Багира

Суббота, 09 23rd

Последнее обновлениеСб, 23 Сен 2017 6am

Вольтер, Мольер, Джек Лондон, Марк Твен, Саша Чёрный, Андрей Белый… Широко известные имена. И… ненастоящие. Всё это псевдонимы, в переводе с греческого «ложные имена». А для чего человек берёт псевдоним? Причины могут быть самыми различными. В истории псевдонимов есть немало интересного, порой загадочного и неожиданного, а иногда и проста забавного.

Что в имени тебе моём?

Журнал: Тайны 20-го века №13, сентябрь 2017 года
Рубрика: Неизвестное об известном
Автор: Михаил Зайцев

«Имени такого не смею произнесть…»

Фото: тайна псевдонимаКогда и как возник первый псевдоним, теперь уже не узнать, сие во тьме веков сокрыто. Во всяком случае, имя печально знаменитого римского императора Калигулы — тоже псевдоним. На самом деле его звали Гай Юлий Цезарь Август Германик, а прозвище Калигула («сапожок») он не сам себе придумал. И очень его не любил. По одной из версий, когда отец брал его с собой на войну, Гай носил детские сапожки, похожие на калиги римских воинов. По другой — у него была изуродована нога, из-за чего ему приходилось надевать что-то вроде ортопедической обуви. Но в столь глубокой древности задерживаться не будем. Начнём с Вольтера, если уж с его имени начинается наша статья.
Его отцу, королевскому казначею и нотариусу Франсуа-Мари Аруэ, очень хотелось, чтобы сын, тоже Франсуа-Мари, продолжил семейную традицию. А тот подался в сочинители, какой позор! Чтобы не огорчать отца, будущий великий философ взял себе псевдоним. Почему «Вольтер»? Сам философ шутил, что, мол, «Аруэ» слишком созвучно со словом «руа» («король»). Возможно, дело в том, что так называлось поместье матери Франсуа-Мари. Есть и другие версии происхождения псевдонима. Например, некоторые исследователи видят связь между псевдонимом Вольтер и испанским словом volter («скакать») или итальянским voltare («менять»).
Похожая история приключилась и с Мольером. Он был сыном Жана Поклена, придворного обойщика и камердинера. Отец его мечтал о подобной карьере для сына. Но тот увлёкся театром, что уж совсем, с точки зрения отца, ни в какие ворота не лезло, и присоединился к актёрской труппе. Пришлось ему сменить фамилию. Почему именно «Мольер», можно лишь гадать. Был во Франции такой малоизвестный писатель, но он умер, когда будущему автору «Тартюфа» и года не исполнилось. Маловероятно, чтобы Мольер взял псевдоним в его честь и вообще о нём слышал. Скорее всего, ему понравилось название местечка Мольер, где его труппа неоднократно гастролировала.
В те времена литературный труд считался занятием низким и недостойным для людей привилегированных сословий или причислявших себя к таковым. А уж если сочинительством изволили баловаться монаршие особы, тем более… Порой их репутацию «охраняли» даже не они сами, а не в меру корректные публикаторы, иногда и посмертно. Первое издание сборника новелл «Гептамерон» королевы Навар-рской Маргариты, вышедшее уже после её смерти, в 1558 году, не было подписано. А напрасно. Кто сейчас помнит, чем и как правила эта королева? А «Гептамерон» считается шедевром французской литературы. Курфюрст бранденбургский Август издал свой трактат о шахматах под именем Селенус. Людовик XIV печатал свои произведения под псевдонимом господин Гренгадьер. Пьесы Екатерины II выходили анонимно. А её современник прусский король Фридрих II подписывался «философ из Сан-Суси». В 1862 году в Париже появился роскошно изданный анонимный трехтомный труд «История Юлия Цезаря». Только подпись под предисловием — Наполеон — давала понять, что автором является император Франции.

«Молчи, скрывайся и таи»

В 1826 году в Лондоне вышла книга на французском языке «Обзор внутреннего положения Соединённых Штатов Америки и их политических отношений с Европой». Автор её скрылся под псевдонимом Один русский. И сделал это не просто так. Ведь это был русский посол в Вашингтоне Пётр Полетика, а в книге его резко осуждалось рабство, что хоть и косвенно, но било по крепостничеству. Когда в 1830 году перевод главы из этой книги появился в российской «Литературной газете» уже под настоящей подписью автора, многие высказывания были смягчены или искажены.

Знаете ли вы что…

Чилиец Рикардо Рейес Басоальто, печатавший стихи ещё школьником, не решался подписывать их своим именем. Как бы отец не сказал: «Так вот отчего у тебя двойки по математике!». Он придумал псевдоним Пабло Неруда.

Великому сатирику Михаилу Салтыкову подписываться своим именем тоже не позволяло служебное положение — вице-губернатор, председатель казённой палаты! И вот на свет появляется вымышленный надворный советник Щедрин. Сын писателя рассказывал об этом так: «Ничего подходящего он подобрать не мог. Моя мать предложила ему избрать псевдонимом что-нибудь от слова «щедрый», имея в виду, что в своих писаниях он был чрезвычайно щедр на всякого рода сарказмы. Отцу понравилась идея жены, и с тех пор он стал именоваться Щедриным».
Когда летом 1856 года молодой Николай Добролюбов принёс статью редактору журнала «Современник» Чернышевскому, тот сразу понял, что и без того опальному студенту несдобровать. Он прямо сказал Добролюбову: «Дело выходит неприятное и для вас, и для меня. Эту статью мы поместим. Но больше не годится вам ничего писать в «Современник» до окончания курса». Но выход был найден. Как вы догадались, конечно же, псевдоним. Первая статья Добролюбова была помещена в «Современнике» анонимно, а вторая подписана Лайбовым (НикоЛАЙ ДобролюБОВ). Заметку же в «Санкт-Петербургских ведомостях» он подписал «Николай Александрович», превратив отчество в фамилию.

