Багира

Среда, 07 26th

Последнее обновлениеСр, 26 Июль 2017 4pm

Чем дальше отодвигается в глубь времён декабрьское вооружённое восстание московского пролетариата в 1905 г., тем ярче вырисовывается гигантское историческое значение этого события.

Декабрьское вооружённое восстание 1905 года и московский совет рабочих депутатов

Журнал: Вопросы истории №1, 1946 год
Рубрика: Статьи
Автор: С. Черномордик

«Декабрьской борьбой, — писал Ленин в 1910 г., — пролетариат оставил народу одно из тех наследств, которые способны идейно-политически быть маяком для работы нескольких поколений»1.
И действительно, пройдя через длительный период жесточайшей реакции, наступившей после поражения революции 1905-1907 гг., через террор периода империалистической войны 1914-1917 гг., народы России под руководством русского пролетариата во главе с большевиками продолжали дело, начатое в декабре 1905 г., и на баррикадах в феврале, а затем в октябре 1917 г. одержали окончательную победу и над самодержавием и над помещиками и буржуазией.
Одной из важнейших сторон великого декабрьского наследства является опыт работы Московского совета рабочих депутатов и районных советов, созданных в дни восстания. Этот опыт был яркой иллюстрацией к учению Ленина о советах как органах восстания и революционной власти.
Замечательно, что в решающий момент революции передовые позиции в борьбе с царизмом занял московский пролетариат. Московский пролетариат создал в лице Совета рабочих депутатов наиболее последовательную и решительную общеполитическую организацию, ставшую органом массового вооружённого восстания и зародышем революционной власти, организацию, давшую в конце 1905 г. тон движению во всей стране. Такова была сила уроков революционных событий 1905 г., позволившая московскому пролетариату, во главе которого шла большевистская партийная организация, высоко поднять своё классовое самосознание.

***

В начале XX в. рабочий класс России являлся в освободительном движении страны авангардом, за которым шли все остальные революционные силы, в первую очередь крестьянство. Во всенародном революционном движении рабочий класс был знаменосцем, глашатаем освобождения трудящихся страны от политического порабощения и экономической кабалы. Тем самым он завоевал себе положение гегемона в буржуазно-демократической революции 1905 года.
Вызванное расстрелом рабочих у Зимнего дворца 9 января 1905 г. стачечное движение прокатилось по всей стране и охватило сотни тысяч рабочих. Это стачечное движение, не стихавшее весь 1905 г., наряду с неудачами царизма в русско-японской войне, в значительной мере подрывало устои самодержавия. Громадную политическую роль сыграла продолжавшаяся более двух месяцев стачка рабочих Иваново-Вознесенска летом 1905 г., в ходе которой был создан первый Совет рабочих депутатов, руководивший стачкой. Иваново-вознесенская стачка оказала большое влияние и на подъём революционного рабочего движения в Москве и во всём Центральном промышленном районе.

---------
Статья представляет сокращённое изложение нескольких глав большого исследования С Черномордика о декабрьском вооружённом восстании в Москве. Статья подготовлена к печати А.М. Гуревичем.
1 Лени л. Соч. Т. XIV, стр. 266.

Политическое пробуждение московского пролетариата началось в период русско-японской войны, затеянной царским правительством, между прочим, и для отвлечения рабочей массы от революционного движения. Но этот процесс политического пробуждения протекал медленно. Московский пролетариат долго раскачивался, прежде чем, влившись в обшепролетарское движение страны, занять в ном одно из передовых мест.

***

В стачечном движении, вызванном событиями 9 января, принимали участие далеко не все рабочие Москвы, а лишь передовые слои — металлисты, печатники, а из текстильщиков лишь рабочие крупных предприятий — Прохорова, Э. Цинделя, Даниловской мануфактуры, Шрадера. Рабочие большинства мелких и средних предприятий стояли в стороне. Забастовка 10 января 1905 г. в Москве, в которой участвовало свыше 40 тыс. рабочих, носила по преимуществу экономический характер. Политические требования под влиянием большевистской агитации хотя и фигурировали в общих требованиях бастовавших рабочих, но не они составляли основу январского движения.
После январских стачек забастовочное движение в Москве не прекращалось. В феврале и марте на ряде фабрик рабочие бастуют и предъявляют экономические требования. Эти экономические стачки в условиях усложнившейся политической обстановки были той школой классовой борьбы, которая ускорила политическое созревание основной массы московского пролетариата. Однако процесс политического роста рабочего класса Москвы происходил не самотёком. Руководство движением взяли в свои руки большевистские организации. Яркой иллюстрацией этого является разразившаяся в апреле 1905 г. забастовка булочников, в которой по призыву Московского комитета большевиков участвовало 15 тыс. рабочих. В мае ряды борющегося московского пролетариата пополнились отрядом железнодорожников, сыгравшим впоследствии важнейшую роль в революции. Корреспондент из Москвы сообщает об образовании «Союза железнодорожных служащих Московского узла при московском комитете РСДРП»1. Вскоре же возникает организация городских рабочих и служащих. В июле происходит забастовка на ряде фабрик — Жако, Шлихтермана, Шустова, «Фарбенверке», Рябова, Брокара и др.
Политический подъём московского пролетариата со второй половины 1905 г. был неразрывно связан с деятельностью московской организации большевиков. Рост массового движения заставил Московский комитет перейти от полукустарнических форм организации к созданию разветвлённой партийной организации, которая смогла бы успешно руководить разраставшимся движением, охватить своим организационным влиянием массы рабочих и широко поставить политическую агитацию.
К середине 1905 г. московская организация была разбита порайонно. Во главе каждого района стоял ответственный перед МК организатор. Все ответственные организаторы районов входили в МК — из них в большинстве и состоял Московский комитет. Руководящим органом района был районный комитет. Позднее в районы стали входить наиболее выдвинувшиеся активисты — с заводов. Вместе с тем па фабриках и заводах создавались низовые социал-демократические организации.

--------
1 См. газету «Вперёд» №18 от 18 мая 1905 года.

С августа 1905 г. число их росло с исключительной быстротой. Непрекращавшаяся стачечная борьба, возникавшие по различным поводам разрозненные забастовки скрепляли неразрывной связью московскую большевистскую организацию с массами, и, когда эти разрозненные стачки в октябре слились в один мощный поток, большевики оказались во главе движения, а московский пролетариат твёрдо и уверенно шёл за своими вождями — большевиками.
Именно московские рабочие явились застрельщиками всероссийской всеобщей октябрьской забастовки. Начавшаяся в сентябре забастовка московских булочников и печатников вылилась в октябре во всеобщую забастовку, в которой решающую роль сыграли московские железнодорожники. Подъём рабочей Москвы был небывалый, доходивший до энтузиазма.
Всеобщая октябрьская забастовка явилась переломным моментом в истории рабочего движения в Москве и в развитии революции по всей России.
Октябрьская всеобщая забастовка, вынудившая царя издать манифест 17 октября с обещанием конституции, показала гигантскую мощь пролетарского движения в России. Она свидетельствовала о том, что пролетариат стал действительным гегемоном буржуазно-демократической революции, что в лице партии большевиков рабочий класс России имеет свой передовой отряд, способный и готовый вести его на решительные схватки с самодержавием. В то же время жизнь показала, что всеобщая забастовка является недостаточным оружием для полной победы над царизмом. Октябрьская всеобщая забастовка нанесла сильнейший удар самодержавию, заставив его пойти на уступки, но не разбила его. Это было удачно выигранное сражение, но не окончательная победа над врагом. Оно не решало ещё исхода борьбы. Куцая царская конституция, обещанная в манифесте 17 октября, не разрешала глубоких классовых противоречий и вообще не разрешала ни одного основного вопроса революции. Bo-первых, манифест 17 октября оставлял политическую власть в руках царского правительства и помещиков, привлекая к ней лишь крупную буржуазию. Во-вторых, он и не думал решать один из самых коренных вопросов буржуазно-демократической революции — вопрос о земле. Для пролетариата, руководимого партией большевиков, было ясно, что царский манифест — это тактический манёвр самодержавия, попытка обмануть революционный народ и получить передышку, чтобы собраться с силами для подавления революции.
В результате октябрьской всеобщей забастовки создалось некоторое равновесие сил, «когда пролетариат и крестьянство, вырвав у царя манифест, ещё не в силах свалить царизм, а царизм уже не может управлять только прежними средствами…»1. Но это равновесие сил долго продолжаться не могло. Друг против друга продолжали стоять враждебные силы, ждавшие благоприятного момента, чтобы в решительной схватке разрешить исторический спор о дальнейшем существовании самодержавия в России.
Полтора месяца — вторая половина октября и ноябрь — понадобилось царскому правительству для собирания и укрепления своих основательно дезорганизованных сил. Необходимо признать, что за этот короткий срок царское правительство достигло больших успехов. Прежде всего оно получило себе союзника в лице либеральной буржуазии. Потребовалось очень короткое время, чтобы рухнула распространявшаяся меньшевиками легенда о революционности российской буржуазии в буржуазной революции и на деле подтвердились слова Ленина, что своеобразие русской буржуазно-демократической революции заключается, между прочим, в том, что буржуазия в ней играет контрреволюционную роль. В революции 1905 г. либеральная буржуазия, наконец, раскрыла себя всенародно как контрреволюционная сила. К этому привёл её длинный путь политического обмана и предательства интересов народа.

