Багира

Пятница, 04 20th

Последнее обновлениеЧт, 19 Апр 2018 1am

Тайны истории и исторические загадки — Секретные архиви истории
Запретная история — Исторические тайны

Мой родной дядя Семён Андреевич Горбунов родился в селе Бутырки Грязинского района Липецкой области в 1914 году в многодетной крестьянской семье. Его отец Андрей Петрович и мать Пелагея Петровна были местными уроженцами. Кроме Семёна, в семье сплошь девочки — четыре сестры. Две самые младшие — близнецы Матрёна (моя будущая мама) и Анна. Семён сумел окончить четыре класса приходской школы, после чего пошёл работать в колхоз.

Боец сибирского резерва

Журнал: Бессмертный полк (Тайны 20-го века №17/С, май 2017)
Рубрика: Умрём, но не сдадимся!
Автор: Анна Ивановна Никитина, с. Бутырки Липецкой обл.

Достаток в семье

Фото: Сибирский стрелковый полк под МосквойВ колхозе работали всей семьёй — с отцом и сёстрами. Семёну пригодилась его грамотность — он был назначен завхозом по учёту и сохранности зерна в амбарах. Колхозники верили, что у него хлеб не пропадёт. На сенокосе Семёну также не было равных. Он обходил даже самых опытных косцов…
Мой дядя рано повзрослел и уже в 17 лет женился на сельской девушке — сироте Пелагее. Он привёл жену в родительский дом. Горбуновы продолжали жить большой и дружной семьёй.
В 1931 году у молодых родился сын Николай. Семён посоветовался с родителями и решил отделиться от них. С помощью отца он набил из глины кирпича, обжёг его в горне. Дядя с рвением взялся за строительство своего собственного дома. Андрей Петрович отдал сыну корову, взрослую тёлочку, овечек, кур и половину своего огорода. Семён часть животных продал и на вырученные деньги полностью завершил строительство дома. Зажил со своей семьёй самостоятельно. Сынишка подрастал, но достатка все же не было: на трудодни много не получишь. Сын с отцом занялись дополнительными приработками: в свободное от сельских работ время ездили по другим областям, скупали овец, привозили домой, забивали и торговали мясом в Липецке. Деньжата стали водиться, да и для семьи оставались овечьи потроха, жир, головы. Так что обе семьи уже не бедствовали. Сёстрам-невестам покупали нарядные одежду и обувь.

Возвращение дембеля

Тут Семёну пора пришла отдавать долг Родине. В 1934 году его призвали в РККА. Службу проходил на Дальнем Востоке. Андрей Петрович получил письмо от командира части с благодарностью за хорошее воспитание сына и его отличную физическую подготовку. Семёну предлагали остаться на сверхсрочную службу, но его ждали дома сынишка и молодая жена. Перед поездкой домой Семён прислал письмо родителям, что на Дальнем Востоке в военном городке можно свободно купить для всей семьи одежду, обувь, ткани. Родители собрали свои сбережения (у жены денег не было), переслали сыну. Все стали с большим нетерпением ждать возвращения Семена, особенно старшие из сестёр — им пора было выходить замуж и очень хотелось обновок.
И вот, наконец, дембель появился в родном селе — стройный, ладный, красивый, в хорошо подогнанной военной форме, с выправкой генерала (так говорили земляки), да ещё, к удивлению соседей, и с огромным ящиком на могучих плечах (чемодана у него не было), наполненным кожаной обувью, одеждой и другими нужными вещами для всей большой семьи. Жители села с завистью и восторгом смотрели на него, только вот сынок Коля не узнал отца и прятался за бабушку:
— Не пойду к нему! Зачем к нам пришёл этот дяденька?
Семён вернулся в родной колхоз имени Чкалова. Да и на своём подворье работы непочатый край, надо было достраивать хороший деревянный сарай для скота и ещё подвал… Семён вновь стал завхозом, да ещё и ответственным за скотный двор колхоза. Тут-то он и показал свой крутой нрав по отношению к лентяям: сам не сидел без дела ни минуты и другим с рук не сходило.

