Багира

Пятница, 06 23rd

Последнее обновлениеПт, 23 Июнь 2017 9am

Иногда после атрибуции портретов выясняется, что «обнаруженная» картина на самом деле известна по документам, но все эти годы числилась пропавшей. Соответственно, возможен и обратный метод поиска — от сохранившихся списков произведений художников. Их изучение помогает порой выявить, что под вывеской неизвестного много лет висит портрет человека, имя которого указано в старинных каталогах и справочниках.

Русский Сирано

Журнал: Дилетант №018, июнь 2017 года
Рубрика: Опознание
Автор: Александр Кибовский, кандидат исторических наук, руководитель департамента культуры города Москвы

Фото: портрет Александра НасветевичаВ Рязанском государственном областном художественном музее имени И.П. Пожалостина хранится овальный портрет кисти знаменитого художника Константина Маковского. На картине — авторская подпись и дата: 1863. Картина относится к тому самому году, когда Маковский вместе с другими лучшими учениками Академии художеств выступил против новых правил конкурса на большую золотую медаль. Их демарш закончился знаменитым заседанием 9 ноября 1863 года в конференц-зале академии, когда 14 художников — и Маковский среди них — демонстративно подали прошения об увольнении.
Это событие, получившее известность как бунт 14, положило начало передвижничеству. Многим «бунтарям» оно добавило популярности. Вот и Маковский приобрёл обширный круг заказчиков портретов. Вскоре пришёл успех и к его жанровым работам. Художника заметили при дворе. Уже в 1867 году Маковский стал академиком, а через два года, в возрасте 30 лет, — профессором живописи. Тем ценнее редкие ранние работы, когда художник был ещё в самом начале своего пути. Но кто же позировал будущей знаменитости в 1863 году?
На картине изображён молодой офицер лейб-гвардии Гатчинского полка. На его парадном мундире нет ни одной награды, даже медали в память Крымской войны. Хотя её получили все гвардейцы, служившие до 19 марта 1856 года в объявленном на военном положении Петербурге. Следовательно, офицер начал службу уже после завершения боевых действий. Но как среди десятков молодых лейб-егерей определить, кого запечатлел Маковский?
Один из самых подробных списков его произведений опубликовал выдающийся русский публицист и искусствовед Фёдор Булгаков. В 1890 году он издал капитальный труд «Наши художники», в котором собрал сведения о 750 русских мастерах и их 6300 произведениях, выставлявшихся на академических выставках за предыдущие 25 лет. Сравнивая перечень работ Маковского со списками офицеров лейб-гвардии Гатчинского полка, я обратил внимание на одно интересное совпадение.
Среди ранних, ещё не слишком многочисленных работ художника значится портрет «г. Несветевича». О современном месте хранения этой картины ничего не известно. Между тем, согласно полковым спискам, среди лейб-егерей в 1863 году служили два брата с фамилией… Насветевич! По всей видимости, один из них и представлен на портрете, только его фамилия чуть искажена. Но как доказать эту смелую версию? Да и кто из двух братьев позировал художнику?
Старший брат, капитан Сергей Александрович Насветевич, начал службу ещё при Николае I и имел не только медаль в память Крымской войны, но и серебряную медаль «За усмирение Венгрии и Трансильвании» в 1849 году, а также орден Св. Анны 3-й степени. Так что он не может быть персонажем Маковского. А вот его младший брат, поручик Александр Александрович, поступил в полк только 6 июня 1857 года и к 1863 году действительно не имел никаких наград.
Таким образом, если на картине изображён всё-таки не «Несветевич», а Насветевич, то им может быть лишь Александр Александрович. Но как это окончательно установить? Однако процесс атрибуции тем и интересен, что иногда, в самые, казалось бы, безвыходные моменты, судьба неожиданно дарит встречи с удивительными людьми.
Изучая биографию Насветевича выяснил, что он имел трёх сыновей и двух дочерей. Старшая из них, Анастасия, в 1887 году вышла замуж за педагога-лингвиста Сергея Андреевича Манштейна. Их старший сын Александр служил морским офицером, участвовал в Первой мировой войне. В 1920 году он командовал эсминцем «Жаркий», навсегда покинувшим Крым с белой эскадрой. Вместе с ним в Бизерту отправилась и его семья, в том числе восьмилетняя дочь Анастасия. В 1935 году она вышла замуж за потомка старинного татарского рода мурзу Сервера Муртазу Ширинского.
Вот это находка! Оказывается, правнучкой Александра Насветевича являлась знаменитая Анастасия Манштейн-Ширинская, чьи заслуги признаны Россией и Тунисом! Эта удивительная женщина, именем которой сегодня названа площадь в Бизерте, являлась одним из самых известных педагогов страны. Среди её учеников немало видных деятелей, в том числе мэр Парижа в 2001-2014 годах Бертран Деланоэ. Анастасия упорно отказывалась получать иностранное гражданство, храня преданность своему Отечеству. 70 лет — едва ли не дольше всех в истории — она жила по нансеновскому паспорту и лишь в 1997 году приняла гражданство Российской Федерации, принципиально получив паспорт с двуглавым орлом.
