Багира

Четверг, 11 23rd

Последнее обновлениеСр, 08 Нояб 2017 2pm

Тайны истории на Дзене — Дзен-канал «Тайны истории»
Тайны истории в Telegam — Телеграмм-канал «Тайны истории»

Боевые организации РСДРП(б) зародились и развились на базе могучего рабочего движения первой русской революции.

Петербургская боевая организация большевиков (1905-1907 гг.)

Журнал: Вопросы истории №1, 1946 год
Рубрика: Статьи
Автор: О. Иванова

Их органическая связь с массовым рабочим движением неоднократно отмечалась Лениным, который горячо протестовал против попыток меньшевиков уподоблять партизанские выступления боевых дружин РСДРП(б) террористической деятельности народовольцев и эсеров1.
Боевые организации большевиков прошли в течение трёхлетнего периода первой русской революции два основных этапа своего развития. Первый из них совпадает с хронологическими гранями 1905 года. Второй охватывает 1906 и 1907 годы,
Боевые дружины 1905 г., оформившиеся после постановления III съезда партии, вписали славные страницы в историю революционного движения в России. Они показали примеры подлинной доблести и геройства в дни декабрьского вооружённого восстания. Но одновременно декабрьское восстание вскрыло слабые стороны боевых дружин, обнаружило изъяны в постановке и организации боевой работы.
Подавление декабрьского вооружённого восстания не было воспринято большевиками как разгром революции. Передовые слои пролетариата довольно быстро оправились от пережитого удара и стали под руководством большевиков готовиться к новой вооружённой схватке с самодержавием.
Большевистская партия выдеинула на боевой участок ряд крупнейших работников. В центре непосредственными помощниками Ленина в области боевой работы были тт. Л. Красин и Саммер. На Кавказе, под общим руководством товарища Сталина, развивали кипучую деятельность боевые отряды, возглавляемые тт. Орджоникидзе и «Камо» (Тер-Петросян). В качестве организаторов и руководителей боевой работы на местах выступали в то время тт. Свердлов, Киров, Ворошилов, Куйбышев и многие другие.
Второй период существования боевых организаций большевиков продолжался в основном около двух лет. Это был период наибольшего расцвета их деятельности, которая была окончательно свёрнута в начале 1908 года. Только на Урале, вопреки постановлениям высших партийных органов, продолжались вплоть до 1910 года партизанские выступления бывших членов официально распущенной боевой организации.
На протяжении второго периода подводились итоги и изучался опыт вооружённых восстаний 1905 г., причём огромную помощь массам в деле освоения вопросов организации боевой работы, связанных с вооружённым восстанием, оказали вожди большевиков. В ряде статей, посвящённых вооружённому восстанию, товарищи Ленин и Сталин дали критический анализ пережитых событий, вскрыли основные 'Причины военно-технической неудачи восстания, дали конкретные указания,, как надо стооить работу боевых оргаиизацил в дальнейшем2.

--------
1 Ленин. Соч. Т. IX, стр. 26.
2 Ленин «Современное положение России и тактика рабочей партии» (февраль 1906 г.); «Русская революция « задачи пролетариата» (март 1906 г.); «Уроки московского восстания» (август 1906 г.); С.талин «Две схватки» (январь 1906 г.); «Текущий момент и Объединительный съезд рабочей партии» (лето 1906 г.); См. Берия Л. «К вопросу об истории большевистских организаций в Закавказье», стр. 71-72. 3-е изд.

Уяснив основные уроки декабрьского вооружённого восстания, большевики стали по-новому строить свою боевую работу. В полном соответствии с указанием своих вождей большевики начинают «склеивать» разрозненные мелкие и плохо вооружённые боевые дружины в боевую организацию. Они отказываются от оборонительной тактики, выдвигают на первый план задачу систематической подготовки к новому вооружённому восстанию и подготавливают кадры руководителей для восстания, затрачивая большие средства на покупку оружия для повстанцев.
Таким образом, содержание и характер работы боевых организаций большевиков в течение второго периода становятся значительно шире и разнообразнее по сравнению с деятельностью боевых дружин 1905 года. Изменяется в значительной степени и личный состав боевых дружин: отсеиваются все колеблющиеся и случайные элементы. Боевые организации пополняются новыми членами, привлечёнными к активной политической деятельности революционными событиями конца 1905 года.
Боевая работа большевиков в течение второго периода развёртывается в обстановке нарастающей политической реакции, с одной стороны, и ожесточённой борьбы на два фронта в подполье — с другой. Справа против боевых организаций большевиков выступают меньшевики с их неверием в силы революции, с отрицанием необходимости военно-технической подготовки к новому вооружённому восстанию. «Слева» нависает угроза всякого рода уклонов, толкавших некоторых, недостаточно идеологически и политически выдержанных боевиков на путь чисто анархических выступлений.
Но ни виселицы столыпинского режима, ни ожесточённое сопротивление меньшевиков, ни разлагающее воздействие анархистов не могли помешать боевым организациям большевиков с честью выполнить возложенную на них партией задачу.
Только окончательно утвердившаяся в стране реакция воспрепятствовала дальнейшему развёртыванию деятельности боевых организаций на данном этапе. Но их опыт не пропал даром. Он был успешно использован как вождями, так и массами в победоносных боях Великой Октябрьской социалистической революции 1917 года.
Наиболее крупными боевыми организациями большевиков были Петербургская, Московская, Кавказская и Уральская организации. Петербургская и Московская боевые организации как по характеру и масштабам своей работы, так и по количеству своих членов занимали ведущее положение. На истории Петербургской боевой организации большевиков мы и остановимся в настоящей статье.

***

Работа боевых организаций большевиков протекала в условиях сугубой конспирации, « силу чего их деятельность, как правило, получила скудное отражёние в различного рода документах.
Основным источником, позволяющим восстановить картину деятельности той или иной боевой организации, являются воспоминания бывших членов этих организаций. Тщательная проверка данных, сообщаемых мемуаристами, сопоставление этих сведений с твёрдо установленными фактами и датами, а также с той небольшой документацией, которая, по счастью, всё же сохранилась в архиве партии гли в архивных фондах департамента полиции, — вот единственный путь, который позволяет восстановить, хотя бы в основных чертах, историю той или другой боевой организации большевиков.
Петербургской боевой организации сравнительно посчастливилось в этом отношении. Благодаря педантичной акурагности секретаря Петербургского комитета тов. Стасовой, в архиве партии сохранились протоколы — комитета за 1905 г., в которых мы находим, хотя и лаконичные, но весьма важные записи, относящиеся к истории Петербургской боевой организации. В том же архиве обнаружены отчёт и план работы представителя Петербургской боевой организации, посланные В.И. Ленину в сентябре 1905 г. заграницу, и ответ Владимира Ильича боевому комитету при Петербургском комитете. В протоколах первой конференции военных и боевых организаций РСДРП мы находим хотя и очень краткое, но содержащее конкретные сведения сообщение о работе боевой технической группы при ЦК. В архиве же Департамента полиции имеется небольшое количество документальных материалов, проливающих свет на отдельные события и факты, касающиеся Петербургской боевой организации. Кроме того работа петербургских боевиков находит отражёние в некоторых судебных фондах, особенно в материалах судебного процесса по так называемому делу «куоккальских бомбистов».
Что касается мемуарной литературы, то имеются три книги, представляющие исключительный интерес для истории Петербургской боевой организации. Первая книга составлена бывшим членом «Боевой технической группы» при ЦК РСДРП(б) тов. С.М. Познер. Это сборник воспоминаний петербургских боевиков, дополненный несколькими архивными документами.
Книга тов. Познер даёт обильный фактический материал, иллюстрирующий разностороннюю боевую работу ЦК и Петербургского комитета большевиков в 1905-1907 гг., и является ценным вкладом в литературу шшроса, но, составленная из отдельных воспоминаний (преимущественно бывших членов «Боевой технической группы» при ЦК), она носит фрагментарный характер и не даёт общей картины боевой деятельности Петербургской организации большевиков в хронологической последовательности. Кроме того книга тов. Познер оставляет невыясненным вопрос о структуре, персональном составе и времени возникновения «Боевого комитета» при Петербургском комитете — второй боевой организации большевиков, функционировавшей в Петербурге и его окрестностях в течение 1905-1907 гг. наряду с «Боевой технической группой» при ЦК.
С сожалением приходится констатировать отсутствие в книге, составленной тов. Познер, воспоминаний таких видных членов «Петербургского боевого комитета», как тт. Лалаянц, Шкляез и Фридолин, которые ещё здравствовали во время составления сборника1.
В 1935 г. работа тов. Познер получила ценное дополнение в виде воспоминаний бывшего члена боевой организации большевиков Нарвского района в Петербурге тов. А. Гуляева2.
Воспоминания тов. Гуляева не охватывают деятельности Петербургской боевой организации в целом. Но это единственные мемуары, которые в развёрнутом виде и э строго хронологической последовательности Шзлагают историю возникновения, развития и деятельности боевой Друнины большевиков одного из петербургских районов на протяжении все-;-го периода первой русской революции. Попутно с рассказом о боевой дружине Нарвского района автор освещает деятельность Центральной инструкторской школы в Петербурге, лаборатории в Куоккала и заканчивает свои мемуары судебным процессом над куоккальскимя бомбистами.
Работа тов. Гуляева имеет тем большее значение, что она создавалась частично по материалам Кировской (Нарвской) комиссии Истпарта и ещё в рукописи подверглась коллективному обсуждению среди старых большевиков — участников революции 1905 г., — которыми были внесены поправки фактического характера.