Шпион немецкий!

Время шло, жизнь понемногу в стране налаживалась. Стали больше давать хлеба на трудодни, появилась кое-какая сельскохозяйственная техника для работы на полях — молотилки, конные сеялки. В колхозе построили ветряную мельницу, хорошие амбары, утеплённые конюшни и коровники.
Незадолго до начала войны в село стал приезжать из города заготовитель. Он скупал у крестьян грубую домотканую холстину — основу (так она называлась в народе) — и пояснял:
— Нужна она для пошива подкладки к военным шинелям.
Якобы идёт усиленная подготовка страны к войне с немцами. Многие ему, конечно, не верили, спорили с ним, но заготовитель — человек, многое уже повидавший (у него была только одна рука, другую он потерял ещё в Первую мировую), — говорил:
— Скоро всё сами узнаете. Крестьяне ругали его:
— Как же так, ведь наше государство заключило мир с немцами, а ты про какую-то войну твердишь. Ты что, шпион немецкий?
Но заготовитель всё чаще и чаще приезжал за товаром и оплачивал наличными. Жители, а особенно женщины, были очень довольны, что хоть какую-то денежку для семьи выручили. Потом он перестал приезжать в село. Может, арестовали за разговоры о близившейся войне с немцами, может, ещё что. А 22 июня 1941 года стало ясно, что предсказания заготовителя сырья сбылись.
Семёна как бывшего красноармейца почти в самом начале войны призвали через Липецкий военкомат и направили на спецподготовку в Сибирский стрелковый запасной полк. Андрея Петровича также взяли в армию (хотя ему уже было больше 50 лет). Он занимался погрузкой вооружения, боеприпасов и доставкой их на бронепоезде на передовую. Вскоре он умер в госпитале Ельца от сильного переохлаждения.

Отец, сын, внук

В декабре 1941 года шла ожесточённая битва за Москву. Огромные потери наших бойцов надо было срочно компенсировать. Тут как раз и пригодился Сибирский стрелковый запасной полк (бойцы подготовлены, очень хорошо и тепло обмундированы, не как другие воинские подразделения — только шинели). Командование бросило сибиряков в самое пекло прямо из вагонов поезда, прибывшего в Москву.
С Семёном в одном полку воевал односельчанин. После одной из смертельных схваток с немцами товарищ искал Семена — они договорились, что после боёв будут узнавать друг о друге, чтобы в случае чего сообщить семьям. Но однополчанин не нашёл его ни среди живых, ни среди погибших. Слух этот дошёл до семьи Семёна: якобы тот пропал без вести. Мать Пелагея Петровна и жена Пелагея беспрестанно плакали и молились Господу. Потом оказалось, что в декабре 1941 года Семён был ранен, а сильно потрёпанный полк срочно отправили на переформирование, потому друзья не встретились.
И только 1 марта 1942 года в битве под Смоленском (Семён теперь воевал в составе 50-й армии) красноармеец Горбунов был смертельно ранен в ожесточённой схватке с врагом. Так было написано в похоронке с фронта. Прислали её семье лишь в июле 1942 года. Сообщалось, что Семён захоронен в братской могиле в деревне Глазово Смоленской области. Его сыну Коле тогда едва исполнилось 11 лет. Государство выплачивало ему крошечную пенсию по потере кормильца.
На могилу отца Коля так и не съездил. Сначала не было возможности и средств, а уже в 1955 году он умер и сам. Его призвали на срочную службу в армию, но, как потом выяснилось, парня давно беспокоило сердце. Уже почти в самом конце службы Николая комиссовали. Он вернулся домой. Успел стать моим крёстным отцом, а вот свою семью завести не успел. Он умер в феврале 1955 года. В день похорон Николая собрались его друзья и на руках несли гроб до самого кладбища. Сын немного не дожил до 13-й годовщины гибели отца. Так война (сердце-то у Коли было больным из-за военного лихолетья) выкосила весь корень Горбуновых — отца, сына, внука…


Канал сайта

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Статьи Тайны истории Война Боец сибирского резерва