В конце жизни Анастасия Александровна написала мемуары, в которых есть семейные предания и о прадеде Насветевиче. Особенно меня заинтересовали следующие строки: «Сохранился лишь один его портрет, уже пожилого генерала. Энергичное с неправильными чертами лицо, удлинённый разрез глаз, тяжеловатые веки, внимательный взгляд…» Так, значит, портрет Насветевича уцелел и находился у его правнучки в Тунисе! Но как его найти сегодня?
К счастью, благородное дело Анастасии Александровны продолжает Фонд сохранения исторического и культурного наследия её имени. Связываюсь с его президентом Эльвирой Гудовой и получаю обнадёживающий ответ:
— Действительно, среди семейных реликвий имеется фотография, подписанная: «Мой прадед Александр Александрович Насветевич, флигель-адъютант Александра II, «маленький генерал»«. Видимо, об этом портрете говорится в мемуарах. Надеюсь, он вам поможет.
И вот передо мной та самая фотография из Бизерты. Достаточно одного взгляда, чтобы не осталось никаких сомнений, кого изобразил художник: слишком уж характерную внешность имел Александр Насветевич. Кроме того, упомянутое звание флигель-адъютанта позволило найти ещё одну его фотографию в дореволюционном издании «Столетие Военного министерства», целых девять книг которого посвящены императорской свите.
Изучение биографии «маленького генерала» невольно вызывает в памяти ещё одного гвардейца с большим носом — Сирано де Бержерака в трактовке знаменитой пьесы Эдмона Ростана. Вполне возможно, что и сам Насветевич посмотрел главную парижскую премьеру сезона 1897/1898 годов в постановке российских театров.
Александр Насветевич родился 10 июня 1836 года в семье курских дворян. Как и его старшие братья Сергей и Владимир, он получил образование в столичном Павловском кадетском корпусе, из которого был выпущен 6 июня 1857 года прапорщиком в лейб-гвардии Гатчинский полк. Ещё за год до этого полк назывался лейб-гвардии Егерским, и офицеры, упорно отказываясь именоваться «гатчинцами», продолжали звать себя «лейб-егерями». Это 15-летнее противостояние, в конце концов, завершилось их победой: 17 августа 1871 года, в день 75-летия части, Александр II вернул ей историческое имя.
В лейб-егерях Насветевич прослужил 20 лет. Можно только догадываться, сколько неприятностей доставляли поначалу юному офицеру его маленький рост и большой нос. Возможно, из-за этого 15 сентября 1860 года он поступил на учёбу в Фехтовально-гимнастический кадр, где за два года добился блестящих успехов. Теперь уже никто не смел дерзить Александру. Подобно Сирано, он очень быстро завоевал титул лучшего фехтовальщика гвардии. В марте 1863 года в присутствии императора Насветевич выиграл состязание на рапирах и получил полусаблю с победной надписью на золингенском клинке.
В мае 1863 года Насветевич принял командование ротой и с 22 июня по 20 октября находился в Виленском военном округе, где лейб-егеря действовали против повстанцев в Трокском и Лидском уездах. Эту боевую командировку следует учитывать, определяя время создания портрета.
Вероятно, он был выполнен Маковским в первом полугодии 1863 года. Возможно даже, картина связана с женитьбой Насветевича. Хотя с ней оказалось всё не так просто.
Согласно мемуарам правнучки, «среди наиболее видных представителей славянофилов были братья Иван и Пётр Киреевские. Без сомнения, Александр посещал литературные круги, так как примерно в 1860 году он женился на совсем юной Марии Петровне Киреевской». Однако эта красивая легенда опровергается документами Российского государственного военно-исторического архива. В них прямо указано, что женат Насветевич был на дворянской девице, которую действительно звали Мария Петровна, только не Киреевская, а Демчинская!
Как бы там ни было, их брак оказался удачным. «Мария Насветевич, к счастью тех, кто её знал, была душой щедрой, доброжелательной и пылкой. Рядом с ней все оживало — и люди, и вещи». Не исключено, что поручик Насветевич заказал портрет молодому Маковскому для своей невесты перед отъездом в боевую командировку.
Вернувшись в Петербург, Насветевич продолжил успехи в фехтовании. 21 марта 1866 года его назначили распорядителем Офицерского фехтовально-гимнастиче-ского зала. Эту должность он занимал 11 лет, вплоть до Русско-турецкой войны. В июле 1866 года Насветевич в присутствии Александра II снова победил в соревновании, завоевал первый приз и получил наградную саблю с толедским клинком. После этого государь поручил бравому капитану учить фехтованию цесаревича Александра. Войдя в близкий круг царской семьи, Насветевич подружился с наследником престола. Цесаревич и его супруга Мария Фёдоровна даже стали крёстными дочери Насветевича Александры, родившейся 30 июня 1870 года.