--------
1 В первом издании 1926 г. книга, составленная тов. Познер, называлась «Боевая Группа при ЦК РСДРП(б)». В 1934 г. она вышла вторым изданием под названием «Первая боевая организация большевиков 1905-1907 гг.».
2 Гуляева А. «Боевые дружины большевиков». Л. 1935.

В третья книга, в можно найти сведения о боевой работе петербургской организации большевиков, — это сборник Истпарта ЦК ВКП(б) посвящённый памяти Л.Б. Красина. В этой книге имеются очень важные указания о боевой работе Л.Б. Красина, выдвинутого на эту работу постановлением III съезда партии.
Сопоставляя данные мемуарного характера с постановлениями партийных съездов и конференцией, с высказываниями вождей партии — Ленина и Сталина, — а также с теми немногими документальными материалами, какие имеются в нашем распоряжении, мы попытаемся восстановить историю Петербургской боевой организации большевиков.

***

Решающим событием, вызвавшим к жизни боевые организации рабочего класса в России, в частности боевые дружины большевиков в Петербурге, было 9 января 1905 года. Кровь, пролитая на улицах столицы в день «Кровавого воскресенья», способствовала пробуждению классового сознания среди самых широких слоёв рабочего класса. Массы, не допускавшие даже и мысли о вооружённой демонстрации в день 9 января, словно переродились после пережитой катастрофы. Наивные иллюзии о «царе-батюшке» были изжиты. Петербургский пролетариат выдвинул из своих рядов отважных борцов, бросивших гневный призыв: «К оружию, товарищи, захватывайте арсеналы, оружейные склады, оружейные магазины. Разносите, товарищи, тюрьмы, освобождайте борцов за свободу…»1.
Обращаясь к проснувшемуся классовому сознанию пролетариата, большевистская партия широко развернула агитационную кампанию по внедрению в массы лозунга вооружённой борьбы с самодержавием. Начиная с середины января 1905 г., в каждом очередном номере центрального органа партии «Вперёд» поднимались вопросы, связанные с грядущей вооружённом борьбой.
В четвёртом номере «Вперёд» от 31(18) января 1905 г. была помещена статья Ленина «Начало революции в России». В этой статье Ленин выражал своё отношение к начавшемуся движению и определял новые задачи, которые возникали перед партией пролетариата. Приветствуя восставших рабочих, Ленин писал, что «вооружение народа становится одной из ближайших задач революционного момента».
Последующие выступления Ленина и ряд статей других авторов «Вперёд» развивали и конкретизировали различные стороны этой новой проблемы.
Наряду с центральным органом партии широко развернули агитацию и пропаганду местные партийные комитеты, также посвящавшие свои прокламации и листовки предстоящему вооружённому восстанию. В виде иллюстрации большевистских выступлений этого периода остановимся на двух документах. В прокламации Петербургского комитета РСДРП(б), выпущенной тотчас же после 9 января, говорилось: «Вас сотни тысяч, но что вы сделаете голыми руками? Вооружайтесь, где только можно, чем только можно. Разбирайте, где удастся, оружейные магазины, вы имеете право брать оружие для самозащиты. Пусть товарищи с оружейных и патронных заводов помогут остальным вооружаться. Оружие во что бы то ни стало. Только силой и кровью добывается свобода и справедливость»2.

--------
1 Подлинник этой прокламации василеостропских рабочих хранится а библиотеке Института Маркса-Энгельса-Ленина (ИМЭЛ).
2 Сборник «1905 год, в Петербурге». Истпарт. Л, и М. 1925.

Второй документ датирован 26 марта 1905 года. Это прокламация Кавказского союзного комитета РСДРП, озаглавленная «Что выяснилось», автором которой был товарищ Сталин. Выясняя причины поражении пролетариата в его первых схватках с самодержавием, прокламация констатировала: «Мы выступили в разное время, и потому удалось правительству, рассеять нас. Мы выступили без оружия, с голыми руками, и потому потерпели неудачу. «Оружия, о дайте нам оружия!» — кричал в отчаянии восставший пролетариат. Видя врага, он скрежетал зубами, он геройски рвался в бой, но, не имея оружия, он остался побеждённым в борьбе. А из всего этого несомненно вытекает, что нам первее всего необходимо вооружиться и, вооружившись, единовременно выступить против врага. Организовать восстание — вот в чём наша задача, вот что должна сделать российская пролетарская партия»1.
Большевистская агитация и пропаганда звали массы к активной работе по подготовке к вооружённому восстанию, и эти призывы падали на благодарную почву. Стачечное движение, прокатившееся по всей стране, привело к новым столкновениям с войсками и полицией и повлекло за собой новые жертвы. Пролетариат устремился на поиски оружия, но усилия рабочих масс в этом направлении большей частью не имели успеха. Это толкало их на путь изготовления оружия кустарным способом. Воспоминания активных участников бурных событий 1905 г. повествуют о лихорадочном напряжении, с каким петербургские рабочие принялись за вооружение своих отрядов. Вот что рассказывает о возникновении первой боевой дружины за Невской заставой в Петербурге в 1905 г. бывший активный член этой дружины тов. А. Зарубкин. Дело происходило примерно в феврале — марте 1905 года.
«На бывшем Семянниковском заводе (теперь имени Ленина) революционно настроенные рабочие начали сами готовить себе оружие. В мастерских завода ковали мечи, пики, топоры, брали резиновые шланги от пневматических свёрл, шланги эти резали на куски, наливали в них вершка два свинца и действовали ими как хорошей дубинкой. Мы раздобыли себе три револьвера системы Смит, один «браунинг» и «бульдог», а также по нескольку к ним патронов. Нами были сделаны четыре самодельных мелкокалиберных пушки, названные «самопалами». Сделаны они были из концов паровозных труб, с некоторыми приспособлениями, заряжались порохом и железной «выдрой» (осколками), зажигался такой снаряд папироской, приложенной к отверстию. Употреблять их не пришлось, но по такому типу мы стали изготовлять себе пистолеты. Так вооружалась первая рабочая охрана»2.
Аналогичная работа шла, несомненно, и в других рабочих кварталах. Партия большевиков не могла стоять в стороне от этого стихийного движения, не могла пройти мимо него, не оказав рабочему классу всемерную помощь и поддержку. Поэтому естественно, что ещё до III съезда партии, предвосхищая его решения, Петербургский комитет РСДРП приступил к практическим мероприятиям для помощи массам в деле самовооружения.
Начало этой работы отражёно в протоколе Петербургского комитета РСДРП(б) от 28 февраля 1905 г., в котором мы находим следующую запись: «Вопрос о вооружении. Решено избрать особое лицо, заведующее вооружением, и ассигновать немедленно 600 рублей для приобретения револьверов. Решается вопрос о хранении и распределёнии»3.
Этим постановлением была оформлена новая партийная организация, получившая впоследствии наименование «Боевой технической группы» и положившая начало Петербургской боевой организации.