Афоня Обиженный и Монокль дьявола

После большевистского переворота 1917 года псевдонимы в России расцвели пышным цветом. Может быть, из-за всеобщего стремления переименовывать все и вся или просто по прихоти новой моды. Каких только псевдонимов не было! Вот несколько примеров из газеты «Всероссийская кочегарка» за 1923 год: Красный Дракон, Сулема, Фома Корявый, Афоня Обиженный, Сорока Без Хвоста и даже Сынок Иголочки. В 1937 году журнал «Красная новь» писал: «Среди нынешних поэтов, особенно в провинции, в сильной степени развито своеобразное псевдонимотворчество. Сплошь и рядом мы встречаем такие псевдонимы, как Хмурый, Несчастный, Бытовой, Безбрежный, Буйный, Хмельной, вплоть до Монокля дьявола. От подобного псевдонимотворчества веет чем-то несерьёзным, карикатурным, нездоровым». Тут же это явление высмеивалось в стихах.

Скажите мне, кому нужна
Такая дань карикатуре
И надо ль портить имена,
Чтоб место взять в литературе?
Скажите, правда или нет,
И так ли я сегодня понял,
Что чем бездарнее поэт —
Тем заковыристей псевдоним?


А подписаны эти вирши были «Поэт без псевдонима», то есть, опять-таки, псевдонимом!

Метаморфозы Владимира Ульянова

Прибегали к псевдонимам не только литераторы, но и политики. Некоторые сначала вынужденно, по причинам конспиративного свойства, ну а потом уж как-то это устоялось. Как звали первого правителя социалистической России? Странный вопрос, удивятся многие. Конечно же, Владимир Ильич Ленин. И ошибутся. Человека с таким именем или псевдонимом не существовало никогда. Звали его Владимир Ильич Ульянов, одна из партийных кличек, как тогда говорили, была Николай, а некоторые из своих статей он подписывал «Н. Ленин» — возможно, Николай Ленин. Так что «Владимир Ильич Ленин» представляет собой просто смесь этих двух вариантов. Ну, хорошо, а откуда же появился Ленин? Долгое время бытовала версия, что он взял эту фамилию в память о Ленском расстреле. Эти трагические события произошли 4 апреля 1912 года на приисках Ленского золотопромышленного товарищества в районе Бодайбо на притоке реки Лены. После забастовки и последующего расстрела рабочих правительственными войсками погибли около 200 человек. Но вот что пишет жена Владимира Ульянова Надежда Крупская: «Я не знаю, почему Владимир Ильич взял себе псевдоним Ленин, никогда его об этом не спрашивала. Мать его звали Марией Александровной, умершую сестру Ольгой. Ленские события были уже после того, как он взял себе этот псевдоним. На Лене он в ссылке не был. Вероятно, псевдоним был выбран случайно».
Не исключено, что Ульянов последовал за философом-социалистом Георгием Плехановым, с 1896 года писавшим под псевдонимом Волгин. Две великие русские реки — Волга и Лена. Впрочем, псевдонимов у Владимира Ульянова было множество. Карпов, Петров, Иванов, Силин, Фёдор Петрович — всего более ста. Крупская хотя и отставала от него, но тоже не была чужда подобных конспиративных игр. Подписывалась «Н. Саблина» или «Н. Кая».
В политике псевдонимы нередки, вспомним хоть Сталина (Джугашвили), Троцкого (Бронштейна), Вилли Брандта (Герберта Фрама). А вот Адольф Гитлер, вопреки распространённому мнению, фамилии Шикльгрубер никогда не носил. Отца его звали Алоис Гитлер, мать — Клара Пёльцль. Фамилия Шикльгрубер принадлежала матери Алоиса, но та носила её лишь до 1876 года, то есть задолго до рождения Адольфа. Откуда взялась легенда о псевдониме фюрера, не вполне ясно. И диалога из «Семнадцати мгновений весны», где американский разведчик беседует с эсэсовским генералом («Гитлер был тогда Шикльгрубером». — «Гитлер уже тогда был Гитлером»), в действительности быть не могло.

Загадка Шекспира

Получается, что очень многие знаменитые люди известны нам под псевдонимами. Ну что же! Не зря восклицает Шекспир в «Ромео и Джульетте» устами своей героини:

Что значит имя? Роза пахнет розой,
Хоть розой назови её, хоть нет.


А может быть, «Шекспир» — тоже псевдоним? Ведь о его жизни известно мало, и высказывались предположения, что под этим именем писал другой автор. Рассматривались «кандидатуры» Фрэнсиса Бэкона, Эдуарда де Вера, Кристофера Марло, Роджера Меннерса. Существует и версия, согласно которой под псевдонимом Шекспир скрывалась группа авторов. Самую оригинальную версию на этот счёт выдвинул Марк Твен: «Пьесы Шекспира написал другой человек, которого тоже звали Шекспир».

Канал сайта

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Статьи Общество и социум Что в имени тебе моём?