Багира

Суббота, 04 21st

Последнее обновлениеСб, 21 Апр 2018 6pm

Тайны истории и исторические загадки — Секретные архиви истории
Запретная история — Исторические тайны

Отечественная война 1812 года. Благодаря художественным фильмам и книгам та пора многим кажется красивой и невероятно романтичной: галантные французы, кавалерист-девицы, «пардон, мадам, не желаете ли со мной на рандеву»? Однако заблуждаться не стоит. Современники считали Наполеона воплощением дьявола, и для этого у них были основания.

Россия времён Наполеона

Журнал: Наша история №1, апрель 2018 года
Рубрика: Захватчики
Автор: Владимир Казаков

Денежная атака

Фото: мародёрство французовВойна 1812 года отличалась от всех предыдущих. Кроме мощнейшей идеологической, пропагандистской поддержки со стороны прессы, книг, помимо фабрикации слухов, наглядной агитации в картинках, которые развешивались на заборах и стенах домов — этакий аналог нынешнего ТВ, была проведена крупномасштабная финансовая диверсия. В экономику России, Англии и Австрии было вброшено огромное количество фальшивых денег. Для дестабилизации финансовой системы врага их выпускали и раньше, но впервые это приняло столь масштабный характер. Была развязана настоящая финансовая война.
Дело поставили с размахом: деньги выпускали два печатных двора в Париже и два в Варшаве. Оборудовали даже специальную «пыльную» комнату, в которой свежие банкноты возили по грязному полу, придавая им вид уже побывавших в обращении. Во время оккупации типографию для печатания рублей открыли прямо в Москве, на Рогожской заставе, во дворе старообрядческой церкви.

Несостоявшаяся реформа

Сохранилась записка министра финансов Дмитрия Гурьева, где тот сообщал Александру I, что в 1811 году, по имеющимся у него агентурным сведе-# ниям, «французы выпустили в Варшаве через посредство Дюка де Бассано и какого-то банкира Френкеля до 20 миллионов рублей ассигнациями достоинством в 100,50, 25 рублей». Это 4,5 процента всех денег, какие вообще ходили в России!
Некоторые историки считают, что за 1811-1812 годы в экономику России было влито до 120 миллионов фальшивых рублей. Генеральный контролер главного управления ревизии доносил императору Александру I: «Войны Вашей бабушки были игрушкой в сравнении с нынешними… Вы должны остановить эмиссию». Рубль начал трещать по швам, и к началу войны за рубль ассигнациями давали 25 копеек серебром.
По качеству исполнения французские фальшивки превосходили оригиналы — они отличались более чётким водяным знаком, глубоким рельефным тиснением, ровным расположением букв. Это, кстати, подводило фальшивомонетчиков: определить их можно было именно из-за качества печати. Однако недостаточное знание французами русского языка привело к забавной путанице букв: «госуларственной», вместо «государственной» и «холячей», вместо «ходячей». Но массы — и крестьяне, да и рабочие — были в основном неграмотны, так что такие ошибки сходили с рук.
Экономика России выстояла после такого огромного вливания ничем не обеспеченных денег только потому, что быстро выиграла войну, и фальшивки просто не успели в достаточном объёме распространиться. Сыграл свою роль и другой фактор — бедность. Наполеон выпускал купюры по 25, 50, 100 рублей, при этом большинство селян бумажных денег отродясь не видели, для бедноты это были немыслимые суммы. В ходу были серебро и медь. Корова — главное богатство крестьянина — стоила от рубля до двух, ведро водки — 30 копеек. Даже те крестьяне, которые соглашались продавать продовольствие врагу — а таких было немного — отказывались брать бумажные деньги такого номинала. Французские солдаты, получившие жалованье «наполеоновскими купюрами», не могли его потратить. Впрочем, они всё же пригодились: при отступлении костры замерзающих оккупантов нередко разжигались фальшивыми ассигнациями. Миллионы сгорели, но часть все же осталась в стране.
После окончания войны для восстановления экономики министры предлагали провести реформу, выпустить новые деньги и таким образом отсечь фальшивки. После долгих раздумий Александр I отказался от этого плана. Выбрал самый дорогостоящий, зато и самый гуманный способ.
«Для некоторых моих бедных подданных попавшая им в руки бумажка в 50 или 100 рублей — целое состояние. И я не могу лишить их его». Император приравнял хождение фальшивых и настоящих денег, изымая их уже только через банки. Только к 1824 году издали указ, что в основном все фальшивые деньги изъяты. Но попадались они до конца 1840-х годов. Россия выстояла не только против вторжения, но и против экономической диверсии.