--------
1 Берия Л. «К вопросу об истории большевистских организаций в Закавказье. стр. 58. 3-е изд.
2 Зарубкин А. «Как возникла первая боевая дружина за Невской заставой в 1905 году». В книге, составленной С.М. Познер, «Первая боевая организация большевиков 1905-1907 гг.», стр. 224-231.
3 «Пролетарская революция» №12 за 1924 г. стр. 44.

С этого момента приобретение оружия, поиски которого производились кустарным способом (многие петербургские большевики занимались добыванием оружия, даже не имея на то специальных полномочий), при-, нимает упорядоченную, организованную форму.
Лицо, которому ЦК РСДРП поручил производить закупку, доставку и распределёние оружия среди членов Петербургской организации, был Н.Е. Буренин (партийная кличка — «Герман»), занимавшийся до тех пор транспортом нелегальных изданий партии из-за границы через Финляндию. Вскоре вокруг «Германа» образовалась небольшая ячейка, которая, постепенно разрастаясь, превратилась — в 1906 г. в широко разветвлённую организацию1.
Начало работы «Боевой технической группы» было сопряжено с большими трудностями. Ни опыта, ни навыков, ни соответствующих связей первоначально не было. А революция бурлила. Ежедневно рабочий класс властно напоминал о том, что он нуждается в оружии, и требовал его. Надо было епешнс добывать немалые средства для развёртывания работы, находить источники приобретения оружия, завязывать необходимые связи и привлекать подходящих людей для этого нового и крайне ответственного вида партийной работы.
Официальный партийный документ, каким является денежный отчёт ПК РСДРП(б), отражает трудности, встававшие перед «Боевой технической группой» в первый период её существования. В финансовом отчёте Петербургского комитета за март 1905 г., в графе прихода, впервые появляется новая статья — «на оружие» — 1046 руб. 05 коп., а в графе расхода — «на оружие» — 887 руб. 40 коп.2. Самый факт неиспользования полностью такой незначительной суммы ясно говорит о том, что з марте 1905 г. «Боевая техническая группа» не располагала ещё необходимыми связями для покупки оружия.
Очень скоро выяснилось, что возможности приобретать оружие путём покупки з самом Петербурге до крайности ничтожны. Кроме того предлагаемое оружие было разного калибра и низкого боевого качества. Доставать удавалось почти исключительно револьверы разных систем, начиная от негодных «бульдогов» и кончая, в лучшем случае, «браунингами». Это обстоятельство принудило «Боевую техническую группу» обратить свои взоры к «красному тылу» столицы — Финляндии — и наладить оттуда доставку оружия, привозимого по преимуществу из Бельши и Германии. Но и этот путь приобретения — оружия оказался неудовлетворительным. Возможности закупки оружия сравнительно с предъявляемым на него спросом были недостаточны. Перевозка же этого вида контрабанды в Россию представляла неизмеримо большие трудности, чем транспортирование нелегальной литературы.
Все эти условия заставили «Боевую техническую группу» серьёзно задуматься над вопросом о постановке на месте производства разрывных снарядов. На необходимость вплотную заняться изготовлением бомб, или, точнее говоря, ручных гранат, указывал и центральный орган партии «Вперёд», поместивший в №11 от 23(10) марта 1905 г. статью «Об уличной борьбе (советы восставшим рабочим генерала Парижской Коммуны — Клюзере)». К статье было сделано небольшое введение редакции, в котором рекомендовалось товарищам обсудить эти практические указания и степень их применимости к современным условиям российской действительности.
Чтобы поставить это новое и опасное производство на солидную базу, в Македонию был командирован «химик» тов. Скосаревский («Омега»).

--------
1 В «Боевую техническую группу» входили первоначально, кроме Н.Е. Буренина, С.М. Познер — «Татьяна Николаевна», Ф.И. Драбкина — «Наташа», А.М. Игнатьев — «Григорий Иванович», Ю.А. Грожай — «Дмитрий Сергеевич», Н.П. Сагредо — «Андрей Андреевич», тов. Скосаревский — «Омега», тов. Пескова — «Альфа» и др.
2 Подлинник печатного финансового отчёта ПК РСДРП за март 1905 г. хранится в библиотеке ИМЭЛ.

Скосаревекому удалось установить связь с известным македонским революционным деятелем Наумом Тюфекчиевым и ознакомиться на месте с конструкцией я действием македонской чугунной бомбы. Вернувшись в Россию, тов. Скосаревский привёз с собой чертежи «македонок», над усовершенствованием которых (работала позднее специально созданная J1. Б. Красиным «химическая группа».
Так началась под руководством большевиков подготовка петербургского пролетариата к вооружённой борьбе с царизмом.
Между тем процесс накопления революционной энергии масс продолжался. Под влиянием рабочего движения и военных поражений на Дальнем Востоке, весной 1905 г. развернулось сильное крестьянское движение.
В обстановке всё нараставшего общественного возбуждения в стране был созван в апреле 1905 г. в Лондоне III съезд партии. Основным 'вопросом съезда был вопрос о вооружённом восстании. Ленин дважды выступал на съезде по этому вопросу. Возражая Аксельроду, который в меньшевистской печати высказывал опасения по поводу того, что слишком много думают о восстании, Ленин заявил:
«Оказалось, однако, что думали слишком мало… Вся история последнего года показала, что мы недооценивали значение и неизбежность восстания»1.
По докладу о вооружённом восстании III съезд принял составленную Лениным резолюцию, в которой поручал всем партийным организациям:
а) выяснять пролетариату путём пропаганды и агитации не только политическое значение, но и практически-организационную сторону предстоящего вооружённого восстания;
б) выяснять лри этой пропаганде и агитации роль массовых политических стачек, которые могут иметь важное значение в начале и в самом ходе восстания;
в) принять самые энергичные меры к вооружению пролетариата, а также к выработке плана вооружённого восстания и непосредственного руководства таковым, создавая для этого, по мере надобности, особые группы из партийных работников»2.
Таким образом было санкционировано существование боевых групп при партийных организациях. Ленин, выступая вторично по вопросу о вооружённом восстании, прямо заявил: «По вопросу об образовании особых боевых групп я могу сказать, что считаю их необходимыми. Нам нечего бояться образования особых групп»3.
После III съезда партии «Боевая техническая группа» превратилась в орган ПК партии, и непосредственное руководство работой перешло к Л.Б. Красину — «Никитичу». С приходом Красина работа «Боевой технической группы», по свидетельству тов. Буренина, значительно расширилась.
Красин организовал «Химическую группу» при ЦК, в состав которой привлёк крупных специалистов. Эта группа работала под руководством самого «Никитича» над конструкцией большого сильнодействующего снаряда. Наряду с этим шла работа над снарядом массового типа, и одним из участников группы была изобретена так называемая «панкластит-мая бомба» — снаряд упрощённой конструкции, легко изготовлявшийся кустарным способом.
Оружие попрежнему закупалось небольшими партиями заграницей и затем с чрезвычайными трудностями переправлялось через Финляндию сухопутным или морским путём. К доставке оружия по воде была привлечена целая группа сестрорецких рабочих во главе с тов. Емельяновым (тем самым, у которого летом 1917 г. скрывался на Разливе В.И. Ленин от ищеек Керенского).

--------
1 «Протоколы III съезда РСДРП». Полный текст, стр. 133-137. М. 1924.
2 Там же.
3 Там же, стр. 182.

