Багира

Воскресенье, 08 20th

Последнее обновлениеВс, 20 Авг 2017 10pm

Инициаторами отстранения Хрущёва от власти была группа молодых руководителей, заработавших от более опытных партийных товарищей прозвище «комсомольцы». Пришедшего на смену Брежнева они рассматривали как временную фигуру, после которой должен прийти настоящий вождь — Александр Шелепин.

«Комсомольцы» против Брежнева

Журнал: Тайны СССР №5/С, август 2017 года
Рубрика: Тайны Кремля
Автор: Олег Покровский

Фото: Александр Шелепин«Комсомольцев» объединял не только сравнительно молодой возраст, но и сходный карьерный путь, который они проделали.

Железный Шурик

Александр Шелепин родился через год после революции в Воронеже в семье железнодорожника. Приехав в Москву, поступил в Институт философии, истории и литературы, где стал секретарём комсомольской организации. Во время финской войны ушёл добровольцем на фронт, где получил обморожение, зато потом — место в столичном горкоме комсомола.
Великую Отечественную войну он по большому счёту просидел в тылу. А после войны Сталин сделал его главой ВЛКСМ.
До конца жизни Шелепин испытывал к Сталину уважение. Но когда грянул XX съезд, пылко обличал культ личности, что было своего рода изъявлением преданности Хрущёву. Эту преданность он продемонстрировал и в октябре 1957 года, горячо выступив против пытавшихся отстранить Никиту Сергеевича от власти сталинистов. Взбешённый Ворошилов тогда кричал: «Это тебе, мальчишке, мы должны давать объяснения? Научись сначала носить длинные штаны!».
Для 39-летнего «мальчишки» октябрьский пленум оказался судьбоносной вехой. Хрущёв доверил ему руководство Комитетом государственной безопасности. При этом обратился с просьбой: «Сделайте так, чтобы меня не прослушивали». Шелепин, конечно, пообещал.
Получив по аналогии с Железным Феликсом Дзержинским прозвище Железный Шурик, он сразу же заявил, что его ведомство должно сосредоточиться на работе с внешними врагами, а не на отслеживании настроений граждан. Штат сотрудников был сокращён на 3200 человек. Продолжились реабилитация репрессированных и чистка органов от лиц, запятнавших себя в «перегибах». Отсюда, впрочем, не следует, что Шелепин был либералом. Он, например, ратовал за то, чтобы жёстко разобраться с участниками народных волнений в Новочеркасске.
После XXII съезда КПСС Шелепин получил очередное повышение, став одновременно секретарём ЦК и заместителем председателя Совета Министров.
Чуть позже он возглавил и Комиссию партийно-государственного контроля ЦК КПСС, превратившись, так сказать, в «совесть партии».

«Тебя тоже скоро снимут»

Доверяя своему протеже, Хрущёв разрешил ему самостоятельно подобрать себе преемника в КГБ. В результате этот пост достался Владимиру Семичастному, который был на шесть лет младше Шелепина и работал под его началом в ЦК комсомола.
Смена караула произошла в ноябре 1961 года. Шелепин и Семичастный продолжали держаться вместе и точно так же, «дуэтом», предложили свои услуги старшим товарищам в деле смещения Хрущёва.
Советскому Союзу требовались чёткий стратегический курс, стабильность и сильный, вменяемый лидер, способный вести диалог и с ближайшим окружением, и с народом. Шелепин считал таковым себя. Этого же мнения придерживался не только Семичастный, но и другие выходцы из ЦК комсомола, которых Железный Шурик продвигал на руководящие должности.
Предательство Шелепина стало сюрпризом для Хрущёва. И после пленума он шёпотом предсказал своему протеже: «Тебя тоже скоро снимут».
Трудно сказать, воспринял ли Шелепин всерьёз это предупреждение. Стать преемником Хрущёва он явно не рассчитывал. В партии хватало старших по возрасту и, главное, более известных товарищей с более серьёзными послужными списками: Брежнев, Косыгин, Подгорный, Суслов, Устинов. По своему политическому весу они были примерно равны, а потому предпочли вручить высшую власть тому, кто, по общему мнению, лучше мог сглаживать противоречия и считался человеком вполне предсказуемым. То есть Леониду Брежневу.
Отношение других лидеров к нему охарактеризовал приближённый к верхам партии Леонид Замятин: «Брежнев — работник максимум областного масштаба, а не руководитель огромного государства, примитивный, две-три мысли связать не в состоянии, теоретических знаний никаких». Зато и особых властных амбиций он не показывает, умеет с людьми ладить. Потом, когда ситуация стабилизируется, можно будет его поменять. Так думали не только «комсомольцы», но и люди, приближённые к партийно-государственному ареопагу.