1 «История ВКП(б)». Краткий курс, стр. 75. М. 1938.

В течение второй половины октября и в ноябре собирался с силами и укреплял свои организации и рабочий класс. Но расстановка классовых сил в стране не была для него втюлне благоприятной. Если внимательно всмотреться в ноябрьское революционное движение 1905 г., то бросаются в глаза следующие его особенности: разрозненность, отсутствие единства, согласованности и плана. Когда выступал пролетариат, — молчала армия; когда выступала армия, — молчал пролетариат. А разбросанное на тысячи вёрст многомиллионное крестьянство, охваченное великим бунтом, не было тесно связано ни с пролетариатом, ни с армией. Это обстоятельство помогло контрреволюции и было ею использовано. Царское правительство больше всего боялось, что движение может принять всероссийский характер. В самом деле, правительство было достаточно сильно, чтобы справиться с разрозненными выступлениями, но оно не смогло бы противостоять всенародному напору; оно легко подавляло отдельно восстания кронштадтских и севастопольских матросов и московских солдат, забастовку почтово-телеграфных служащих, но оно было бы бессильно, если бы эти разрозненные, разновременные выступления были объединены в единый, мощный революционный поток.
Правительство графа Витте всё своё внимание сосредоточило на том, чтобы разбить революцию по частям. Так оно и поступило в Петербурге, воспользовавшись политическими и тактическими ошибками Петербургского совета рабочих депутатов, меньшевистское руководство которого отрицательно относилось к вооружённому восстанию.
Роковая ошибка меньшевиков, вытекавшая из всего меньшевистского мировоззрения, заключалась в том, что возникшие в революции 1905 г. советы меньшевики считали только своего рода «рабочим парламентом» или «рабочим самоуправлением», в то время как это были организации, призванные объединить все революционно-демократические силы страны — рабочих, крестьян, солдат — для подготовки всеобщего вооружённого натиска на самодержавие и стать органом всероссийского восстания. Советы не были и «вторым правительством», как полагали меньшевики из Петербургского совета; но это уже были зародыши революционной власти, способной стать полной властью только в результате победоносного восстания пролетариата.
«Совет Рабочих Депутатов не рабочий парламент и не орган пролетарского самоуправления, вообще не орган самоуправления, — говорит Ленин, — а боевая организация для достижения определённых целей.
В эту боевую организацию входят, на началах временного, неоформленного боевого соглашения, представители Российской Социал-Демократической Рабочей Партии (партии пролетарского социализма), партии «Социалистов-Революционеров» (представители мелко-буржуазного социализма, или крайняя левая революционной буржуазной демократии), наконец, много рабочих «беспартийных». Эти последние являются, однако, не вообще беспартийными, а лишь беспартийными революционерами, ибо их сочувствие всецело лежит на стороне революции, за победу которой они борются с беззаветным энтузиазмом, энергией и самоотвержением. Поэтому вполне естественно будет включение в Исполнительный Комитет и представителей революционного крестьянства.
По существу дела, Совет Рабочих Депутатов является неоформленным, широким боевым союзом социалистов и революционных демократов…
»1.
И ещё: «Эти органы создавались исключительно революционными слоями населения, они создавались вне всяких законов и норм всецело революционным путём, как продукт самобытного народного творчества, как проявление самодеятельности народа, избавившегося или избавляющегося от старых полицейских пут. Это были, наконец, именно органы власти, несмотря на всю их зачаточность, стихийность, неоформленность, расплывчатость в составе и в функционировании… да, это были, несомненно, зародыши нового, народного, или если хотите, революционного правительства…
Описанные нами органы власти были, в зародыше, диктатурой, ибо эта власть не признавала никакой другой власти и никакого закона, никакой нормы, от кого бы то ни было исходящей
»2.
Троцкистское руководство Петербургского совета своим отрицанием роли совета как органа вооружённого восстания убило этот «зародыш» революционной власти, не дав ему развиться до диктатуры.
В результате этого петербургский пролетариат, вписавший немало блестящих страниц в историю революционного движения, был демобилизован, ослаблен и обезоружен. Когда наступили решающие дни, он оказался неспособным на активные выступления3.
Основная ошибка Петербургского совета проистекала из того, что он ке сделал правильных тактических выводов из тех уроков, которые давали ноябрьские события. Он не учёл, что мирная политическая забастовка как исключительное средство борьбы уже стала себя изживать, что в порядок дня становилось вооружённое восстание, которое одно только способно было привести к свержению самодержавия.
В статье «Уроки московского восстания» Ленин объясняет, почему всеобщая забастовка после октября перерастала в вооружённое восстание. «Забастовка вырастала в восстание, — писал Ленин, — прежде всего под давлением объективных условий, сложившихся после октября. Правительство нельзя уже было застигнуть врасплох всеобщей стачкой, оно уже сорганизовало готовую к военным действиям контрреволюцию. И общий ход русской революции после октября, и последовательность событий в Москве в декабрьские дни поразительно подтвердили одно из глубоких положений Маркса: революция идёт вперёд тем, что создаёт сплоченную и крепкую контрреволюцию, т.е. заставляет врага прибегать х всё более крайним средствам защиты и вырабатывает таким образом всё более могучие средства нападения»4.
Всеобщая политическая стачка, таким образом, из главного средства борьбы превратилась в подчинённое. «Восстание становится главной, стачка — подсобной формой борьбы» — говорил Ленин. В «Тактической платформе к объединительному съезду РСДРП»5, написанной Лениным, эта мысль выражена с предельной ясностью: «…мирная всеобщая стачка оказалась при дальнейшем росте движения недостаточной, а частое применение её — не достигающим цели и расстраивающим силы пролетариата»6.

1 Лени.н. Соч. Т. VIII, стр. 409 — 410.
2 Ленин. Соч. Т. IX, стр. 116-117.
3 М.Н. Покровский ласт такое антимарксистское, антиленинское объяснение упадка активности петербургского пролетариата: «Пролетариат устал бороться, так как легко и быстро устаёт человек, у которого не ладится работа» (см. Покровский М. «Русская история в самом сжатом очерке». Ч. III, стр. 187).
4 Ленин. Соч. Т. X, стр. 48-49.
5 Ленин. Соч. 7. IX, стр. 165.
6 Та м же, стр. 41.