Но результаты этой работы не оправдывали больших денежных затрат и огромного риска, с которым была сопряжена контрабандная доставка оружия, — оно получалось в ничтожных количествах сравнительно с запросами революционных масс. Тогда прибегли к использованию нового источника. Наряду с покупками оружия заграницей стали систематически приобретать его в самой России, на казённых оружейных заводах в Сестрорецке, Ижевске и т.п. Часть оружия доставлялась бесплатно преданными делу революции рабочими; другая часть покупалась у людей, занимавшихся доставкой оружия с целью наживы. Таким образом, по свидетельству непосредственных исполнителей этой операции, большевикам удалось получить несколько сот прекрасных винтовок казённого образца.
В дальнейшем на тот же путь встали и при добыче динамита и патронов. Динамит заводского производства покупался и похищался большими — партиями в Финляндии, где с этой целью было организовано несколько экспроприации. Затем весь этот опасный груз морем или по железной дороге доставлялся самоотверженными транспортёрами в Петербург. Тов. Драбкина — «Наташа», — чисто совершавшая эти опасные рейсы из Финляндии в Петербург, неоднократно брала с собой в вагон в целях конспирации свою трёхлетнюю дочурку.
Что касается патронов, то вместо кустарного изготовления в подпольных мастерских их стали приобретать у солдат, с которыми были завязаны прочные связи. Частично патроны доставлялись непосредственно рабочими патронного завода.
Позднее тов. Буренин получил от Красина ещё одно ответственное задание — отправиться в Софию и в Париж, чтобы закупить там и отправить в Россию большую партию бикфордова шнура и запалов гремучей ртути. Это поручение «Никитича» было успешно выполнено.
Организационно-практическая подготовка к вооружённому восстанию не исчерпывалась одним лишь заготовлением оружия и взрывчатых веществ. Необходимо было ещё помочь и в деле организации боевых отря-доз, проинструктировать их и обучить обращению с оружием. Надо было, наконец, поставить на обсуждение и разрешение основной тактический вопрос — как, в каких формах целесообразнее всего вести уличную борьбу повстанцев с правительственными войсками. Все эти задачи не входили в компетенцию «Боевой технической группы» при ЦК РСДРП, осуществление их ложилось прежде всего на местные партийные комитеты.
После III съезда партии местные партийные комитеты широко развернули пропаганду и агитацию лозунгов, выдвинутых съездом, в частности лозунга «зооруженное восстание», и успешно разрешили задачу политической подготовки широких масс трудящихся к вооружённой борьбе с царизмом. Труднее и медленнее развёртывалась организационно-практическая работа по подготовке к восстанию. Это обстоятельство рнушало тревогу В.И. Ленину и заставляло его неоднократно останавливаться на этом вопросе в своих выступлениях в печати. Так, заканчивая свой замечательный труд «Две тактики соц.-демократии в демократической революции» и полемизируя с меньшевиками, Ленин писал: «Факт тот, что не только не увлекаются у нас чересчур задачами восстания, общеполитическими лозунгами, делом руководства всей народной революции, а, наоборот, отсталость именно в этом отношении бьёт в глаза, составляет самое больное место, представляет .реальную опасность движения, которое может выродиться и кое-где вырождается из революционного на деле в революционное на словах»1.

--------
1 Ленин. Соч. Т. VIII, стр — 98.

Стремление ЦК оказать всемерную помощь местным организациям разрешить «на деле» цовые революционные задачи побуждало центральный орган партии посвящать свои страницы не только политическим и принципиальным проблемам, связанным с лозунгом вооружённого восста кия, но и уд»елять внимание практическим вопросам подготовки и проведения самого восстания. Так, помимо уже названных нами «советов генерала Коммуны Клюзе-ре» в №14 «Вперёд» от 12 апреля (30 марта) была опубликована статья В.С. «К вопросу о постройке баррикад», а в номере от 18 (5) мая — заметка «О вооружённой борьбе» (практические советы, перевод с польского). Летом 1905 г. ЦК выпустил в Женеве брошюру В. Северцева «Приложение тактики и фортификации к народному восстанию». Оповещение о выходе в свет этой брошюры, опубликованное в №9 «Пролетария» от 26(13) июля 1905 г., сопровождалось пояснением редакции, что «брошюра эта подробно разбирает военную сторону восстания».
В конце июля 1905 г. в Петербурге происходило очередное заседание ЦК, на котором был поставлен доклад представителя «Боевой технической группы» при ЦК тов. «Германа» — Буренина. «Герман» доложил о своих переговорах с гапоновцами по вопросу о необходимости оказать им помощь при разгрузке транспорта оружия, которое должен был доставить пароход «Джон Графтон» к берегам Финляндии. «Герман» предложил использовать галоновцев, взяв разгрузку оружия в свои руки, и ЦК решил вопрос в положительном смысле. Реализовать, однако, это решение не удалось, так как в августе 1905 г. «Джон Графтон» потерпел, крушение в шхерах Ботнического залива. Тогда по поручению Красина «Герман» организовал скупку оружия, выловленного местными рыбаками после кораблекрушения. Спасённое оружие было доставлено затем членами «Боевой технической группы» петербургским боевикам.
На том же заседании 28 июля 1905 г. по докладу «Германа» ЦК вынес постановление о необходимости усилить работу по подготовке к вооружённому восстанию. С этой целью была создана местная организация, на которую возложили функции боевого характера. Иначе говоря, наряду с «Боевой технической группой» при ЦК был организован «Боевой комитет при Петербугском комитете РСДРП»1. Эта лаконическая протокольная запись даёт возможность совершенно точно установить дату образования второй боевой организации большевиков в Петербурге. На работу по вновь созданную боевую организацию ЦК направил тт. «Кирилла» и «Щура».
Когда именно приступила к работе вновь созданная Петербургская боевая организация большевиков, неизвестно. Но в конце сентября 1905 г. тов. «Щур» переслал В.И. Ленину заграницу отчёт о работе «Боевого комитета», схему его организации и специальную инструкцию о боевой работе. В своём отчёте «Щур» осветил как работу «Боевого комитета» при Петербургском комитете, так и работу «Боевой технической группы» при ЦК. Признавая, что «Боевым комитетом» сделано ещё очень мало, «Щур» давал положительную оценку работе «Боевой технической группы» при ЦК, имевшей, по его словам, уже крепкий и налаженный аппарат. Единственным препятствием, тормозившим успешное развёртывание работы «Боевой технической группы», было, по мнению «Щура», отсутствие больших денежных средств.
В ответном письме «Боевому комитету» при Петербургском комитете от 16(3) октября 1905 г.2. Владимир Ильич даёт не только принципиальные установки, но и целую программу практической деятельности боевой организации, стоящей на пороге всенародного вооружённого восстания. Не желая обидеть товарищей суровой критикой их действий, Ленин выражает в начале письма уверенность в том, что «Боевой комитет» делает всё возможное при наличии тяжёлых русских условий. Но одновременно Ленин не скрывает своего мнения, что делается совсем не то, что нужно.

--------
1 V Ленинский сборник, стр. 5?8-539.
2 См. Ленин. Соч. Т. VIII, стр. 325-326.

