Багира

Суббота, 12 16th

Последнее обновлениеСр, 08 Нояб 2017 2pm

Тайны истории на Дзене — Дзен-канал «Тайны истории»
Тайны истории в Telegam — Телеграмм-канал «Тайны истории»

Для России Первая мировая война началась с вторжения двух армий в Восточную Пруссию. Успех этой операции открывал многообещающие перспективы, вплоть до взятия Берлина. Однако вполне возможная победа обернулась поражением из-за недооценки радиосвязи.

Имеющий шифры да услышит…

Журнал: Военная история №9, сентябрь 2017 года
Рубрика: Уроки битв
Автор: Максим Лукошков

Перехват радиограмм привёл к разгрому двух русских армий!

Фото: радиосвязь Первой мировойПереход от профессиональных к массовым армиям означал резкое возрастание численности вооружённых сил, действия которых требовалось координировать на огромных пространствах. Соответственно резко выросло значение информации и способов её передачи.

С прицелом на Берлин

В начале XX века для связи между войсковыми соединениями всё шире использовались телеграф, телефон и радиосвязь, именовавшаяся также искровым телеграфом. Россия хотя и являлась родиной создателя радио Александра Попова, но не относилась в этой сфере к числу лидеров.
К началу Восточно-Прусской операции радиосвязь имелась только в штабах армий и корпусов. Начиная с дивизий приходилось использовать телефоны, да и то не везде, поскольку проводов не хватало. Правда, в немецких городах и местечках телефонные аппараты стояли едва ли не в каждом доме. Так что русские командиры действительно чувствовали себя отчасти лапотниками, попавшими в передовую Европу…
Штурмовать Восточную Пруссию предстояло наступавшей с востока, из Литвы, 1-й (Неманской) армии Павла Ренненкампфа и сосредотачивавшейся на юге, в русской Польше, 2-й (Наревской) армии Александра Самсонова.
17 августа 1914 года войска Ренненкампфа ценой больших потерь выбили вражескую 8-й армию из Шталлупёнена и оттеснили её к Гумбиннену. Потерь было бы меньше, если бы командиры могли лучше координировать свои действия. Но в общем приказ выполнили и дурными предчувствиями не прониклись. Через день командующий 1-м немецким корпусом Герман фон Франсуа затеял контрудар, обернувшийся крупным сражением. Русские имели численное преимущество, но, опять же, благодаря связи противник ловко оперировал своими соединениями, так что рискованная баталия завершилась для немцев не катастрофой, а проигрышем по очкам.
Цифры потерь разнились не сильно (у русских — 16500 человек, у немцев — 14800 человек), но поскольку отступили именно немцы, Ренненкампф мог считать себя победителем. Между тем на юге германскую границу пересекли войска Самсонова.
В Берлине царила паника, поскольку основные силы были задействованы против Франции. В качестве нового командующего 8-й армией спасать положение отправили отставного фельдмаршала Пауля фон Гинденбурга, прикрепив к нему начальником штаба Эриха фон Людендорфа. С Западного фронта перебросили два корпуса и конную дивизию, но дуэт двух «пожарных» понимал, что удержать Восточную Пруссию до подхода подкреплений всё равно не удастся. Единственный выход заключался в том, чтобы предпринять нечто экстраординарное.
Вариант, собственно, был только один — бить русских по частям. Немцы решили воспользоваться тем, что потрёпанная 1-я армия взяла паузу, выставить против неё заслон из двух с половиной дивизий, а главные силы (оставшиеся семь дивизий) перебросить по рокадной дороге через Кёнигсберг на юг, против Самсонова.