Добрые отношения с наследником обеспечили Насветевичу успешную карьеру. 30 августа 1871 года он был произведён в полковники, а 17 августа 1875 года на церковном параде по случаю полкового праздника Александр II пожаловал его во флигель-адъютанты. При этом царь узнал, что полковник ждёт прибавления семейства. Поскольку праздник лейб-егерей отмечался в день святого мученика Мирония,то император «выразил желание быть крёстным новорождённого и добавил, что ему бы хотелось, чтобы ребёнок был назван Мироном в честь святого покровителя полка». Само собой, родившийся 6 февраля 1876 года мальчик стал Мироном Александровичем.
Когда началась Русско-турецкая война, Насветевич 24 августа 1877 года отправился в действующую армию. Через месяц, 24 сен-тября,Александр II провёл смотр 1-й гвардейской пехотной дивизии. Объезжая войска, он при всех поздравил Насветевича с назначением командиром 54-го пехотного Минского полка. Следующие три месяца полковник доблестно сражался на Шипке. Особая роль выпала ему в последнем сражении 28 декабря 1877 года: по поручению Фёдора Радецкого он принял капитуляцию турецких таборов, окружённых в горах. За Шипку Насветевич был награждён золотым оружием с надписью «За храбрость» и орденом Св. Анны 2-й степени с мечами.
Стремительный марш к Адрианополю в январе 1878 года стал последним боевым испытанием для Насветевича. После завершения войны он 30 августа 1882 года был произведён в генерал-майоры с зачислением в запас. В эти годы Насветевич увлёкся фотографией и в своём столичном доме на Каменном острове оборудовал целую лабораторию. Благодаря близости к царской семье он получил возможность снимать придворные события. В Российском государственном архиве кинофотодокументов хранятся более 150 его альбомов высочайших смотров, визитов, праздников.
«В семейной памяти сохранился один случай. Во время визита Вильгельма II в Россию оба императора принимали парад гвардейских полков. В день церемонии шёл сильный дождь, и почва неизбежно превращалась в слякоть. Вдруг Вильгельм II нагнулся и концом свой трости высвободил из земли резиновую галошу. На его вопросительный взгляд Николай II ответил с улыбкой:
— Это маленького генерала. Он где-то тут бегает.
А «маленький генерал» в это время, взобравшись с помощью жандарма на телеграфный столб, фотографировал парад».
Творческая натура Насветевича не ограничивалась фотографией. Он, правда, не сочинял стихи, подобно Сирано де Бержераку. Иначе их сходство стало бы уже абсолютным. Зато с 1870-х годов лучший фехтовальщик гвардии полюбил… живопись. Он оформлял акварелью заставки альбомов, делал коллажи для меню и приглашений на высочайшие приёмы. В 1881 году во время процесса над цареубийцами судьба снова свела его с Константином Маковским, но теперь уже как коллегу. Оба они делали зарисовки в зале суда. Генерал также присутствовал на казни «первомартовцев» 3 апреля 1881 года. Его рисунки с натуры являются важным историческим источником. В 1923 году потомки Насветевича передали их в Музей революции вместе с хранившимся у генерала отрезком пеньковой верёвки, на которой была повешена Софья Перовская.
Но это оказалась лишь часть его архива. В 2008 году в Киеве на аукционе были проданы ещё 40 рисунков по делу об убийстве Александра II, а также 19 рисунков из придворной жизни и разрешения Насветевича на фотосъёмку.
6 февраля 1901 года «маленький генерал» окончательно вышел в отставку. К этому времени он владел обширными землями вокруг усадьбы Рубежное на границе Харьковской и Екатеринославской губерний. «Александр мечтал о железнодорожной ветке Харьков — Лисичанск, чтобы обеспечить транспортом бассейн Донца и связать Рубежное с внешним миром. Он всецело посвятил себя реализации этого проекта, предоставил землю [180 гектаров], вложил большие суммы в строительство и продолжал интересоваться ходом работ, где бы ни находился… Мечта осуществилась только 1 февраля 1905 года, когда состоялось торжественное открытие разъезда Насветевича и небольшой белый вокзал, построенный у подножия холма рубежанского поместья,украсила вывеска: «Станщя Насветевичъ»«. Под этим именем она существует до сих пор как пассажирская и грузовая станция города Лисичанск Луганского отделения Донецкой железной дороги.
Александр Александрович Насветевич умер в Петербурге 19 ноября 1909 года: «В один из зимних вечеров на балу при дворе он танцевал мазурку с одной из своих дочерей. Разгорячённый, в распахнутой шинели, он вышел на ночной мороз и слёг на другой день с воспалением лёгких. На его похоронах присутствовало очень много народа».
23 октября 2012 года на здании Лисичанской общеобразовательной школы №5, находящейся на месте бывшей родовой усадьбы Насветевичей, была открыта мемориальная доска в честь генерала и его знаменитой правнучки.