Владимир Ильич пишет, что он с ужасом зидит, «что о бомбах говорят больше по л г од а и ни одной не сделали» несмотря на то, , что «говорят учёнейшие люди…». Переходя к практическим указаниям, которые диктуются остротой момента предреволюционного периода, Ленин пишет; «Идите к молодёжи, господа! вот одно единственное, все-спасающее средство. Иначе, ей-богу, вы опоздаете (я это по всему вижу) и окажетесь с «учёными» записками, планами, чертежами, схемами, великолепными рецептами, но без организации, без живого дела. Идите к молодёжи. Основывайте тотчас боевые дружины везде и повсюду и у студентов и у рабочих особенно, и т.д. и т.п. Пусть тотчас же организуются отряды от 3-х до 10, до 30 и т.д. человек. Пусть тотчас же вооружаются они сами, кто как может, кто револьвером, кто ножом, кто тряпкой с керосином для поджога и т.д. Пусть тотчас же эти отряды выбирают себе руководителей и связываются, по возможности, с Боевым Комитетом при Петербургском Комитете»1.
В соответствии с этими взглядами Ленина в конце лета 1905 г. в Киеве была организована первая боевая инструкторская школа ЦК РСДРП. Слушателей было человек 20. Это были партийцы, командированные своими организациями из разных районов страны. После окончания краткосрочного курса практического обучения боевой технике и элементарного знакомства с военным делом курсанты разъехались по местам, где немедленно принялись за организацию бомбистских мастерских и боевое обучение рабочих2. Трое из учеников киевской школы по окончании курса были направлены в распоряжение ЦК в Петербург. Прибыв туда примерно в октябре, эти товарищи приступили немедленно к боевой работе и помогли поставить большую мастерскую по производству разрывных снарядов упрощённой конструкции.
Благодаря работе этой мастерской Петербургская боевая организация имела к концу 1905 г. на своих складах некоторое количество разрывных снарядов массового типа. Но так как петербургский пролетариат не вступил в вооружённую борьбу с самодержавием в декабре 1905 г., продукция этой мастерской не была использована по своему прямому назначению.
«Боевая техническая, группа» при ЦК поддерживала в это время, во второй половине 1905 г., тесную связь с Москвой. Дважды посылали из Петербурга в Москву инструкторов-химиков. В самый разгар восстания Красин отправил с самоотверженным транспортёром тов. Драбкиной партию запалов гремучей ртути, уложенную на дне большой нарядной коробки шоколадных конфет3. Тов. Драбкиной удалось благополучно выполнять свою смертельно опасную миссию, но использовать доставленные запалы не пришлось, так как восстание было уже на исходе. Никаких готовых бомб из Петербурга в Москву никто не доставлял, тем более что Петербургская боевая организация сама располагала в это время лишь небольшим запасом бомб упрощённой конструкции.
До настоящего времени остаётся невыясненным вопрос, почему петербургские боевики не помешали отправке семёновцев в Москву, несмотря на то, что им было дано прямое задание Ленина по этому поводу. В своих воспоминаниях тов. Лядов рассказывает о том, как на исходе московского вооружённого восстания он выехал в Петербург для доклада Центральному комитету.

--------
1 Ленин. Соч. Т. VIII, стр. 325-326.
2 Воспоминания И. Михайлова в книге, составленной С.М. Познер, «Первая боеаая организация большевиков 1905-1907 гг.».
3 «Леонид Борисович Красин», Истпарт ЦК ВКЩб), стр. 139, 267. Госиздат. 1928.

Выслушав его рассказ о ходе и судьбе восстания и сообщение о том, что семёновцы уже отправлены в Москву, Ленин обрушился на Красина с упрёками, почему Петербургская боевая организация не помогла Москве, почему туда не были отправлены бомбы, почему не были взорваны железнодорожные пути, почему Северцев не выполнил своего обещания во что бы то ни стало помешать переброске войск в Москву, Разъяснение, данное в ответ, что задание не было вылолнено, так как боевики, не имея карты местности, сбились с пути и не вышли к полотну Николаевской железной дороги, звучит не особенно убедительно1.
Кровавое подавление декабрьского вооружённого восстания привело лишь к кратковременному спаду революционного движения. Сравнительно скоро начался новый подъём, и болыиезики принялись с удвоенной энергией за восстановление как общепролетарских, так и специально боевых организаций.
В 1906 г. на смену многочисленным, но разрозненным и не спаянным между собою дружинам 1905 г. приходят боевые организации партии. Умудрённые тяжёлым декабрьским опытом, вдохновляемые призывами своих вождей, боевые организации большевиков всё шире и планомернее развёртывают работу.
В нашем распоряжении нет ни документальных, ни мемуарных материалов, которые бы чётко, с желательной полнотой и последовательностью, излагали ход работы Петербургской боевой организации в течение первой половины 1906-года. Имеется лишь скупое сообщение о работе «Боевой технической группы» при ЦК, которое мы находим в «Конспекте доклада» представителя этой группы тов. «Гвоздева» — Грожана — на Первой конференции военных и боевых организаций РСДРП2. Этот документ несмотря на свою лаконичность представляет для нас большой интерес.
Указав на то, что «техническая группа» возникла в начале 1905 г. и имела своей задачей приобретение и распределёние оружия и боевых припасов среди боевых организаций партии, тов. Грожан дал представление и о масштабах её работы. Он указал, что месячный баланс группы равнялся 3-4 тыс. рублей. Докладчик остановился затем на тех трудностях, которые приходилось цреодолевать «технической группе» после IV Объединительного съезда ввиду того,^ что новый, меньшевистский ЦК игнорировал работу группы и не желал её финансировать. В заключение тов. Грожан сообщил, что «в своё время группа выделила отделения, ставшие впоследствии самостоятельными — московское для центрального района и отделение для поставки оружия на Кавказ»3.
Ряд других источников подтверждает правильность последнего сообщения тов. Грожана и помогает уточнить время организации двух отделений «Боевой технической группы», получивших вскоре полную самостоятельность. Возникновение обоих отделений падает на январь 1906 г., когда почти одновременно в Москве организуется Военно-техническое бюро при Московском бюро ЦК, а заграницу приезжает М.М. Литвинов, имевший специальное задание ЦК организовать там массовую закупку оружия и наладить его доставку для кавказских большевистских организаций.
Воспоминания М.М. Литвинова и некоторых других участников4 этой исключительной по своему размаху попытки организовать массозый транспорт оружия в Россию дополняются документальным материалом Особого отдела департамента полиции5 и дают подробное освещение всей этой грандиозной операции.

--------
1 См. Лядов М. «Из жизни партии накануне и в годы первой революции», стр. 141. М. 1926.
2 «Протоколы Первой конференции военных и боевых организаций РСДРП», стр. 51. Партиздат. 1932.
3 Там же, стр. 57.
4 См. «Воспоминания» М.М. Литвинова в книге «Первая боевая организация большевиков 1905-1907 гг.» и Лядова М. в сборнике «Леонид Борисович Красин», стр. 231.
5 Центральный государственный исторический архив (ЦГИА). Департамент полиции. Особый отдел, №885. 1906 г.