«Да здравствует Шелепин!»

Брежнев демонстрировал Железному Шурику доверие и одно время даже дружил с ним домами. Шелепин вошёл в политбюро и, ведая партийными кадрами, продвинул наверх ещё нескольких своих сторонников. К их числу принадлежали первый секретарь Московского горкома Николай Егорычев и председатель Госкомитета по телевидению и радиовещанию Николай Месяцев.
Однако, едва обозначившись, тандем Брежнев-Шелепин быстро развалился. Возвышение Железного Шурика вызывало ревность у более именитых партийцев, постаравшихся разъяснить Брежневу, что Шелепин метит на его место.
Например, зять Хрущёва Алексей Аджубей доверительно говорил знакомым: «Скоро все переменится. Леня долго не усидит, придёт Саша Шелепин». Но Аджубей уже не приближен к власти. Более серьёзный сигнал поступил Брежневу от руководителя Монголии Цеденбала. Тот сообщил, что, когда в марте 1965 года в Улан-Батор прибыла возглавляемая Шелепиным и Месяцевым советская делегация. Месяцев, подвыпив, показывал на Железного Шурика и кричал: «Вот это величина!». Тревожный признак.
Впрочем, сам Месяцев такие неосторожные нетрезвые разговоры приписывает другим. Вот одно из его признаний: «Когда нас всех разогнали, нам часто говорили: не может быть, чтобы у вас не было организационной спайки. Но её не было, мы всегда оставались просто друзьями и единомышленниками». И далее характерное уточнение: «Часто собирались у меня на даче. Но не было таких разговоров, что надо Брежнева свергать и ставить Шелепина. Я знал, что все это прослушивается или может прослушиваться. Я же сам в госбезопасности работал… Хотя были и среди нас дурачки, которые, поддав, вставали на стол и кричали: «Да здравствует Шелепин!»
В Кремле же поговаривали о якобы даже составленном «комсомольцами» теневом кабинете. И тогда Брежнев решил действовать, аккуратно обкладывая «комсомольцев» красными флажками.
В декабре 1965 года Шелепина сняли с должности зампреда Совета Министров и отстранили от руководства партийными кадрами, заменив Капитоновым, который замыкался на самого Брежнева. Как следствие, вместо «комсомольцев» наверх стали продвигаться сподвижники Леонида Ильича по его работе в Молдавии, Казахстане и особенно в Днепропетровске. Именно в это время пошла гулять шутка о том, что история России делится на три периода — допетровский, петровский и днепропетровский.
Видя тревожные симптомы, Железный Шурик решил атаковать, правда, пока не самого Брежнева, а поддерживавшее его «украинское лобби».
Поводом стала записка руководителя ЦК Украины Петра Шелеста с просьбой-предложением предоставить его республике право самостоятельной внешней торговли.
Брежневу идея не понравилась, а Суслов и Косыгин припомнили Шелесту и другие националистические перегибы, включая украинские вывески в городе русской славы Севастополе. Но жёстче всего высказался Шелепин, причём обвинил в националистических перегибах не только Шелеста, но и курировавшего Украину председателя президиума Верховного Совета СССР Николая Подгорного — ближайшего соратника самого Брежнева.
Выпад аккуратно замяли, а в кулуарах Шелепину посоветовали побольше заниматься новыми доверенными ему участками работы: финансами, лёгкой и пищевой промышленностью. В этих сферах Александр Николаевич показал себя человеком с кругозором. Вот мнение кандидата в члены ЦК Валерия Харазова: «Он был сторонником того, чтобы открыть частные парикмахерские, часовые мастерские. Считал глупостью ликвидацию промкооперации…».
Впрочем, реально хозяйством страны руководил председатель Совета Министров СССР Алексей Косыгин. И проводимая им «косыгинская реформа» действительно оздоровила советскую экономику. Соответственно, упрочивались и позиции самого Брежнева, что Шелепина и других «комсомольцев» раздражало. И эта тревога толкнула их на неосторожные действия.

