Багира

Суббота, 10 21st

Последнее обновлениеСб, 21 Окт 2017 2am

Тайны истории на Дзене — Дзен-канал «Тайны истории»
Тайны истории в Telegam — Телеграмм-канал «Тайны истории»

История казачества очень длинна, и в ней хватает самых разных страниц. Героических, радостных, трагических… Есть в этой летописи, к сожалению, и чёрные страницы. Многие казаки, не найдя себе место в новой стране после революции 1917 года, вынуждены были уехать за границу. Там многие из них окончательно сбились с пути и даже воевали против своей родины в рядах армии Третьего рейха — самого страшного врага России и Европы в XX веке.

«С Дона выдачи нет?»

Журнал: Загадки истории №38, сентябрь 2017 года
Рубрика: Военная тайна
Автор: Анатолий Буровцев, Константин Ришес

Казакам, воевавшим за Гитлера, не удалось избежать расплаты

Фото: казаки в ЮгославииБесспорен вклад казаков в укрепление, расширение и сохранение России. Не одну сотню лет донские, кубанские и терские казаки охраняли российские границы, отбивались от набегов степняков, участвовали в Туркестанских походах, несли почтовую и полицейскую службу. Не менее важна их роль в открытии и освоении новых земель. Надо отдать должное, государство российское тоже не оставалось перед казаками в долгу, одаривая их всевозможными привилегиями и льготами. Однако те превыше всего ценили свои вольности, считая себя не подданными, а союзниками царя. Они даже не желали признавать юридическое право Москвы на своих землях. Наиболее независимо держались донские казаки. Именно от них и пошла заповедь: «С Дона выдачи нет!».

Бегство с Родины

Стремление к вольности не мешало казакам исправно служить царю и Отечеству. Пользуясь этим, власть стала опираться на казаков во внутренних разборках, для подавления забастовок, разгона демонстраций, митингов. Рабочие, как и интеллигенция, ненавидели казаков. Те же, в свою очередь, видели в них неисправимых смутьянов.
«Казаков не жалейте, на них много народной крови, они всегдашние враги рабочих, уничтожайте их без пощады», — призывали листовки большевиков. После Октябрьской революции казацкое сословие как таковое было ликвидировано, их войска — расформированы, привилегии и льготы — отменены. Это вызвало массовое недовольство служивых. В итоге большинство казаков советскую власть признать не захотели и сражались против неё с оружием в руках.
Самые крупные на юге России кубанские и донские казачьи войска в 1918 году создали свои государства: Кубанскую народную республику в Екатеринодаре и Всевеликое Войско Донское в Новочеркасске. Просуществовали они два года, ни на день не переставая воевать с центральной властью. В ответ председатель ВЦИК Яков Свердлов подписал циркуляр с требованиями: «Провести массовый террор против богатых казаков, истребив их поголовно; провести беспощадный массовый террор по отношению ко всем вообще казакам, принимавшим какое-либо прямое или косвенное участие в борьбе с Советской властью».
Так началось «расказачивание», в ходе которого тысячи казаков были расстреляны, их станицы обложены драконовскими налогами, скот, зерно и иные плоды казачьего труда реквизированы. Некогда казачьи земли отдавали переселенцам.
«Дон мелеет, когда казаки уходят», — поётся в грустной казачьей песне. И верно, было отчего печалиться. Расправа с казаками продолжилась и при проведении коллективизации. Возможно, поэтому немало казаков добровольно оказалось в стане врага во время Великой Отечественной войны.
Впрочем, атаман Войска Донского Пётр Краснов заигрывал с немцами ещё в 1918 году. Он написал письмо с просьбой о протекторате, менял продовольствие на вооружение и боеприпасы. Такая политика Дона привела к резким разногласиям с Кубанской республикой и Добровольческой армией Деникина, которые выступали против союза с немцами. Когда противоречия накалились до предела, Краснов ушёл в отставку, уехал в Германию, получив немецкое гражданство, а персонально от Гитлера — генеральский чин. Позже он занял пост начальника Главного управления казачьих войск вермахта.
К тому времени Германии служили уже около 100 тысяч казаков. В октябре 1942 года участники парада, состоявшегося в оккупированном Новочеркасске, приняли приветственное послание Гитлеру, направив ему «горячий Донской казачий привет». Через три месяца, когда оккупантов погнали, казаки ушли вслед за немцами. На запад двинулось более 300 тысяч казаков и членов их семей, большая часть беженцев состояла из донцов — тихий Дон обмелел на 135 тысяч казаков.
Вскоре в Германии из них сформировали так называемый Казачий Стан — мешанину из строевых казаков и членов их семей. Тогда же уже воевавшие в рядах вермахта казачьи полки были собраны в единый кавалерийский корпус под командованием немецкого генерала Гельмута фон Паннвица.