Меньшевистские руководители Петербургского совета не сумели учесть этого нового фактора. Продолжая сеять своеобразные «конституционные иллюзии», они не призывали и не готовили массы к вооружённому восстанию. Тем самым Петербургский совет ослабил свои позиции и дал возможность врагу так легко одержать победу.
Период «равновесия» закончился не в пользу революции. Царское правительство готово было перейти в общее наступление. Предстояли решительные бои. В этих боях в первых рядах стоял московский пролетариат под руководством партии большевиков и Московского совета рабочих депутатов.
События, наступившие после 17 октября, с небывалой быстротой стали поднимать политическое сознание московского пролетариата Рабочие Москвы поняли, что убийством выдающегося большевика Н.Э. Баумана агенты царского правительства хотели направить удар против рабочего класса и его большевистской партии. Дни после убийства Баумана (18 октября) были днями небывалого роста политической сознательности московского пролетариата. В это время возникла особая близость между большевистской партией и московским пролетариатом. И мы думаем, что с этих же дней ещё более вырастает влияние большевиков среди московских рабочих.
Процессия на похоронах Баумана 20 октября 1905 г. представляла невиданное до того в Москве зрелище. Больше ста тысяч рабочих по призыву МК явились проводить тело Баумана на Ваганьково кладбище. Похороны были как бы первым генеральным смотром революционных пролетарских сил. Силы эти оказались столь внушительны и дисциплинированны, что московская полиция не решилась вмешаться в демонстрацию и как будто в этот день куда-то исчезла.
Своей неутомимой работой в рабочих массах в «дни свободы» МК достиг того, что он стал общепризнанным руководителем московского пролетариата. Борьба московских большевиков в первых рядах пролетариата Москвы скрепила неразрывной связью большевистскую партию с широчайшими массами пролетариата и подняла её авторитет на громадную высоту. За сотнями большевистских активистов на фабриках и заводах шли тысячи и десятки тысяч беспартийных рабочих. Агитация и призывы МК и его районных организаций встречали самое горячее сочувствие у широких/масс.
Результаты упорной, кропотливой работы большевистской организации в массах московского пролетариата сказались в декабрьском восстании. На баррикадах и на всех боевых участках рабочие массы вели бои под непосредственным руководством членоз большевистской организации.
Революционные настроения и стремления московского пролетариата получили яркое выражение в деятельности Московского совета рабочих депутатов.

***

Московский совет рабочих депутатов возник значительно позднее Петербургского: первое его заседание происходило 21 ноября, т.е. за две недели до декабрьских событий. Столь позднее появление Московского совета на исторической сцене объясняется рядом причин.
До приезда из эмиграции в Россию В.И. Ленина среди части большевиков имело место совершенно ошибочное и вредное отношение к советам рабочих депутатов. Относясь к советам как к беспартийным рабочим организациям «низшего типа», многие большевики были склонны рассматривать их как стихийно возникшие организации, угрожавшие задергать политический рост пролетариата, оттеснить от пего социал-демократию и тем самым подчинить его политическому влиянию буржуазии. Этих большевиков, растерявшихся перед лицом невиданной, гигантской рабочей организации — Петербургского совета рабочих депутатов, — объединявшей сотни тысяч рабочих, пугал призрак «экономизма». Многие социал-демократы видели в растущем политическом значении Петербургского совета опасность ослабления авангардной роли социал-демократии и утраты пролетариатом роли гегемона в революции, поскольку он может подпасть под политическое влияние мелкобуржуазных элементов1.
Эта «левацкая» точка зрения, выраженная в ряде с гатей газеты «Новая жизнь», получила вполне определённую формулировку и в официальных документах2: в резолюции Петербургского Федеративного совета РСДРП3 и в «Письме ко всем партийным работникам» ЦК РСДРП от 27 октября 1905 г. «Российская социал-демократия, — гласила резолюция Федеративного совета, — стоит в настоящий момент перед необходимостью открыто выступить в качестве партии пролетарских масс. На пути такого выступления она встречает политически неоформленные и социалистически незрелые рабочие организации, создаваемые стихийно-революционным движением пролетариата. Каждая из таких организации, представляющая известный этап в политическом развитии пролетариата, поскольку он стоит вне рядов социал-демократий, объективно оказывается перед опасностью задержать пролетариат на примитивно политическом уровне и тем подчинить его буржуазным партиям. Одной из таких организаций является Петербургский Совет рабочих депутатов.
Исходя из этого, Федеративный совет предлагал по отношению к совету рабочих депутатов следующую тактику: «1) Убеждать такие организации принять программу с.-д, партии как единственно соответствующую истинным интересам пролетариата. По принятии этой программы они, естественно, должны определить своё отношение к с.-д, партии, признать её руководство и в конечном счёте раствориться в ней (разрядка моя. — С. Ч.). В случае, если эти организации не стремятся к политическому руководству, а остаются лишь чисто профессиональными организациями, они исполняют определённую, чисто техническую функцию. 2) В случае отказа со стороны подобных организаций принять нашу партийную программу и принять иную какую-либо программу, с.-демократы должны выступить из них и разоблачать перед пролетарскими массами их антипролетарский характер. 3) Когда, наконец, организации отказываются принять ту или иную определённую программу и оставляют за собой право в каждом отдельном случае определять свою политику, с-демократы останутся в них, доказывая как внутри этих организаций, так и в широких массах пролетариата всю бессмысленность по-подобного политического руководства и развивая свою собственную программу и тактику»4.
Эта резолюция рекомендовалась ЦК партии в «Письме ко всем партийным работникам» от 27 октября 1905 года.
Нет надобности после работ Ленина и Сталина о советах останавливаться на ошибочности и вредности этой резолюции, призывавшей партию вести борьбу с советами.

--------
1 Некоторые основания для подобных опасений были. Петербургский пролетариат, вписавший немало блестящих страниц в историю революционного движения, всё более демобилизовался и ослаблялся троцкистским .руководством Петербургского совета, во главе котрого оказался беспринципный авантюрист Хрусталёв-Носарь.
2 Надо иметь в виду, что до приезда Ленина большим влиянием в ЦК пользовался Богданов, будущий «отзовист» и лидер «левацкой» группы «Вперёд».
3 Орган, временно объединивший центры большевиков и меньшевиков.
4 Цит. по книге Васильева-Южина М. «Московский совет рабочих депутатов в 1905 т.-«, стр. 10-17. М. 1025.

Приезд Ленина 8 ноября и появление в «Новой жизни» ряда его статей, в которых он выяснил природу, характер и значение советов как органа восстания, объединяющего всю революционную демократию, как зачаток революционной власти, положили в среде большевиков конец всяким шатаниям в этом вопросе1.
Московский комитет большевиков, не принимавший активного участия в дискуссии о советах, занимал в этом вопросе выжидательную позицию. К тому же московская организация большевиков пользовалась таким влиянием в среде широких масс московского пролетариата, что после окончания октябрьской стачки, как ей казалось, не было настоятельной необходимости к организации совета как политического руководителя и организационного центра массовых выступлений московского пролетариата.
В ходе забастовки в конце сентября и в октябре в Москве возникли следующие советы рабочих депутатов; совет депутатов типолитографских рабочих (первое собрание состоялось 25 сентября 1905 г.), совет депутатов пяти профессий (образовался 2 октября 1905 г.)2, совет депутатов столярного производства. Но это были организации для руководства стачкой рабочих определённых профессий, не претендовавшие на какое-либо политическое руководство. Это были, в сущности, рабочие организации профсоюзного типа. Об этом свидетельствуют документы этих «советов». Например, в воззвании наиболее крупного из них — совета депутатов пяти профессий — так определяются задачи и цели депутатов: «Без спроса депутатов никто не должен приниматься на работу, ни увольняться; при их участии должны устанавливаться правила внутреннего распорядка и все табели и расценки. Депутаты должны быть представителями нашими перед фабричной и правительственной администрацией. Пусть ни одно заявление, ни одно требование не идёт помимо депутатов и не иначе, как через депутатов. Только таким образом мы противопоставим силе капитала силу объединённых рабочих».
Совершенно очевидно, что тут мы имеем дело со стачечной организацией, возникшей в ходе стачки и продолжавшей своё существование после неё уже в виде профсоюзной организации. Такие организации под разными названиями — «Советы депутатов», «Советы уполномоченных» — возникали во время стачек и до 1905 г. и играли большую, но не руководящую роль в рабочем движении. За отсутствием в царской России профессиональных организаций они брали на себя функции профсоюзов. До всеобщей октябрьской забастовки, особенно под влиянием иваново-вознесенской стачки, всё чаще повторяются в воззваниях и требованиях рабочих призывы к организации «советов депутатов». В так называемые «дни свободы» советы депутатов различных профессий создавались в значительном количестве. Организацией их особенно усиленно занимались московские меньшевики, пытавшиеся таким путём укрепить сзоё слабое влияние в рабочих массах. В меньшевистской газете того времени — «Московской газете» — можно было почти в каждом номере прочитать извещения о собраниях таких «советов» и проекты их уставов. Последние свидетельствовали о том, что это были несовершенные зачатки профсоюзных организаций. И действительно, многие из этих советов в дальнейшем своём развитии пошли не по пути превращения в советы рабочих депутатов, а послужили исходным началом для профсоюзов3. «Роль Совета, как организатора профессиональных союзов, как инициатора анкет, как примирительной камеры и т.п., — писал Ленин, — была совершенно побочная…»4. Осннсное историческое значение советов рабочих депутатов в 1905 г., по гениальному определению В.И. Ленина, заключалось в их политической роли, как органа революционной демократии, подготовляющего и возглавляющего восстание, как органа революционной власти в результате победоносного восстания.