Предтеча перестройки

Анастас Микоян вспоминал: «Совершенно неожиданно для меня группировка Шелепина в начале 1967 года обратилась ко мне с предложением принять участие в их борьбе против группировки Брежнева… выступить первым, исходя из моего авторитета в партии, после чего они все выступят и сместят Брежнева с поста первого секретаря».
Сам Железный Шурик, впрочем, проявил осторожность, дистанцировавшись от своих сторонников. А Брежнев сыграл на упреждение, поставив во главе КГБ вместо Семичастного Юрия Андропова.
Поводом для смещения стал сигнал, поступивший от Петра Шелеста, который, в свою очередь, пересказал донос начальника Тернопольского управления КГБ Леонида Ступака.
Тот сообщал о визите в область представителей центрального аппарата КГБ и о разговорах, суть которых сводилась к следующему: «Москвичи Брежнева не любят и как государственного деятеля всерьёз не принимают. Говорят, что он случайный человек, пришёл к власти в результате дворцового переворота, потому что его поддержали доверчивые люди. Ни умом, ни организаторскими способностями не блещет, хозяйства не знает. Он интриган и артист, но не для большой сцены, а для провинциальных подмостков. Можно только удивляться, что человек с такими личными качествами оказался во главе ЦК КПСС…».
Понятно, Семичастному пришлось отвечать за трёп своих сотрудников, и «комсомольцы» лишились контроля над ключевым силовым ведомством.
В результате вся атака на команду Брежнева свелась к выступлению Егорычева на пленуме ЦК (июнь 1967 года), где он обрушился даже не на Леонида Ильича, а на возглавляемое маршалом Андреем Гречко министерство обороны, якобы не справлявшееся со своими обязанностями.
Нападение было плохо подготовленным, поскольку Гречко всего три месяца как сменил на этом посту маршала Малиновского, да и с обороноспособностью всё было не так плохо. Егорычева назначили заместителем министра тракторного и сельскохозяйственного машиностроения, что означало закат его карьеры.
При таких раскладах Шелепин просто не имел возможности заступиться за своих сторонников, а Брежнев продолжал наносить хорошо просчитанные удары.
Самого Александра Николаевича отправили руководить профсоюзами. Тогдашний секретарь ВЦСПС Александра Бирюкова позднее вспоминала: «Он не железный… страшно возмущался тем, как плохо живёт народ. Целый месяц по его поручению мы готовили записку в политбюро о том, что надо сделать уклон на производство товаров народного потребления, начать техническое перевооружение. Но безрезультатно».
Аппаратный вес Шелепина упал до минимума. Всех «комсомольцев» постепенно вывели из руководящих органов, иногда сопровождая это показательными порками. Например, руководителя Гостелерадио Месяцева сначала отправили послом в далёкую Австралию, а потом и вовсе исключили из партии за мутную историю с попыткой изнасилования балерины Большого театра.
Шелепина же время от времени полоскали за «ложный демократизм», под каковым понималось демонстративное нежелание пользоваться номенклатурными привилегиями. И в сентябре 1975 года, помимо того что вывели из политбюро, назначили на совсем уж смешную для человека такого калибра должность заместителя председателя Госкомитета СССР по профессионально-техническому образованию.
В окончательную отставку Александра Николаевича отправили в 1984 году, предоставив потомкам гадать, было ли его поражение в борьбе с Брежневым ко злу или к благу.
Он прожил ещё 10 лет, причём постоянно общался с сохранившими ему верность «друзьями-комсомольцами». Дожив до «перестройки», все они пребывали в убеждении, что, займи в своё время Шелепин место Брежнева, вся эта «перестройка» была бы ненужной.

Она — на смерть, он — в поэму

В ноябре 1941 года именно Шелепин после личной беседы распорядился зачислить в диверсионный отряд комсомолку Зою Космодемьянскую, кандидатура которой была поначалу отвергнута командованием. За это Александр Николаевич удостоился нескольких комплиментарных строк в поэме Маргариты Алигер «Зоя», удостоенной Сталинской премии. Не исключено, что именно из этой поэмы вождь впервые узнал фамилию Шелепина.

Канал сайта

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Статьи Тайны истории Эпоха СССР «Комсомольцы» против Брежнева