Обязательства союзников

Война шла к концу, а 20-тысячный корпус Паннвица продолжал вести упорные бои с югославскими партизанами, грабил местное население, зверствовал. В начале мая 1945 года корпус, опасаясь мести партизан, отступил в Каринтию, маленькую область на юге Австрии. Туда же по приказу немцев, завершив многомесячный и многотрудный пеший переход из Белоруссии, переместился Казачий стан.
Его гражданские беженцы стали лагерем под Линцем, а строевые казаки во главе с генерал-майором Тимофеем Домановым были отправлены на борьбу с итальянскими партизанами. В первых числах мая части Доманова вновь оказались в Линце. С ними находился и генерал Краснов. Следом туда же привёл своих казаков генерал Андрей Шкуро.
В этом городке генералы решили сдаться в плен англичанам, которые стремились как можно глубже внедриться в австрийскую территорию. Сдались, но вскоре узнали: союзники выдали СССР всех пленных, служивших в так называемой Русской освободительной армии генерала Власова. Среди казаков начались волнения, но англичане, дав слово чести, их успокоили. Обещали, что скоро выдадут английскую форму и новое оружие. Затем под предлогом конференции собрали в соседнем городке казачьих офицеров и объявили им о предстоящей репатриации.
Союзники были обязаны исполнить секретное соглашение, принятое по настоянию Иосифа Сталина на Ялтинской встрече зимой 1945 года. Согласно этому документу, всех оказавшихся за рубежом советских граждан следовало возвратить в СССР. Офицеры, понимая, чем это грозит, срывали знаки различия, выбрасывали документы, переодевались. Трое повесились на электрошнурах, другие перерезали себе горло или вены осколками стекла, троим удалось бежать. При погрузке на машины офицеры оказали отчаянное сопротивление, английские солдаты били их прикладами, кололи штыками, загоняя в машины. Затем их сдали прибывшим агентам НКВД.

Каринтийский молебен

Один сбежавший сотник вернулся в лагерь и сообщил казакам о предательстве. Началась паника, несколько человек покончили с собой, кто-то пытался бежать. Но лагерь уже был оцеплен английскими солдатами. 1 июня нэчэлся общий молебен по убиенным и за здравие ещё живых.
Ещё не закончился молебен, а солдаты уже окружили казаков и стали загонять в машины для отправки. Те сопротивлялись. Молодые казаки и юнкера опоясали толпу живой изгородью, не позволяя выхватывать оттуда людей поодиночке. Но английские солдаты, орудуя палками, лопатками и прикладами, разделяли толпу на мелкие группы и загоняли на машины. Многие при этом были ранены.
В невообразимой суматохе кому-то удалось скрыться, некоторых поймали, других пристрелили, десятки человек оказались затоптанными. С отчаяния матери бросали своих детей в реку и прыгали вслед за ними, другие прыгали с моста семьями. Один казак убил всю семью из нагана и покончил с собой.
Отправка продолжалась две недели, в течение которых в советскую зону вывезли 22502 человека. Краснова, других генералов и высших казачьих офицеров отправили в Москву самолётом, остальных — спецпоездами.
В январе 1947 года казачьи генералы Краснов, Шкуро и Доманов, а с ними и немецкий генерал Паннвиц были повешены. Рядовые казаки оказались «на островах» ГУЛАГа. Паннвиц как подданный Германии мог избежать выдачи. Однако он решил разделить судьбу казаков: «Я делил со своими казаками счастливое время, я останусь с ними и в несчастье».
Об этом рассказал в своей книге «Незабываемое» Николай Краснов, внук казнённого генерала. Он, бывший подъесаул, отсидев от звонка до звонка 10 лет, стал одним из немногих казачьих офицеров, кто смог выжить в лагерях. Затем ему, гражданину Югославии, разрешили выехать за границу. Он поселился в Аргентине, где и написал свою книгу о событиях в Линце лета 1945 года. Что касается благородства Паннвица, то других свидетельств этому нет.

Канал сайта

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Статьи Тайны истории Война «С Дона выдачи нет?»