--------
1 К сожалению, письмо Ленина в редакцию газеты .»Новая жизнь» — «Наши задачи и Совет рабочих депутатов» — не было тогда напечатано и было опубликовано в «Правде» лишь в 1940 году.
2 Типолитографщики, рабочие механического производства, столяры, табачники и железнодорожники.
3 К такому выводу приходит и А.М. Панкратова в своей статье «Текстильщики в революцию 1905-1907 гг., написанной на основе большого фактического материала. См. сборник «Пролетариат в революцию 1905-07 гг.», стр. 108. Гиз. 1930.
4 Ленин. Соч. Т. IX, стр. 399.

Как увидим ниже, лишь незначительная организационная связь существует между московскими профессиональными «советами» и будущим Московским советом рабочих депутатов, возникшим в ноябре 1905 года.
Вопрос об организации совета рабочих депутатов встал практически перед Московским комитетом партии в начале ноября 1905 года. К этому времени, во-первых, окончились всякие шатания в вопросе о советах и была усвоена ленинская оценка политической роли и значения советов. Во-вторых, стало ясно, что революция стремительно приближается к вооружённому восстанию и совет рабочих депутатов необходим как орган, подготовляющий и руководящий восстанием. Наконец, были специфические московские условия, заставившие большевиков торопиться с организацией совета.
Дело в том, что в ходе всеобщей октябрьской забастовки в Москве возник Стачечный комитет. Это не была чисто пролетарская организация: в него входили как представители рабочих, так и представители интеллигентских союзов (инженеров, врачей, адвокатов и пр.), объединённых в «Союз союзов». При этом последние оказались в Стачечном комитете в подавляющем большинстве. Во время забастовки Стачечный комитет никакой политической роли не играл; его основная задача заключалась в собирании денежных средств для поддержки бастующих, и в этом отношении он действительно принёс некоторую пользу. Однако по окончании октябрьской забастовки Стачечный комитет начал претендовать на политическое руководство движением.
Самый состав Стачечного комитета в значительной степени обусловливал его кадетскую политику, рассчитанную на то, чтобы затормозить революцию, не дать ей разрастись до вооружённого восстания. Достаточно сказать, что после объявления манифеста 17 октября Московский стачечный комитет постановил немедленно прекратить забастовку и послал приветственную телеграмму графу Витте1.
В интересах успешного развития революции необходимо было повести борьбу за ликвидацию Стачечного комитета. В этих целях московские большевики в начале ноября повели агитацию за выход рабочих представителей из Стачечного комитета и за организацию совета рабочих депутатов. Но предварительно Московский комитет пытался разрешить этот вопрос «мирным путём», для чего им был внесён в Стачечный комитет следующий проект резолюции: «Московский Стачечный комитет, находя дальнейшее своё существование нецелесообразным, объявляет себя распущенным и предлагает всем рабочим и служащим в нём представленным, организовавшись, примкнуть к создаваемому Московскому Совету рабочих депутатов». Громадным большинством Стачечного комитета эта резолюция была отвергнута2.
С этого времени и начинается подготовительная работа по организации Московского совета рабочих депутатов. Агитация большевиков за выход из Стачечного комитета рабочих представителей и организацию совета протекала успешно. На ряде рабочих собраний принимались соответствующие решения. Так, 2 ноября на собрании совета депутатов пяти профессий, на котором присутствовало 250 депутатов от 70 предприятий, было выражено недоверие Стачечному комитету и решено выбирать депутатов в районные и общегородской советы рабочих депутатов.

--------
1 Автор этой работы, неоднократно посещавший заседания Стачечного комитета, ася>кий раз уходил оттуда под неприятным впечатлением, что он присутствовал на кадетском собрании.
2 «Русское слово» №251 от 5 ноября 1905 г. «В Стачечном комитете».

Вскоре вынес такое же решение «Союз работников печатного дела», представители которого входили в Стачечный комитет. «Принимая во внимание, — гласила резолюция печатников, — что Стачечный комитет не представляет из себя истинно рабочей организации, и что в настоящее время для необходимого объединения всех действии организуется Совет рабочих депутатов, общее собрание постановило: 1) отозвать своего представителя из Московского стачечного комитета, 2) содействовать возникновению правильно избранного Совета, 3) предложить правлению на предстоящем первом1 собрании рабочих депутатов являться временным представителем московских рабочих печатного дела и вместе с тем организовать в возможно скором времени специальные выборы в Совет депутатов» (разрядка моя. — С. Ч.). 8 ноября состоялось собрание рабочих Брестской (ныне Белорусской) железной дороги, на котором было вынесено такое же решение с предложением Стачечному комитету «все свои средства, собранные для помощи бастующим рабочим, пере дать в Совет депутатов»2. 15 ноября такое же решение было вынесено на многолюдном собрании рабочих в театре «Аквариума».
В это же время в некоторых районах Москвы рабочие приступили к выборам депутатов в районные и общегородской советы рабочих депутатов. 11 ноября в Лефортовском районе на собрании представителей 50 предприятий района были выбраны в Московский Совет 34 депутата3. Были выбраны депутаты и в Пресненском, Хамовническом и Городском районах.
В ряде районов ещё до образования Московского совета рабочих депутатов стали функционировать районные советы. Так, 13 ноября происходило заседание Пресненско-Хамовнического совета, на котором был сделан доклад о роли и значении советов рабочих депутатов. В тот же день состоялось собрание совета депутатов Лефортовского района. 17 ноября на собрании совета рабочих депутатов Городского района, на котором присутствовало 64 депутата, делал доклад представитель Московского Федеративного комитета большевиков и меньшевиков с деятельности Московского совета.
К 20 ноября была закончена вся подготовительная организационная работа по созданию Московского совета рабочих депутатов: рабочие представители ушли из Стачечного комитета4, были выбраны депутаты по районам, начали функционировать районные советы. Московский совет рабочих депутатов мог приступить к работе. 21 ноября 1905 г. состоялось его первое заседание.
До официального открытия Московского совета рабочих депутатов происходило несколько предварительных, подготовительных собраний депутатов. Об этом писал делегированный Петербургским советом в Москву для помощи в организации совета Степан Голубь в своём письме-отчёте председателю Петербургского совета Хрусталёву. С. Голубь пишет: «На заседании Федеративного Совета мы выяснили себе окончательно, что организуемый Совет рабочих депутатов имел уже несколько предварительных собраний, на которых присутствовало 200 делегатов, что в него входят представители семидесяти производств и что в понедельник 21 ноября будет полное собрание делегатов».

--------
1 «Русское слово» К: 302 от 1G ноября 1905 года.
2 «Московская газета» №2 от 11 ноября 1905 года.
3 «Московская газета» №4 от 13 — ноября 1905 года.
4 Интересна дальнейшая судьба Стачечного комитета. Его либеральные заправилы не без основания сопротивлялись образованию Совета рабочих депутатов. Лишившись рабочих представителей, Стачечный комитет, оставшийся при одних адвокатах, инженерах, судейских чиновниках и прочих мелкобуржуазных элементах, стал умирать естественной смертью вследствие бесцельности своего существования. Он ещё пытался некоторое время цепляться за жизнь. По уходе рабочих представителей Стачечный комитет для расширения своей деятельности решил «допустить в свой состав все организации непролетарского характера, не признающие забастовку выгодным средством борьбы с существующим режимом» («Русское слово» №321 от 5 декабря 1905 г.), т.е. Стачечный комитет решил стать открыто контрреволюционной организацией для борьбы с забастовочным движением. Впрочем, эту роль ему играть не удалось: в дни декабрьского восстания он прекратил своё существование.