Варвары

Факты говорят, что войска Наполеона изуверствовали на нашей земле не хуже гитлеровских. Просто у французского императора было меньше времени — всего полгода. О каком-либо благородстве и уважении к противнику и речи не было: «Для победы необходимо, чтобы простой солдат не только ненавидел своих противников, но и презирал их». Среди солдат Наполеона распространялись агитки о варварстве славянских народов, а с варварами можно действовать только варварскими методами. Французские войска разрушали монастыри, взрывали памятники архитектуры. Алтари московских церквей умышленно превращали в конюшни и отхожие места. Лютой смертью убивали священников, не выдававших церковные святыни, насиловали монахинь, древними иконами растапливали печи.
Банальный грабёж начался ещё с дальних подступов к Москве. Солдаты уничтожали сады и огороды, убивали скот, губили посевы. Причём военной необходимости в этом не было никакой, это были просто акции устрашения. Как писал Евгений Тарле, «разорение крестьян проходившей армией завоевателя, бесчисленными мародёрами и просто разбойничавшими французскими дезертирами было так велико, что ненависть к неприятелю росла с каждым днём».
Но полное оккупационное раздолье началось 3 сентября 1812 года — на следующий день после входа в Москву, когда официально, приказом, было разрешено грабить город. Дочиста были разорены многочисленные московские монастыри. Солдаты сдирали с икон серебряные оклады, собирали лампады, кресты. Для удобства обзора они взорвали стоявшую рядом с Новодевичьим монастырём церковь Иоанна Предтечи. В Высокопетровском монастыре оккупанты устроили скотобойню, а соборный храм превратили в мясную лавку. Весь монастырский погост был покрыт спёкшейся кровью, а в соборе на паникадилах и на вколоченных в иконостас гвоздях висели куски мяса и внутренности животных. В Андрониевском, Покровском, Знаменском монастырях французские солдаты кололи на дрова иконы, лики святых использовали как мишени для стрельбы.
В Чудовом монастыре французы разъезжали, надев на себя и на своих лошадей митры и облачение духовенства. В Даниловом монастыре ободрали раку князя Даниила и сорвали одежды с престолов. В Можайском Лужецком монастыре хранящаяся здесь икона Святого Иоанна Предтечи имеет следы от ножа — французы использовали её как разделочную доску, рубили на ней мясо. От исторических реликвий дворца царя Алексея Михайловича, находившегося на территории Саввино-Сторожевского монастыря, почти ничего не осталось. Кровать царя была сожжена, дорогие кресла ободраны, зеркала разбиты, печи сломаны, редкие портреты Петра Великого и царевны Софьи похищены.
Иеромонах Знаменского монастыря Павел и священник Георгиевского монастыря Иоанн Алексеев были убиты. Священника церкви Сорока Святых Петра Вельмянинова били прикладами, кололи штыками и саблями за то, что не отдал им ключи от храма. Всю ночь он пролежал на улице, истекая кровью, а утром проходивший мимо французский офицер милостиво пристрелил отца Петра. Монахи Новоспасского монастыря похоронили священника, но французы потом три раза раскапывали его могилу: увидев свежую землю, они думали, что в этом месте зарыли клад. Страдало не только духовенство, многие простые люди погибли не на поле брани, а рядом со своим домом, защищая кров и православные святыни.
Николай Бердяев в «Философии неравенства» метко заметил, что «в нацию входят не только человеческие поколения, но также камни церквей, дворцов и усадеб, могильные плиты, старые рукописи и книги, и, чтобы понять волю нации, нужно услышать эти камни, прочесть истлевшие страницы».