Как вспоминает тов. Литвинов, в начале 1906 г. он получил через Л.Б. Красина предложение ЦК отправиться заграницу, чтобы произвести там массовую закупку огнестрельного оружия для кавказской организации большевиков, которая передала через тов. «Камо» очень крупную сумму для этой цели. Тов. Литвинов принял это предложение и, договорившись с кавказскими товарищами о желательном для них типе оружия, выехал заграницу. Так как опыт революционных боёв 1905 г. неопровержимо доказал непригодность не только «бульдогов», ко и «браунингов» при столкновении с, регулярной царской армией, вооружённой трёхлинейными винтовками, то от рерольверов как основного вида оружия отказались. Было решено приобрести несколько тысяч винтовок системы Маузера и Манлихера и соответствующее количество патронов к ним, а также несколько десятков пулемётов и небольшое количество мелкого оружия.
Трудность миссии Литвинова заключалась не только в том, что ему — частному лицу — приходилось делать закупки больших партий оружия. Гораздо большую трудность представляла задача перебросить весь этот конспиративный груз из различных европейских государств на берега Чёрного моря. С большими усилиями тов. Литвинову удалось всё же благополучно разрешить эту трудную задачу. Оставалось только погрузить всё это оружие, сконцентрированное в Варне, на судно и отправить его к восточным берегам Чёрного моря. Но тут зозникли новые препятствия. Пароходные предприятия Варны категорически отказались от перевозки этого опасного груза, который пришлось бы контрабандным путём разгружать в море у берегов России.
Чтобы выйти из создавшегося положения, тов. Литвинов был принуждён купить небольшую яхту «Зара», для которой была прислана «своя» команда из Одессы. Но всё это грандиозное предприятие, на которое ушло много времени, труда и денег, кончилось крахом. Значительную долю оггетственноети за печальный финал этой операции тов. Литвинов возлагает на меньшевиков — членов ЦК. Несмотря на неоднократные, настойчивые просьбы тоз. Литвинова ускорить высылку необходимых ему денег, переданных кавказской организацией на хранение Центральному комитету, меньшевики вся1чески оттягивали исполнение этой просьбы. Когда, наконец, под влиянием кавказских делегатов меньшевикам пришлось уступить и деньги тов. Литвинову были высланы, благоприятный момент для отправки оружия был уже упущен. Наступил декабрь, на Чёрном море свирепствовала бурная погода. Несмотря на это яхта «Зара», груженая оружием и боевыми припасами, вышла в свой риско-санкый рейс, имея на борту инициатора и вдохновителя этого дела — тов. «Камо». Но на другой же день «Зара» потерпела крушение, сев на мель у берегов Румынии. Драгоценный груз — 2 тыс. винтовок и 165 тыс. патронов — был захвачен румынскими властями. Динамит и гремучая ртуть погибли в морс, а команде пришлось спасаться бегством от преследования полиции.
Такой тяжёлой неудачей закончилась эта вторая и последняя попытка массового транспорта огнестрельного оружия, столь необходимого для восставшего народа в период первой русской революции.
Знакомство с материалами Особого отдела департамента полиции позволяет утверждать, что неудача миссии Литвинова в значительной степени была обусловлена предательской работой провокатора Житомирского. Последний жил в это время в Берлине, был информирован о работе Литвинова и доносил буквально о каждом шаге самого Литвинова и его помощников в Особый отдел департамента полиции. Представители царской охранки заграницей зорко следили за Литвиновым, рассчитывая захватить его с поличным, когда вся операция будет закончена.
Эта тяжёлая неудача не помешала повседневной работе «Боевой технической группы» при ЦК по снабжению оружием и огнестрельными припасами боевых организаций партии. Только' масштабы её работы в соответствии с материальными ресурсами были значительно скромнее.
Что касается «Боевого комитета» при Петербургском комитете большевиков, то он продолжгл — ведать формированием и обучением членов боевых дружин. В ходе практической работы бывали, несомненно, моменты, когда деятельность «Боевого комитета» переплеталась с работой «Боевой технической группы», по, как правило, каждая из этих организаций работала самостоятельно, имея обособленный участок работы и свой собственный аппарат.
В 1906 г. изменился руководящий состав петербургского «Боевого комитета». Отошёл совершенно от работы тов. «Щур», которого заменили тов. Лалаянц — «Николай Иванович», Шкляев — «Лазарь» и Фридолин — «Варенька». Обновились ряды боевиков и о районных дружинах. В начале 1906 г. Петербургская боевая организация получила значительное пополнение в лице группы латышских боевиков, которым удалось спастись от преследования карательного отряда генерала Орлова.
Осенью 1907 г. один из видных боевиков-латышей — Карл Мицит, по кличке «Мартын» — был захвачен полицией. Доставленный в рижский «музей пыток», он попал в руки известного садиста Грегусл и здесь под ужасными пытками дал откровенные показания о личном составе и о деятельности Петербургской боевой организации большевиков. Только потому, что к этому времени фактически боевая работа была свёрнута и большинство бывших боевиков переключилось на нозый нид партийной деятельности или же совсем отошло от, неё, показания Мицита не могли нанести большого ущерба партии.
Примерно к февралю 1906 г. «Боевой центр» при Петербургском комитете провёл организационное нововведение, назначив в районы боевых организаторов. Это мероприятие, охватывая весь город, способствовало значительному улучшению постановки боевого дела1.
С начала 1906 г. развернулись выступления членов боевых дружин в духе указании, которые неоднократно делались Лениным. Так например, по поручению ПК, боевой центр Невского района 27 января 1906 г. произвёл вооружённое нападение на штаб местного отдела «Союза русского парода», который помещался в трактире «Тверь». Окружив помещение трактира, члены боевой организации бросили внутрь здания три бомбы, После взрыва двух снарядов (третья бомба не разорвалась) черносотенцы, охваченные паникой, бросились на улицу и здесь были встречены револьверными залпами боевиков. В результате этого выступления чёрная сотня потеряла двух человек убитыми и около 15 ранеными. Революционеры, участники этого нападения, потерь не понесли2.
В это же приблизительно время боевая организация разработала план освобождения арестованных товарищей, которых должны были под конвоем вести из Дома предварительного заключения по Шпалерной улице.

--------
1 Удалось установить имена боевых организаторов семи районов: Городского, Выборгского, Петербургского, Василеостровского, Нарвского, Московского и Невского. Районными боевыми организаторами в то время были следующие товарищи: по Городскому — «Константин Матвеевич» — К.М. Шведчиков; по Выборгскому — «Фома» — Грибовский, студент Военно-медицинской академии; по Петербургскому — «Николай Сергеевич» — С. Скроботов; по Василеостровскому — «Виктор» — Урысон; по Нарвскому — «Альфред» — Нейман; по Московскому и Невскому — «Лазарь » — Л.С. Шкллев. Активное участие в боевой организации принимала Р.С. Замлячка. См. «Протоколы Первой»конференции военных и боевых организаций РСДРП», стр. 343-344.
2 ЦГИА. Департамент полиции. Особый отд., №514. 1908 г. Воспоминания Ростова Н. «Ещё о взрыве в трактире «Тверь». «Красная летопись». Кн. 1-я за 1931 год.

Для реализации этого предприятия боевиками была заготовлена извозчичья пролётка («лихач»), чтобы умчать отбитых от стражи тозарлщей. Но план намеченного освобождения не был приведён в исполнение, так как арестованных не повели по намеченному маршруту.
Помимо отдельных мелких партизанских выступлений, Петербургская боевая организация занялась приобретением через своих членоз взрывчатых веществ с казённых складов в Сеетрорецке и от солдат-артил-леристав, стоявших на полигоне за Охтенскими пороховыми заводами. Кроме того в районе этих же заводов были завязаны связи с учениками пиротехнической школы, от которых рассчитывали получать пироксилиновые шашки и другие взрывчатые вещества.
К весне 1906 г. Петербургская боевая организация значительно расширилась и окрепла. Р, процессе работы накопилось много вопросов, требовавших незамедлительного и авторитетного разрешения. Однако надежды, которые возлагались боевиками в этом отношении на Объединительный съезд партии, не оправдались. Съезд не дал ответа на наиболее острые вопросы, связанные с боевой деятельностью партии, и тогда петербургские боевики созвали в мае 1906 г. городскую конференцию боевых дружин РСДРП.
В нашем распоряжении нет никакого материала, который давал бы представление о составе конференции, порядке дня и прениях, развернувшихся на ней. В архиве Особого отдела департамента полиции удалось обнаружить лишь резолюцию, принятую на конференции боевых дружин РСДРП в мае 1906 года. Этот документ настолько характерен для на строения и чаяний боевиков весной 1906 г., что приводим его полностью:
«Исходя из резолюции Объединительного съезда по вопросу о вооружённом восстании, ставящей задачей дружин «ввести инициативу и планомерность в позстанческую борьбу», и принимая во внимание:
1) Постановление ПК о желательности создания школы для подго товки опытных инструкторов.
2) Отсутствие в настоящий момент (май 1906 г.) инструкторов.
3) Опыт боевой организации, показавшей, что без сведущих инструкторов и регулярного планомерного обучения дружинников, дружины распадаются вследствие отсутствия ответов на свои практические боевые вопросы. Конференция признаёт и предлагает ПК признать:
1. Что сорганизовать боевые дружины на почве борьбы с чёрной сотней, охраны массовок и т.д., невозможно, так как неподготовленные боевые дружины не будут в военном отношении иметь преимущества перед нападающими, не приучая к планомерным выступлениям; будут способствовать развитию среди дружинников тяготения к анархическим выступлениям.
2. Что только на почве планомерного обучения дружинников военному делу может быть начата полная организация дружин, а для этого необходимо в первую очередь осуществить выпуск школой сведущих инструкторов. Присоединяясь к постановлению ПК «центр деятельности по организации боевых дружин перенести в низшие партячейки», конференция предлагает районным, подрайонным и заводским комитетам возможно скорее наметить будущих инструкторов и озаботиться доставкой средств, необходимых для о:уществлсння школы»1.
Можно думать, что эта майская конференция помогла дальнейшему развёртыванию боевой работы в Петербурге несмотря на сопротивление меньшевистского ЦК, всячески тормозившего развитие деятельности боевых организаций. Правда, наладить сразу работу боезой инструкторской школы не удалось. Но работа в районах всё же видоизменилась в духе пожеланий, выраженных майской конференцией.