«Швейки» русской армии

Операция была крайне рискованной, поскольку вздумай Ренненкампф наступать побыстрее, и все сорвалось бы. Но Реннекампф в бой не спешил, поскольку переоценивал урон, нанесённый противнику при Гумбиннене. Вдобавок командование Северо-Западного фронта скорректировало маршрут дальнейшего наступления 1-й армии таким образом, чтобы она двигалась не по прямой, навстречу Самсонову, а на запад. Таким образом, Ренненкампф собирался отсечь Кёнигсберг, где, как полагали, укрылись главные силы 8-й армии. Не на высоте оказался и Самсонов, решивший «перехватить» не укрывшиеся в Кёнигсберге немецкие войска, наступая не на север, а на северо-запад. Получалось, что русские армии всё больше удалялись друг от друга, и между ними образовался разрыв в 125 километров.
Наличие прямой связи между Ренненкампфом и Самсоновым избавило бы обоих командующих от иллюзий. Но связи фактически не было, причём даже не из-за отсутствия «искровых телеграфов». Разговоры по ним должны были вестись в зашифрованном виде, а для кодировки использовались определённые книги, обычно из разряда беллетристики. В романе Гашека «Похождения бравого солдата Швейка» есть сцена, где командир полка объясняет офицерам принцип шифрования телеграмм, используя второй том некоего любовного романа. Однако расшифровать его тексты у офицеров не получается, поскольку у них на руках оказывается тот же самый роман, но в виде первого тома. Виновником путаницы оказывается ординарец Швейк, который по собственной инициативе решил раздать господам офицерам именно первый том вместо предписанного второго, чтобы они не читали любовный роман с середины.
В Восточной Пруссии произошло нечто подобное. Руководивший шифровальными службами полковник Андреев, опасаясь вражеских шпионов, разослал коды уже после начала операции, так что получить и освоить их успели только в армии Ренненкампфа, попутно уничтожив старые книги. В армии же Самсонова новые коды так и не получили, выдавая информацию в эфир по старым шифровальным книгам. И, разумеется, оставались непонятыми.
В конце концов радиограммы решили вообще не шифровать, передавая их открытым текстом. 22 августа немецкая служба радиоперехвата положила на стол начальнику оперативного отдела 8-й армии Максу Гофману директиву штаба 13-го корпуса нижестоящим подразделениям. Гофман вспоминал: «Это был первый из ряда бесчисленных других приказов, передававшихся у русских в первое время с невероятным легкомыслием… Такое легкомыслие очень облегчило нам ведение войны на востоке, иногда лишь благодаря ему и вообще возможно было вести операции».
Через несколько часов командир 13-го корпуса Николай Клюев послал вторую радиограмму, из содержания которой немцы окончательно убедились, что Самсонов и Ренненкампф не спешат соединиться друг с другом.
На следующее утро новый приятный сюрприз — радиограмма Ренненкампфа командиру 4-го корпуса Эрис-хану Алиеву о том, что продвигаться следует не спеша, считая основной целью не соединение со 2-й армией, а блокирование Кёнигсберга. Наконец, в качестве «десерта» немцы ознакомились с радиограммой Самсонова Клюеву, в которой командарм-2 подробно разъяснял все свои планы.

Плата за «авось»

Здесь важно отметить один нюанс. Все четыре радиограммы, из которых немцы составили исчерпывающее представление о замыслах противника, представляли собой не обмен посланий между штабами 1-й и 2-й армий, а распоряжения Ренненкампфа, Самсонова, Клюева своим подчинённым. То есть шифровать их было можно и нужно, пользуясь хотя бы теми кодами, которые имелись в распоряжении. Но шифровать их не стали, и найти этому феномену хоть какое-то объяснение, кроме надежды на русский «авось», невозможно.
Так или иначе, Гинденбург и Людендорф убедились, что 1-я и 2-я армии двигаются по расходящимся направлениям, чем и воспользовались.
Успешно проведя передислокацию, 26 августа немцы обрушились на Самсонова. 28-го штаб фронта приказал Ренненкампфу двигаться к тому на помощь и… почти сразу приостановил наступление. Причиной метаний были все те же неполнота информации и отсутствие нормальной связи. В конечном счёте 15-й корпус Николая Мартоса был разбит полностью, а прибывший в его расположение для организации прорыва Самсонов предпочёл застрелиться. 2-я армия, хотя и не была разгромлена полностью, оказалась деморализована и откатилась за реку Нарев. Чтобы удержать фронт, пришлось срочно слать подкрепление и формировать новую 10-ю армию.
Гинденбург между тем развернул свои силы, обрушив мощный удар на Ренненкампфа. Пришлось не просто отказываться от взятия Кёнигсберга, но и срочно отводить 1-ю армию, которая смогла оторваться от противника лишь ценой больших жертв и усилий.
К середине сентября стороны оказались на прежних позициях. С примерно 170 тысячами войск Гинденбург сумел не просто удержать Восточную Пруссию, но и нанести поражение 250 тысячам русских. Потери распределились в такой же пропорции — около 80 тысяч убитых, раненых, пленных в 1-й и 2-й армиях против примерно 50 тысяч у германцев.
Единственное утешение состояло в том, что это провальное наступление спасло Францию, заставив немцев снять часть войск, предназначенных для взятия Парижа. Утешение, конечно, сомнительное.
В плане же военного искусства главный итог Восточно-Прусской операции обозначил Макс Гофман, сообщивший, что «этот успех послужил толчком к созданию при штабах соединений и объединений рейхсвера специальных подразделений, занятых перехватом и дешифровкой радиопереписки противника». И не только в рейхсвере.

Канал сайта

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Статьи Тайны истории Война Имеющий шифры да услышит…