Разбойное бегство

Что творили уже обречённые захватчики, отступая, вообще не поддаётся здравому смыслу. Развращенные французские офицеры принуждали крестьянок к оральному сексу, что для многих девушек и женщин было тогда хуже смерти. Несогласных убивали, часть женщин сознательно шла на смерть, вгрызаясь зубами в плоть захватчиков. При всем этом к больным и раненым врагам россияне относились сочувственно. В Новодевичьем монастыре заболевших французских солдат лечили, а в Рождественском делились с голодными оккупантами своей пищей. Рассказывая об этом, одна из монахинь пояснила: «Опять же жаль их, сердечных, не умирать же им голодною смертью, а шли ведь они на нас не по своей воле».

Всепрощение

Добр русский человек, всепрощающ. Видимо, поэтому часть войска Наполеона осталась в России жить. Большинству русские люди помогли Христа ради, подобрав их обмороженными и голодными. Они становились швейцарами, поварами, ремесленниками. Образованные выбились в гувернёры, преподаватели французского языка и этикета. С тех пор появилось на Руси слово «шаромыжник» — от французского cher ami («дорогой друг»). Мы их помним по персонажам, замелькавшим в русской литературе после 1812 года. Они вполне прижились в России, стали совсем русскими, явившись родоначальниками многих известных фамилий вроде Лурье, Машеровы (от mon cher — «мой дорогой»), Машановы, Жанбровы. Берги и Шмидты с многочисленными детьми — тоже в основном из наполеоновских немецких солдат.

Утерянные святыни

10-11 октября 1812 года под башни, станы и здания Кремля французы заложили пороховые мины. Если бы всё случилось так, как хотел создатель современной Европы — Наполеон, то Россия потеряла бы символ своей тысячелетней истории. К счастью, ночью пошёл дождь, загасил часть фитилей, многие другие потушили москвичи, рискуя жизнью.
Однако часть зарядов сработала. До основания была снесена Водовзводная башня, наполовину разрушена Никольская. Частично был разрушен Арсенал, повреждены Грановитая палата, Филаретова пристройка, Комендантский дом. Пострадало здание Сената, а бронзовый Георгий Победоносец, украшавший купол Круглого зала, бесследно исчез. По одной версии, он вместе с ещё двумя предметами, составлявшими гордость Кремля — орлом с Никольских ворот и крестом с колокольни Ивана Великого, — был вывезен французским обозом. До сих пор эти исторические реликвии не найдены. Уходя из Москвы, наполеоновские солдаты пытались взорвать ещё и Новодевичий, Рождественский, Алексеевский монастыри, однако монахам удалось вовремя потушить огонь и тем самым спасти свои обители.

Последний солдат

Интересна и одновременно во многом типична судьба Николая Андреевича Савина, или Жана-Батиста Савена — бывшего лейтенанта 2-го гусарского полка 3-го корпуса армии маршала Нея, участника Египетских походов, Аустерлица. Этот обрусевши француз стал последним солдатом той Великой армии и умер, окружённый многочисленным потомством, на 126-м году жизни. До этого более 60 лет преподавал в Саратовской гимназии. Он до конца дней сохранил ясность ума и помнил, что одним из его учеников был не кто иной, как Николай Чернышевский. Н.А. Савин часто вспоминал очень характерный эпизод — его пленение казаками генерала Платова. Разгорячённый атаман Донского казачьего войска немедленно дал ему в морду, потом велел напоить водкой, чтобы не замёрз, накормить и отправить в тёплый обоз, чтобы пленник не простудился. И потом постоянно справлялся о его здоровье. И такое отношение на Руси к поверженному врагу встречалось повсеместно.


Канал сайта

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Статьи Тайны истории История России Россия времён Наполеона