Московский совет возник в такое время, когда период равновесии кончился. Царское правительство готовилось к разгрому революции и переходило в наступление. Уже разгорались первые бои, в воздухе пахло вооружённым восстанием. В этих условиях Московский совет не мог быть ничем другим, как только органом восстания. Опыт Петербургского совета был поучителен. Блестящие ораторские выступления и яркие резолюции, не подкреплённые вооружённой силой, не могли быть противопоставлены собравшейся с силами контрреволюции. Оружие всеобщей политической забастовки также оказалось недостаточным в качестве основного средства борьбы. Царское правительство теперь располагало достаточными средствами для подавления забастовки.
Реальной революционной силой, способной отразить нападение вооружённой до зубов контрреволюции и в подходящий момент перейти в наступление, мог быть вооружённый пролетариат. Московские рабочие, осознавшие это, рвались в бой и требовали оружия. Московская большевистская организация не в состоянии была удовлетворить растущих требований рабочих. Вооружались чем могли, ковали холодное оружие. Такая революционная устремлённость московского пролетариата была результатом долгой и упорной работы большевиков, приведшей к завоеванию масс.
Московский совет рабочих депутатов в своей деятельности вполне отразил эти революционные настроения. Руководящую роль в Московском совете играли большевики, пользовавшиеся громадным политическим влиянием в рабочей массе, неустанно призывавшие её готовиться к вооружённому восстанию и немало труда положившие для его подготовки. Эта руководящая роль определилась не тем, что большинство депутатов состояло из членов большевистской партии. Нет, большинство депутатов были беспартийные, но эти беспартийные шли за большевистской партией, которую они считали своей верной руководительницей. Все постановления Московского совета, принимавшиеся единогласно, подготовлялись Федеративным комитетом, который в свою очередь обычно утверждал проекты резолюций большевиков. Меньшевики, утерявшие свои позиции на важнейших крупных предприятиях Москвы, чтобы окончательно не утратить-связи с массами, вынуждены были в это время идти за большевиками. За московскими меньшевиками в то время установилась репутация «революционных меньшевиков»; такова была сила революционного напора московских рабочих масс1.
Московский совет рабочих депутатов имел всего лишь пять заседаний: первое — 21 ноября, последнее — к концу восстания, 15 декабря2.

--------
1 Это не помешало московским «революционным» меньшевикам после подавления декабрьского восстания покаяться в своих «революционных» грехах.
2 О работе Московского совета сохранились весьма скудные сведения. Вследствие кратковременности своего существования Московский совет не успел как следует организовать свою работу; не было ни постоянного помещения, ни делопроизводителя. Не осталось ни протоколов, ни стенограмм заседаний Совета. Что касается архива московского охранного отделения, то в нём имеются лишь случайные сведения, а специального дела о Московском совете нет. Агентам охранного отделения, которое после октябрьской стачки вообще ещё не «пришло в себя» и работа которого была в значительной мере дезорганизована, не удавалось, по видимому, проникнуть на заседания Совета, который работал почти в нелегальных условиях. В своей неосведомлённости о деятельности Московского совета московская охранка признаётся в 1912 г. в ответе на запрос начальника губернского жандармского управления. «В делах отделения, — сообщает охранка, — имеются указания, что в 1905 г. действительно состоялся Московский совет рабочих депутатов, объявивший 7 декабря того года всеобщую Политическую забастовку, с намерением перевести её в вооружённое восстание, но подробных сведений об этой организации и лицах, её составлявших, в отделении нет». Источниками, по которым можно до известной степени воссоздать картину деятельности Московского совета, являются московские газеты того времени — «Русское слово», «Вперёд», «Московская газета», «Борьба», — а с 7 декабря единственно выходившая в дни вбестаиия газета «Извести.) Московского совета рабочих депутатов», а также воспоминания революционных деятелей.
О первом заседании, происходившем на Поварской улице, в театре Гирш, мы имеем в общем совпадающие сведения из нескольких источников. Так, уже представитель Петербургского совета С. Голубь в письме Хрусталёву сообщал: «Вчерашний день, 21, состоялось первое собрание Московского совета рабочих депутатов в количестве до 200 человек1. Первым вопросом стоял доклад петербургского делегата о петербургских событиях и о деятельности Петербургского Совета депутатов. После (делегат. — С. Ч.) сделал подробный доклад об обстановке, которая привела петербургских рабочих к необходимости центральной выборной рабочей организации, каковой является Петербургский Совет рабочих депутатов, и сделал ряд практических предложений, которые были приняты единогласно. Совет выбрал временный Исполнительный комитет. В Исполнительный комитет входят официальные представители партий: большинства, меньшинства2 и соц, револ., по два человека от каждой, с правом решающего голоса»3.
Краткие сведения о первом заседании имеются и в показаниях рабочего Прохоровской мануфактуры, повидимому, депутата Совета, Сергея Дмитриева, данных им московской охранке. По свидетельству Дмитриева «перзое собрание было назначено на Поварской, в театре бывш. Гирш», и проходило в присутствии депутата из Петербурга. На собрании говорилось, что «роль Совета чисто политическая» и что Московский совет «должен собираться чаще, а остальные должны будут собираться порайонно»4.
Более подробные сведения о первом заседании имеются в воспоминаниях активного члена Исполнительного комитета Совета М. И. Васильева-Южина (представителя от МК большевиков): «На первом собрании был сконструирован руководящий и исполнительный орган Совета рабочих депутатов, который, как и в Петербурге, именовался Исполни-тельным комитетом. Основным ядром И.К. являлись представители от революционных партий. Мы, по уговору с меньшевиками предложили ввести в И.К. — по два представителя от большевиков, меньшевиков и социалистов-революционеров, с тем расчётом, чтобы в него вошёл целиком Федеративный комитет. Эсеры запротестовали, настаивая, чтобы большевики и меньшевики рассматривались как одна социал-демократическая партия. Голосованием предложение эсеров было провалено, причём обнаружилось, что рабочих, принадлежащих к партии с.-р., в Совете незначительное меньшинство… Кроме б представителей от партий, в состав И. К — вошло человек 8 рабочих (кажется, все социал-демократы) в качестве представителей районов… Постоянного председателя в Совете не было; во всяком случае в качестве руководящего и рабочего органа действовал главным образом Президиум, состоявший из 6 чел, из числа членов И.К. В него целиком вошёл Федеративный комитет»5. Таким образом, руководящую роль в Московском совете играли большевики как руководящая партия Федеративного комитета.. В обстановке бурно надвигающихся событий Московскому совету не удалось заняться своей собственной внутренней организацией, и до последнего дня он работал «на колёсах», без аппарата, без делопроизводства, без постоянного помещекия. И, тем не менее, политическое значение и руководящая роль Московского совета были огромны.

1 По сообщению «Русского слова» №309 от 23 ноября 1905 г., присутствовало 180 депутатов от 80 тыс. рабочих.
2 То есть большевиков и меньшевиков.
3 Сборник «Декабрьское восстание в Москве 1905 г.», стр. 217. М 1920.
4 Там же, стр. 219-220.
5 Васильев-Южин М. Цит. соч., стр. 32-33.