1 ЦГИА. Департамент полиции. Особ, отд. 1906 г., д. №5. Ч. 1-я, л. 13.

Боевая организация как бы перестроилась на новый лад и стала уделять больше внимания практическим занятиям, производившимся преимущественно за городом. На этих занятиях обучались стрельбе в цель (причём изредка стреляли даже боевыми патронами, расходование которых производили, вообще говоря, чрезвычайно экономно), проводили упражнения развёрнутым фронтом, выполняли некоторые сапёрные работы и т.п. Позднее, когда была организована Центральная инструкторская школа, проводились даже манёвры, в которых наряду с учениками Центральной школы принимали участие также и представители районов. Эти манёвры происходили то в лесу за Лесным, то в окрестностях Лигова, иногда даже на льду Финского залива, между Сестрорецком и Лисьим несом1.
Расширение масштаба работы Петербургской боевой организации шло параллельно с количественным её ростом, и, как свидетельствуют бывшие её члены, к концу 1906 г. разросшаяся организация насчитывала в сеоих рядах около 600 человек. Эти члены партии, организованные в особые конспиративные кружки, были охвачены не только общепартийной пропагандой и агитацией, но получали ещё и специально боевой инструктаж. Одновременно с ростом Петербургской боевой организации значительно укрепилась и её военно-техничаская база.
К этому же времени «Боевая техническая группа» при ЦК преодолела те препятствия, которые вырастали на её пути вследствие противодействия меньшевистского ЦК. Не получая ассигнований от ЦК, группа не могла продолжать снабжение боевых организаций оружием на свои средства. Но она нашла выход из положения. Завязав прочные связи с местными организациями, группа успешно продолжала свою работу, попрежне-му снабжая партийные организации оружием и боевыми припасами, но уже не бесплатно, а за наличный расчёт.
В результате успешной работы «Боевой технической группы» районные склады Петербургской боевой организации значительно увеличили количество и улучшили качество своих запасов. Чтобы судить о росте и размахе этой работы в 1906 г., достаточно сопоставить данные, характеризующие состояние склада боевой организации Невского района к моменту декабрьского вооружённого восстания 1905 г. и год спустя. Активный работник боевой организации Невского района тов. Зарубкин свидетельствует, что к концу 1905 г. у них на складе, помимо некоторого количества резольверов, было только 15 винтовок, 1 тыс. патронов и един «винчестер» со 120 патронами. А через год, при содействии районного боевого организатора тов. Шкляева, склад обогатился трёхлинейными винтовками. К концу 1906 г. на складе хранилось 236 винтовок, 125 бомб разных систем, 67 револьверов, 5 «винчестеров», а также 4 самодельных самопала. Тов. Шкляев доставил — на склад даже пулемёт, полученный им, очевидно, при посредстве «Боевой технической группы»2.
Одновременно с военным обучением члены боевой организации продолжали практиковать партизанские выступления, ведя систематическую борьбу с чёрной сотней, шпионами и провокаторами.
В разносторонней работе Петербургской боевой организации имеется лишь один ощутительный пробел, который сразу бросается в глаза, — это отсутствие практической работы в области разведки. Вопросы разведывательной работы хоть и были включены в программу теоретических занятий Центральной боезой инструкторской школы, но практически они никак не решались. Правда, у нас есть прямое доказательство в пользу того, что в первой половине — 1906 г. «Боевая техническая группа» при ЦК проявляла довольно большой интерес к этой отрасли боевого дела. Подтверждение этому мы находим в следующем факте.

--------
1 Гуляев А. «Боевые дружины большевиков».
2 «Первая боевая организация большевиков 1905-1907 гг.», стр. 227.

В ночь на 1 мая 1906 г. в Петербурге был арестован ответственный организатор «Боевой технической группы» Н.П. Сагредо. При обыске у «него были взяты, помимо записной книжки с большим количеством шифрованных адресов и разного рода записей, различные книги революционного содержания и ряд документов, носивших штамп Московского военно-технического бюро1. Среди этих документов были устав Московского военно-технического бюро при Московском бюро Центрального комитета, объяснительная записка к уставу, проект резолюции к Объединительному съезду, опросные листки для боевой и военной организации, составленные Московским военно-техническим бюро, с объяснительной запиской к ним. Эти опросные листки были не чем иным, как программой разведывательной работы, которую предлагалось проводить членам боевых и военных организаций партии. Не случайно эти документы привлекли к себе особое внимание департамента полиции. На докладе начальника Петербургского охранного отделения полковника Герасимова о результатах обыска у Н.П. Сагредо была наложена резолюция с предложением немедленно переслать копию с опросного листка для военных организаций военному министру Редигеру, «так как в них отмечаются те стороны военного быта, которые обращают на себя внимание революционеров»2. Полученные сведения о Московском военно-техническом бюро были кроме того включены во всеподданнейшие доклад царю.
Факт нахождения этих материалов у тов. Сагредо представляет большой интерес потому, что он наглядно свидетельствует, во-первых о прямой, непосредственной связи мел-еду «Боевой технической группой» при ЦК и Московским военно-техническим бюро и, во-вторых, о том, что «Боевая техническая группа» при ЦК в это время не безразлично относилась к вопросу постановки разведывательной работы. Но арест тов. Сагредо прервал эту работу в самом начале. Персональная связь между «Боевой технической группой» и Московским военно-техническим бюро, вероятно, временно оборвалась. Позднее Петербургская боевая организация, широко развернув работу по массовому боевому обучению своих членов, не имела, повидимому, возможности выдвинуть специального человека, который мог бы взять организацию разведки в свои руки.
Лето 1906 г. было горячим временем для Петербургской большевистской организации. Разгон 1-й Государственной думы, неудачные попытки военных восстаний в Кронштадте и Свеаборгс — всё это накалило атмосферу и заставило настойчивее требовать созыва военно-боевой конференции.
Но меньшевистский ЦК и слышать не хотел о такой конференции. Уступая напору партийных масс, ЦК с трудом сбгласился на созыв (в сентябре 1906 г.) конференции одних военных организаций.
Узнав из циркуляра ЦК о предстоящей конференции, Петербургский комитет обратился с письмом к ЦК по вопросу о практических предложениях для созыва конференции военных и боевых организаций РСДРП. Это письмо заканчивалось следующими словами: «Петербургская военная организация заявляет, что в случае отрицательного ответа ЦК или неполучения от него такого ответа, она, пользуясь предоставленным партийным уставом местным организациям правом созывать конференции, а следовательно, создавать с этой целью необходимые организации, как, например, бюро, сорганизует это последнее, но уже без участия представителя от ЦК»3.

--------
1 ЦГИА. Департамент полиции. Особый отд. 1906 г., Лз 2ь0.
2 Там же.
3 «Протоколы Первой конференции военных и боевых организаций РСДРП», стр. 192.

