихина, куда побежали грабители, тоже разделилась. Преследовавших пару налётчиков, бежавших к Ростокино, ждала неудача — убегавшие создали мощную преграду на пути погони, бросив в толпу народа пачку мелких денег. Пока полицейские продирались сквозь толпу, азартно выискивавшую в пыли рублёвые бумажки и серебряные монетки, налётчики оторвались от преследования и затерялись в лесу.
Под утро 6 мая к сторожке на 10-й версте Московско-Ярославской железной дороги вышли двое молодых людей, спросивших у сторожа, как пройти к ближайшей станции, пояснив, что они отстали от компании на пикнике и заблудились. Сторож дорогу указал, но, как только они скрылись из виду, сообщил об инциденте в полицию. По следу налётчиков пустили собаку-ищейку, добермана Трефа, но, доведя сыщиков до станции «Лосиноостровская», пёс след потерял.
Гораздо успешнее действовали полицейские, которые погнались за третьим преступником, побежавшим в сторону села Богородского. Его приметы передали по телефону в село, местный стражник видел, как неизвестный возле сельской управы подряжал извозчика, велев везти себя через Черкизово к Преображенской заставе.
Возле этой заставы была конечная остановка трамвайной линии, по которой можно было добраться до Лубянской площади в центре города. При попытке заскочить на подножку уже отходившего трамвая на подозрительного типа налетел подоспевший на другом извозчике стражник из Богородского. При помощи дежурившего у трамвайного кольца городового и дворников он скрутил отчаянно сопротивлявшегося налётчика. Задержанного доставили в ближайший полицейский участок, там при обыске у него нашли парабеллум и деньги — 1682 рубля ассигнациями, золотой и серебряной монетой. На первом же допросе арестованный, назвавшийся Куркиным, рассказал, что, учась на бухгалтерских курсах, он познакомился с Фёдором Степановым, а тот свёл его с шофёром Иваном Горшелевым, вместе они решили ограбить артельщика макаронной фабрики. Он назвал адрес сожительницы Горшелева, некоей Фроловой, но оказалось, что 5 мая она с квартиры съехала, а куда подалась, никто не знал.

Ищите женщину!

Экспертиза установила, что пуля, которой был смертельно ранен городовой Турняк, была выпущена из того парабеллума, который был изъят у Куркина. Принимая во внимания это обстоятельство, суд приговорил налётчика к смертной казни, которую при утверждении приговора в высшей судебной инстанции заменили бессрочной каторгой.
На след двоих скрывшихся участников налёта сыщики вышли только в июле 1912 года, когда выследили Евдокию Фролову. Информаторы сообщили агентам сыскного отделения, что видели её в ночлежке Александры Соколовой, в квартире №5 на втором этаже дома Торалова по Красносельскому переулку. За домом установили негласное наблюдение. Установив момент, когда в квартире Соколовой на ночь осталось сразу несколько человек, туда нагрянула полицейская облава.
Двое из арестованных были опознаны как Горшелёв и Степанов. Припёртые к стенке неопровержимыми уликами, они не стали отрицать, что вместе с Куркиным принимали участие в нападение на артельщика фабрики Динга.
Со слов Горшелёва, он познакомился с Фёдором Степановым, когда служил в молочной лавке, в которую Степанов заходил за покупками. Потом, когда Горшелев выучился на шофёра и поступил на работу в гараж Крылова, поселившись на квартире в Сокольниках, приятель навещал его и там. Бывало, подвыпив, друзья пускались в мечты о возможности быстро разбогатеть, каждый раз приходили к выводу, что от трудов праведных не наживёшь палат каменных.
У Степанова уже имелся некоторый криминальный опыт — он и его брат были членами боевой группы одной из революционных партий, которая занималась экспроприациями — так тогда называли вооружённые налёты. После разгрома группы брат Степанова был осуждён, а Фёдор сумел скрыться, прихватив часть арсенала боевиков. Чтобы узнать, где можно найти добычу побогаче, Степанов записался на курсы повышения квалификации счетоводов. Слушая разговоры соучеников о местах их службы, Степанов выбрал несколько объектов грабежа. На курсах он познакомился и с неким Куркиным, который тоже был готов рискнуть ради хорошего куша. Вооружил банду Степанов, принёсший откуда-то два маузера и парабеллум. Остальное следствию было более-менее известно.
В январе 1913 года суд приговорил Ивана Горшелева и Фёдора Степанова к смертной казни, но в феврале — в честь 300-летия царствования императорского дома Романовых — была объявлена амнистия, высшую меру наказания обоим заменили двадцатью годами каторги.




Вконтакте



Подписка на обновления

Введите ваш адрес:


Твиттер
Google+
Вы здесь: Главная Криминал Преступления Первая банда на колёсах