В №1 «Известий хМ.осковского Совета Рабочих Депутатов» в заметке «Московский Совет рабочих депутатов» даётся правильная его характеристика: «Во всех своих решениях он дружно идёт вместе с революционными социалистическими партиями, лишний раз показывая этим, что рабочий сознал, где его друзья, и прямой дорогой идёт к социализму».
Резолюция Московского совета рабочих депутатов, внесённая Федеративным комитетом и принятая на первом заседании, 21 ноября, была проникнута революционной решимостью и призывала к сплочению пролетарских сил. Принятая в такой момент, когда уже не оставалось никаких сомнений, что решительное столкновение с контрреволюцией неизбежно, резолюция мобилизовала массы для решительных боёв. «…Московский пролетариат спешно и энергично готовится к предстоящему решительному бою со своими заклятыми врагами, — говорилось в первой части резолюции. — Царское правительство и капиталисты заключили союз, выбрасывая рабочих с казённых и частных фабрик и заводов; они хотят разбить пролетариат в отдельных схватках.
Этому преступному союзу самодержавия и капиталистов рабочий класс всей России должен противопоставить свой грозный союз. Наша сила в организованности и взаимной поддержке.
Поэтому Московский СРД будет содействовать всеми силами объединению рабочих всей России и поручает своему Исполнительному Комитету письменно и через делегатов связаться с рабочими организациями других городов.
МСРД не сомневается, что в решительном бою со своими врагами пролетариат не будет одиноким; революционное крестьянство и проснувшаяся армия будут его верными союзниками…
».
Во второй части резолюции Московский совет высказывался против разрозненных выступлений рабочих за введение 8-часового рабочего дня. Полагая, «что такое важное завоевание может быть достигнуто не разрозненной борьбой рабочих отдельных фабрик и даже городов, но лишь объединёнными силами всего российского пролетариата», резолюция рекомендовала «приостановить на время эту борьбу с тем, чтобы, организовавшись, возобновить её сразу во всей России…». В таком же духе высказался Московский совет и по вопросу отдельных забастовок — «в интересах сбережения сил и укрепления организации для предстоящей решительной борьбы».
Таким образом, это первое постановление свидетельствует о том, что Московский совет правильно понял политическую обстановку и свои задачи. Во-первых, надо было организовать и готовить силы пролетариата для предстоящих решающих боёв; во-вторых, устранить всякие частные выступления, распыляющие силы пролетариата и отвлекающие его от основной задачи; и, наконец, посильно помочь сплочению пролетариата во всероссийском масштабе для обеспечения победы в предстоящем восстании. Вместе с тем, Московский совет отдавал себе ясный отчёт в том, что победа рабочего класса может быть достигнута только в союзе с революционным крестьянством и армией. «Преступному союзу самодержавия и капиталистов, — заявлял Московский совет, — рабочий класс всей России должен противопоставить свой грозный союз».
Буржуазия укрепляла позиции самодержавного правительства fie только переговорами с ним о дележе власти: она оказывала ему существенную помощь дезорганизацией рядов пролетариата. В то зремя когда пролетариат готовил сбои силы для нанесения решительного уда.ра по царизму, капиталисты при поддержке правительства — локаутами обрекали рабочих на голод. Московский совет в ответ на предательское поведение буржуазии заявлял, что перед пролетариатом стоит задача нанести сокрушительныи удар не только по самодержавию, но и по его союзнику
Обращает на себя внимание и отношение Московского совета к введению рёволюционным путём 8-часового рабочего дня. Эту тактику проводил Петербургский совет. В начале Октябрьской забастовки, когда царское правительтво было дезорганизовано и Петербургскии совет был в апогее силы и власти, это удавалось. Буржуазия была бессильна сопротивляться революционному напору рабочих масс. Но в ноябре, когда царизм собрался с силами и перешёл в наступление, капиталисты ответили на «самочинные действия» рабочих локаутами. Революционное введение 8-часового рабочего дня было крайне непрочно и недолговечно. Московский совет отрицательно отнёсся к партизанским методам введения 8-часового рабочего дня, что он и выразил в резолюции.
Правительство продолжало наступление. Оно перешло к прямой атаке, направив главный удар на Петербургский совет рабочих депутатов. 26 ноября председатель «Петербургского совета был арестован. Это был вызов пролетариату. В то же время в Москве началось брожение среди войск гарнизона. Надвигалось решительное столкновение между пролетариатом и силами контрреволюции.
В этой напряжённой обстановке 27 ноября проходило второе заседание Московского совета в доме Хлудова, на Рождественке, в помещении Бюро содействия труду.
Первая часть заседания была посвящена организационным вопросам. Из них следует отметить два вопроса, весьма характерные для Москвы. Было принято решение о повышении нормы представительства в Совет вместо одного представителя от 500 рабочих (как было установлено первом заседании) было решено посылать одного or 400 человек, так v опыт выборов в Совет обнаружил, что Москва — город с большим числом средних предприятий с количеством рабочих менее 500. Затем поступи предложение предоставить право профессиональным союзам также послать в Совет по одному депутату от каждых 500 членов. Это предложение было внесено и усиленно поддерживалось меньшевиками, перенёсшими центр тяжести своей работы в возникавшие в то время профсоюзы и пытавшимися через них укрепить свои позиции в рабочих массах. Meньшевики таким путём хотели создать в Совете искусственное меньшевистское большинство. В таком виде предложение меньшевиков провалило но было решено допустить по одному депутату от каждого профсоюза с числом членов белее 500 человек1. Хитрый манёвр меньшевиков не удался. Были попытки проникнуть в Совет и со стороны профессиональных союзов непролетарского или смешанного типа (профсоюзы служащих или рабочих и служащих), близких к соглашательскому Стачечному комитету. Относительно представительства этих союзов Совет постановил разрешать вопрос по рассмотрении заявлений в каждом отдельном случае. Так например относительно союза почтово-телеграфных служащих было постановлено допустить депутатов с совещательным голосом2.
В результате обсуждения чисто московских дел, связанных с экономическим стачечным движением (в Москве в это время бастовало оке 16 тыс. рабочих)3, и провокационного вызова со стороны фабрика Жиро, выбросившего па улицу забастовавших рабочих4, было принято решение о создании при Совете стачечного фонда и фонда борьбы. Затем Совет перешёл к обсуждению вопроса о политическом положении в стране. Уже на втором заседании под впечатлением петербургских событий, брожения среди солдат московского гарнизона и нарастающего наступления капиталистов на рабочих большинство депутатов высказывало мнение, что дальше так жить нельзя, что настало время ответить реакции всеобщей забастовкой.

--------
1 «Вперёд» №2 от 3 декабря 1905 года. — В то время профсоюзное движение находилось в зачаточном состоянии. Профсоюзов с числом членов более 500 было очень немного.
2 «Борьба» №5 от 2 декабря 1905 года.
3 «Русское слосо» №315 от 29 ноября 1905 юла.
4 «Борьба» Лг 4 сх 5 лекабри 1905 года.

Но 27 ноября Московский совет не мог ещё принять на себя ответственность и руководство политической жизнью всей страны: он был для этого ещё не достаточно авторитетен. Неизвестно было, как ответит на наступление контрреволюции «старший собрат» — Петербургский совет, ещё не утративший роли общепризнанного представителя всероссийского пролетариата. Правда, были среди членов Московского комитета сторонники немедленного, решительного выступления. Наиболее ярким выразителем этих настроений был М.И. Васильев-Южин, который в 1925 г. в своих воспоминаниях писал: «Я до сих пор убеждён, что мы совершили тогда грубую, непоправимую ошибку»1. Но, конечно, прав был МК, отвергший предложение Васильева-Южина о немедленном выступлении, и представитель ЦК в Московском комитете В.Л. Шанцер (Марат), заявивший, по словам Васильева-Южина: «Не уведомив Петербург, я не могу решиться на такой шаг»2.
27 ноября это решение было единственно правильным, так как не было оснований предполагать, что Петербургский совет окажется бессильным перед лицом надвигавшихся грозных событий.
Обсудив вопрос об общеполитическом положении в стране в связи с арестом председателя Петербургского совета, Московский совет рабочих депутатов принял следующую резолюцию: «Московский Совет рабочих депутатов постановил чутко прислушиваться к ответу петербургских рабочих на дерзкий вызов правительства и присоединиться к борьбе, как только они решат дать сражение врагу»3.
Но Московский совет отнюдь не собирался пассивно ожидать, когда начнёт действовать петербургский пролетариат. Московский совет отдавал себе ясный отчёт в том, что на этот раз дело приближается к исторической развязке. На том же заседании, 27 ноября, он принял два воззвания — «К рабочим и гражданам» и «К армии». В первом воззвании Московский совет заявлял, что «день решительной битвы народа за свою свободу близок», что «эта битва должна кончиться полной победой, так как у пролетариата на этот раз будут сильные союзники в лице революционного крестьянства и революционной армии». «Будем же бодро и деятельно готовиться к решающему бою, и да здравствует победа, да здравствует демократическая республика» — такими словами заканчивается воззвание4.
В воззвании к армии, принятом в связи с революционными выступлениями солдат московского гарнизона, Совет выражал уверенность, что «недалёк тот день, когда пролетариат, революционное крестьянство и лучшая часть армии соединёнными силами опрокинут ненавистное царское правительство». Поэтому Московский совет рабочих депутатов призывает пролетариат Москвы «с удвоенной энергией организоваться и готовиться к решительному выступлению, которое должно сопровождаться всенародным вооружённым восстанием и кончиться полным освобождением угнетённого народа»5.
После второго заседания Московского совета началась усиленная подготовка к восстанию. Шли лихорадочные поиски и изготовление оружия, особое внимание уделялось работе в армии. Московский совет рабочих депутатов во главе с большевиками пытался организовать совет солдатских депутатов. Рабочие горячо принялись за пропаганду среди солдат в казармах. Оживилась деятельность районных советов, которым в скором времени предстояло сыграть ответственную роль в восстании.