ЦК не дал ответа на это письмо Петербургского комитета и никакой договорённости между меньшевиками и большевиками по этому вопросу не имелось.
Меньшевистская конференция военных организаций, созванная в Териоках в октябре 1906 г., бойкотировалась большевиками и была фактически сорвана. Большевики же, создав оргбюро, горйво принялись за подготовку созыва в Таммерфорсе конференции военных и боевых организаций партии.
Вопрос о посылке представителей Петербургской организации на ноябрьскую военно-боевую конференцию вызвал резкий конфликт внутри Петербургского комитета. Поставленный на обсуждение комитета на заседании 6 ноября 1906 г.1, он был встречен единогласным протестом меньшевистской части комитета, которая в полном своём составе (6 чел.) покинула заседание, приложив к протоколу письменный протест против решения 8 большевиков. Боевая организация делегировала на эту конференцию в качестве представителя одного из лучших своих работников, известного уже нам боевого организатора Невского района тов. Шкляева.
Таммерфорсская военно-боевая конференция, созванная в ноябре 1906 г., сыграла весьма положительную роль в жизни Петербургской боевом организации. Большое значение для выпрямления всей линии работы боевой организации, для устранения вредных крайностей и левых загибов имел тот факт, что конференция не приняла проекта построения военно-боевых центров, предложенного «Изаровым» — Лалаянцем, а создала вместо этого «Временное бюро военных и боевых организаций РСДРП», во главе которого встал тов. Ярославский. Конференция способствовала кроме того завязыванию новых персональных связей и обмену опытом между отдельными организациями. После конференции получила широкое повсеместное распространение книжка С. Вычегодского «Тактика уличного боя», изданная Московским военно-техническим бюро. Представитель Южного военно-технического бюро «Альбин» — «Артём», посетивший основанную после конференции инструкторскую школу-лабораторию в Куоккала, ознакомил руководителей этой школы с усовершенствованным типом разрывного снаряда, который был создан и изготовлялся в массовом масштабе в мастерской Южного военно-технического бюро в Ростове на Дону ещё в самом начале 1906 года.
Таммерфорсская конференция возложила на «Временное бюро военных и боевых организаций» обязательство провести работу по подготовке новой конференции, созыв которой назначался на январь 1907 г., и наметила обширный план литературно-издательской работы «Временного бюро». На этом ноябрьская конференция закончила свою работу, и делегаты разъехались по домам.
В самый день закрытия конференции представитель большевистского центра тов. Саммер и докладчик оргбюро тов. Лядов отправились к Ленину, жившему в то время в Финляндии, для доклада о проделанной работе.
Владимир Ильич дал в общем положительную оценку работам конференции, резко осудив лишь отвергнутый конференцией проект «Изарова» — Лалаянца — о создании так называемых военно-боевых центров2.
Но «Временному бюро» военно-боевых организаций не удалось реализовать полностью намеченный план работы. Опираясь на предательскую работу агентов-провокаторов, департамент полиции зорко следил за деятельностью членов «Временного бюро», и вскоре последовали один арест за другим.

--------
1 «Протоколы Первой конференции военных и боевых организаций РСДРП». Приложение №9, стр. 191-196.
2 См. Ленин. Соч. Т. XI, стр. 208-215. («По поводу протоколов ноябрьской военно-боевой конференции Российской Социал-демократической Рабочей Партии»).

И всё же за несколько месяцев своего существования «Временное бюро» военно-боевых организаций издало протоколы «Первой конференции военных и боевых организаций РСДРП», напечатало и распространило ряд доку?|ентов, как например «Извещение» о состоявшейся конференции, обращение «Ко всем партийным организациям» с отчётом о своей работе, тезисы о подготовке к вооружённому восстанию и, наконец, брошюру «Катехизис солдата», автором которой был тов. Е. Ярославский.
После Таммерфорсской конференции, в самом конце 1906 г., удалось осуществить постановление майской городской конференции боевых дружин об открытии боевой инструкторской школы. В состав преподавателей Центральной инструкторской школы вошли Эразм Кадамцев — «Пётр», — бывший член Уфимской боевой организации; А.Ф. Чесский — «Кибальчич», — бывший работник Московского военно-технического бюро, бежавший осенью 1906 г. из Бутырок; тов. Нейман — «Альфред»; тов. Шкляев — «Лазарь» — и некоторые другие товарищи, имевшие значительный практический опыт боевой работы.
Занятия Центральной инструкторской школы происходили преимущественно в чертёжной Горного института и лишь изредка — в помещениях других высших учебных заведений. В программу занятий школы входили: химия взрывчатых веществ и изучение различных систем метательных снарядов, минно-подрывное дело, теоретическое и практическое ознакомление с огнестрельным оружием — сборка и разборка его — и практические занятия по стрельбе, во время которых главное внимание уделялось не револьверам, а преимущественно винтовкам. Наконец, чи тались лекции по разведке и тактике уличного боя.
Центральная инструкторская школа, не имевшая в своём распоряжении хорошо законспирированного помещения для практической работы по технике изготовления бомб, была крайне стеснена в своих возможностях. Поэтому, когда «Временное бюро» военно-боевых организаций встало перед задачей постановки школы лаборатории для буду щих инструкторов, было решено открыть эту школу за пределами досягаемости для русской полиции — в Финляндии.
Петербургская боевая организация полностью поддержала эту инициативу и перебросила в Финляндию на работу в школу-лабораторию тт. Чесского и Неймана. Последние обосновались в дачной местности Куоккала и в специально нанятом отдельном домике развернули работу новой боевой инструкторской школы, имевшей преимущественно практический уклон. В школе обучались рабочие, выделенные Петербургской боевой организацией как будущие инструкторы и начальники боевых дружин. Но этой новой школе не удалось закрепиться и широко развернуть свою работу. Крепнущая с каждым днём реакция плела липкие сети провокации вокруг революционных организаций. Не избежала этой участи и Петербургская боевая организация. В её ряды пробрался провокатор Бродский, — и вскоре началась целая серия провалов среди петербургских боевиков. Прежде всего были произведены аресты членов «Временного бюро» военно-боевых организаций. Затем 16(3) мая 1907 г. последовал провал куоккальской школы-лаборатории, которую не спас от преследования полиции переезд на новое место — в посёлок Хаапало. Наконец, в ночь на 2 июня 1907 г., буквально накануне столыпинского переворота, произошёл массовый арест членов Петербургской боевой организации на собрании в Лесном, ставших также жертвой предательства Бродского.
Почти одновременно с этими событиями V съезд партии, учитывая резко изменившуюся политическую обстановку в стране, вынес постановление о роспуске воех боевых дружин, состоящих при партийных организациях1. Условия столыпинской реакции не позволяли думать и заботиться о развитии деятельности боевых организаций. Оставшиеся на свободе боевики, подчиняясь партийной дисциплине, принуждены были направить свои усилия не на восстановление разгромленной организации, а на самоликвидацию и на заботу о спасении тех ценностей, которые были в распоряжении боевой организации. Такими ценностями являлись склады оружия и боевых припасов.
Представителю «Боевой технической группы» центром было дано задание — собрать по возможности все имеющиеся запасы оружия и взрывчатых веществ и организовать их длительное хранение в надёжном месте. Тов. Томашевский, рассказывая в своих воспоминаниях о выполнении им этой миссии, относит эти события не к 1907, а к 1908 году. Проверить точность этой даты нам не удалось, но, сравнивая показания тов. Томашевского с теми сведениями, какие имеются относительно других боевых организаций партии, можно думать, что тов. Томашевский не делает ошибки, указывая на такой поздний срок выполнения полученного им задания. Ряд боевых организаций далеко не сразу принял к исполнению постановление V съезда партии, и значительная часть из них продолжала свою работу на протяжении всего 1907 года.
Склад оружия и боевых припасов, организованный тов. Томашевским в подземелье одноэтажного деревянного особняка в Лесном, сохранился в неприкосновенности до 1917 года. В дни февральской революции, по показанию владельца дома, к нему явились представители революционной организации Политехнического института, взломали полы, извлекли ящики с тщательно уложенным оружием и вывезли их. Таким образом, вооружение Петербургской боевой организации не пропало даром. Оно было использовано борцами 1917 г., во главе которых чаще всего шли люди, получившие свой политический опыт и боевую закалку в огне первой русской революции.

--------
1 «Протоколы V съезда РСДРП», стр. 588, 621. М Партизлат 1933.

Канал сайта

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Статьи Тайны истории История России Петербургская боевая организация большевиков