--------
1 Васильев-Южин М. Цит. соч., стр. 58.
2 Там же, стр. 59. Подробности воспоминаний, см. там же, гл. VII, стр. 45-65.
3 «Вперёд» №2 от 3 декабря )905 года.
4 «Вперёд» №1 за 1905 год.
5 «Вперёд» №2 за 1905 год.

События нарастали ускоренными темпами. Царское правительство методически продолжало наступление на революцию. Уже не оставалось никаких сомнений, что правительство намерено немедленно навязать пролетариату решительный бой.
Прошла всего неделя со времени второго заседания, и события подтвердили всю правильность оценки политического положения, данной Московским советом. В ответ на опубликованный 2 декабря Петербургским советом «Финансовый манифест»1 правительство 3 декабря закрыло все газеты, напечатавшие манифест, и арестовало Исполнительный комитет Петербургского совета.
4 декабря состоялось третье заседание Московского совета. Все принятые на нём постановления выражали непреклонную волю пролетариата Москвы дать решительный отпор обнаглевшей реакции.
Прежде всего Московский совет постановил присоединить свою подпись к «Финансовому манифесту» и предпослать ему большее воззвание, которое широко распространить среди населения. Напечатанное в №1 «Известий Московского Совета Рабочих Депутатов» воззвание рекомендовало населению отказаться от всякого рода казённых платежей, требовать при получении заработной платы и совершении всех сделок расчёта золотом, забрать вклады из ссудо-сберегательных касс и Государственного банка, требуя также уплаты золотом.
Затем обсуждалось политическое положение в стране. Из выступлений большинства депутатов было видно, насколько ясно представители московских рабочих сознавали всю серьёзность создавшейся политической обстановки и ту историческую ответственность, которая падала на московский пролетариат.
«Большинство депутатов, — читаем мы в отчёте об этом заседании в газете «Вперёд», — высказывалось в том смысле, что дальше ждать нечего. Довольно копить силы. Необходимо с завтрашнего же дня объявить всеобщую забастовку в Москве. Ряд депутатов указывал, что эта стачка уже не репетиция, а генеральный бой с самодержавием. Эта стачка должна перейти во всенародное вооружённое зосстакне. Надо взвесить всю важность нашего решения и потому, прежде чем объявить забастовку, надо разъяснить всем нашим избирателям важность данной забастовки и той ответственности перед рабочим классом России, которую берёт на себя Московский Совет рабочих депутатов, бросая первый лозунг всеобщего восстания».
Ввиду серьёзности вопроса и для более полного учёта настроения рабочих фабрик и заводов Москвы Московский совет вынес постановление: «Завтра (понедельник, 5 декабря) утром поставить этот вопрос на обсуждение рабочих всех фабрик и заводов Москвы и на следующем собрании Совета рабочих депутатов принять, в зависимости от решения пролетариата гор. Москвы, тс или иное решение относительно призыва от имени Московского Совета рабочих депутатов к всеобщей забастовке»2.

--------
1 «Финансовый манифест» призывал население к отказу от взноса выкупных и других казённых платежей и к получению обратно вкладов из сберегательных касс. Этот призыв был ударом в самое сердце самодержавия. Широкое распространение и успех манифеста среди населения окончательно обессилили бы царское правительство.
2 «Вперёд» №4 от 6 декабря 1905 года.

Вместе с тем Московский совет принимает постановление, в котором указывает, что «многие из московских полков готовы перейти на сторону восставшего народа», и призывает «рабочих быть готовыми в каждый момент к всеобщей политической забастовке и вооружённому восстанию»1.
Таким образом, 4 декабря Московский совет рабочих депутатов перестал возлагать надежды на инициативу Петербургского совета и решил взять дальнейшие судьбы революции в свои руки. Вера в силу и могущество Петербургского совета поколебалась. Приехавший в это время в Москву представитель ЦК партии тов. Любич также рекомендовал не особенно рассчитывать на Петербург и взять московскому пролетариату инициативу на себя2.
Информация тов. Любича о петербургских делах укрепила мнение большинства членов МК, что московскому пролетариату придётся в ближайшие дни взяться за оружие и быть застрельщиком всероссийского вооружённого восстания. Историческая ответстзенность за объявление вооружённого восстания, таким образом, полностью падает на московских большевиков. История целиком оправдала декабрьские решения московских большевиков и Московского совета рабочих депутатов.
Заседание Московского совета 4 декабря закончилось рассмотрением вопроса о подготовляющихся черносотенных погромах и манифестациях. Московский совет .рабочих депутатов в своём решении заявлял, что «черносотенным выпадам правительства и его подлых агентов московский пролетариат даст самый решительный отпор»3.
Дело в том, что на б декабря, в связи с именинами царя, на Красной площади был назначен молебен, после которого должна была состояться черносотенная демонстрация. Ходили слухи, что подготовляется черносотенный погром, направленный против студенчества, интеллигентов и евреев. Московский совет и МК в этот день мобилизовали все свои силы, чтобы воспрепятствовать погрому.
События 6 декабря показали, что «социальная база» самодержавия не вполне надёжна. После молебствия на Красной площади монархическая манифестация, организованная полицией, направилась х дому генерал-губернатора (ныне здание Моссовета) и стала «требовать» генерал-губернатора. Дубасоз вышел на балкон и произнёс «патриотическую» речь, призывая народ к поддержке «обожаемого монарха» и на борьбу с революционерами. Но дело приняло совсем неожиданный для черносотенных организаторов оборот. Замешавшиеся в толпу революционные рабочие и вооружённые дружинники в самый разгар речи Дубасова крикнули: «Дружинники идут!» Дубасов тотчас исчез, а большинство черносотенцев рассеялось по переулкам Тверской улицы (ныне ул. Горького). Часть манифестантов, по призыву революционных агитаторов, с красными флагами направилась на митинг в «Аквариум». Так неудачно закончилась попытка московских властей привлечь к борьбе с революцией на свою сторону московское трудовое население. Правительство могло серьёзно рассчитывать только на силу оружия.
После третьего заседания вся деятельность Московского совета рабочих депутатов неразрывно переплетается с действиями масс, с всеобщей забастовкой, с вооружённым восстанием.

--------
1 «Борьба» Ко 8 от 6 декабря 1905 года.
2 Тов. Любич никакой прямой директивы ЦК о том, чтобы МК и Московский совет объявили вооружённое восстание, не привёз. Некоторые мемуаристы неправильно приписывают тоз. Любичу такую роль, на которую он не был уполномочен ЦК. Так, это утверждает бывший в то время членом МК Доссер («Леший») в своих воспоминаниях, напечатанных в сборнике «Декабрь 1905 года на Пресне». С другой стороны, не раз цитировавшийся тов. Васильев-Южин писал, что «тов. Любич скорее старался нас сдерживать». И то и другое утверждение не соответствует действительности.
3 «Вперёд» Л° 8 от 6 декабря 1905 года.

В тот день, когда происходил третий пленум Московского совета, состоялась общегородская конференция меньшевиков. Меньшевики также постановили готовиться к выступлению, однако в такой общей формуле, что их решение не давало конкретного ответа на вопрос, как же немедленно реагировать на петербургские события и реакционные акты царского правительства. Обнадёженные прибывшими «товарищами из Петербурга», московские меньшевики вынесли решение ждать призыва «петербургского пролетариата», а впредь до призыва «усилить влияние московского Совета рабочих депутатов» и «революционизировать войска»1. Иначе говоря, меньшевики собирались заняться длительной подготовкой к выступлению.
Состоявшееся 4 декабря заседание Московского совета большевиков, высказавшееся в своём подавляющем большинстве за немедленное выступление, постановило, однако, для полного — выяснения настроения московских рабочих созвать 5 декабря городскую партийную конференцию с широким представительством от районов.
На конференции путём опроса многочисленных представителей фабрик и заводов выяснилось, что рабочие давно готовы к выступлению и «обижаются» на своих организаторов за то, что те до сих пор не призывают к забастовке. Делегат от происходившей в Москве конференции рабочих 29 железных дорог также заявил, что «конференция железнодорожников только что вынесла решение присоединиться к всеобщей политической забастовке и поддержать вооружённое восстание, если Московский Совет рабочих депутатов призовёт к тому»2.
Конференция почти единогласно постановила начать всеобщую забастовку. Большинством голосов решено было начать её 7 декабря. Оставались считанные часы для приведения московского пролетариата з боевую готовность. В течение 5 и 6 декабря происходили собрания представителей профорганизаций отдельных производственных групп рабочих и районные конференции социал-демократов, вынесшие постановления о присоединении к забастовке.
Наконец, 6-го же декабря состоялся пленум Московского совета, который принял окончательное решение о дне выступления. 3 большевистской газете «Борьба» так описывается это заседание: «Состоявшееся вчера, б декабря, заседание Московского Совета рабочих депутатов, на котором присутствовали делегаты от 91 производства, представители от конференции жел.-дор, союза, почт.-тел, съезда и поолетариата Царства Польского, всего в количестве 120 человек, долго останется в памяти присутствовавших. Сознание важности стоящего на очереди вопроса — решение всеобщей забастовки — придало особенный тон дебатам и заставило быть краткими в своих речах. После докладов товарищей — депутатов крупных заводов и фабрик — о настроении и подготовленности рабочих к забастовке была прочитана следующая резолюция, принятая рабочими типографии Кушнарёва: «Мы, рабочие типо-литографии Т-ва Кушнарёва, в о-бщем собрании 5 декабря, рассмотрев всесторонне вопрос о политической забастовке и вооружённом восстании, постановили следующее: «Правительство сделало последнюю попытку нанести нам решительный удар: в Петербурге арестован Совет рабочих депутатов, собрания разгоняются — мы готовы ответить на этот вызов правительства всеобщей забастовкой, надеясь, что она может и должна перейти в вооружённое восстание».
Затем предоставляется слово представителю железнодорожной конференции, который передаёт мнение конференции о необходимости объявить немедленно всеобщую забастовку и что она ждёт решения Совета для отдачи распоряжения об этом по всем линиям. В таком же духе высказывается и представитель от польского пролетариата, который заявляет, что весь пролетариат б Польше вооружён. Представитель почтово-теле-графного съезда высказывается (заверяет? — С.Ч.), что хотя часть чиновников приступила к работам, но съезд приложит все усилия, чтобы при объявлении всеобщей забастовки почтово-телеграфпые служащие всюду примкнули к ней.

--------
1 См отчёт о заседании общегородской конференции меньшевиков в газете «Борьба» №8 за 1905 год.
2 Васильев-Южин М. Ук. соч., стр. 81.

Все говорившие по поводу забастовки ораторы единодушно высказывались за немедленное объявление её. «Московский пролетариат, — сказал один из ораторов, — с нетерпением ждёт нашего решения, и мы должны его принять. Вся страна охвачена восстанием, и нам необходимо считаться с фактом».
После обсуждения этого вопроса было постановлено: «Московский Совет рабочих депутатов объявляет всеобщую политическую забастовку в среду, 7-го декабря, с 12 часов дня».
Затем было прочитано воззвание ко всем рабочим, солдатам и гражданам, предложенное Федеративным советом РСДРП и партией социал-революционеров. Выслушав это воззвание, Совет постановил присоединить к нему свою подпись и отпечатать.
Решение о забастовке и воззвании принимаются единогласно. Далее принимается предложение партий, чтобы руководство в эти дни борьбой пролетариата и его дальнейшими решительными актами принадлежало всецело Исполнительному комитету Совета рабочих депутатов и революционным партиям. Исполнительный комитет решено пополнить представителями из городских рабочих организаций и некоторых рабочих союзов.
По вопросу, каким предприятиям не бастовать, было принято следующее предложение Исполнительного комитета: «Водопровод на первое время забастовки работает. Булочные на окраинах могут быть открыты только лишь по разрешению Совета рабочих депутатов в том случае, если они не повысят цену на хлеб». Решено также потребовать закрытия винных лавок. Воровство и грабёж в городе будут строго преследоваться в дни выступления пролетариата: к ворам будут применяться репрессивные меры. После кратких дебатов решено было, чтобы электричество не функционировало и чтобы газеты не выходили. Исполнительный комитет во всё время забастовки будет выпускать «Известия Совета Рабочих Депутатов».
Утром 7 декабря повсюду должны быть устроены митинги и на них должны быть проведены решения Совета для того, чтобы к 12 часам дня вся заводская, фабричная и промышленная жизнь в Москве остановилась1.
К этому надо прибавить те сведения, которые содержатся в газете «Жизнь» и которые показывают, каким большим влиянием в Совете рабочих депутатов пользовались большевики. «Представитель Московского Комитета РСДРП, — читаем мы, — сообщил, что общая конференция «большинства» решила в свою очередь этот вопрос (о всеобщей забастовке. — С.Ч.) в положительном смысле и предлагает Совету присоединиться к её решению. Предложение было принято единогласно».
Затем было принято воззвание «Ко всем рабочим, солдатам и гражданам», под которым, кроме Совета, подписались Московский комитет, московская группа меньшевиков, Окружная организация РСДРП и Московский комитет партии социалистов-революционеров2.

--------
1 «Борьба» №9 за 1905 гол.
2 Подлинник находится в .Музее Резолюции СССР, Перепечатано из .книги «1905. Большевистские прокламации и листовки по Москве и Московской губернии», стр. 387-389 (1905. Материалы и документы под общей редакцией М.Н. Покровского) М. и Л. 1926.

В воззвании была дана оценка внутреннего положения страны после 17 октября, которое характеризовалось как начавшееся наступление самодержавия на революцию. Оценивая планомерную террористическую политику против революционного народа как «издевательство и преступление царского правительства», воззвание объявляло ему «решительную и беспощадную войну». «Товарищи рабочие, — гласило воззвание, — мы, избранные вами депутаты, — Московский комитет и группа РСДРП, Комитет партии социалистов-революционеров — объявляем всеобщую политическую забастовку и призываем вас в среду 7-го декабря, в 12 часов дня, бросить и остановить работы на всех фабриках и заводах, во всех городских и правительственных предприятиях. Да здравствует беспощадная борьба с преступным царским правительством!
Товарищи солдаты! Вы — наши кровные братья, дети единой с нами матери, многострадальной России. Вы уже сознали это и подтвердили участием в общей борьбе. Ныне, когда пролетариат объявляет ненавистному народному врагу — царскому правительству — решительную войну, действуйте и вы решительно и смело! Отказывайтесь повиноваться своему кровожадному начальству, гоните его прочь и арестовывайте, выбирайте из своей среды надёжных руководителей и с оружием в руках присоединяйтесь к восставшему народу. Вместе с рабочим классом добивайтесь роспуска постоянной армии и всенародного всоружения, добивайтесь отмены военных судов и военного положения.
Да здравствует союз революционного пролетариата и революционной армии!
Да здравствует борьба за общую свободу!
И вы, все граждане, искренне жаждущие широкой свободы, помогите восставшим рабочим и солдатам, чем только можете — и личным участием, и своими средствами. Пролетариат и армия борются за свободу и счастье всей России и всего народа. На карту поставлено всё будущее России; жизнь или смерть, свобода или рабство.
Соединёнными силами мы свергнем, наконец, преступное царское правительство, созовём Учредительное Собрание на основе всеобщего, равного, прямого и тайного голосования и утвердим демократическую республику
». Воззвание заканчивается лозунгами:
«Да здравствует всенародное Учредительное Собрание!», «Да здравствует демократическая республика!».
Вечером 6 декабря конференция делегатов 29 железных дорог присоединилась к постановлению Московского совета и также вынесла решение об объявлении всеобщей политической забастовки со среды 7 декабря1. На вечернем заседании 6 декабря Всероссийский почтово-телеграфный съезд, обсудив резолюцию Московского совета, заявил, что он «всецело присоединяется» к этому решению, и «постановил продолжать почтово-телеграфную забастовку наравне со всем пролетариатом»2.
Начиная с четвёртого заседания, 6 декабря, Московский совет, его исполнительный комитет и районные советы выступают как организаторы и руководители восстания и, в известной мере, как органы власти, рождавшейся в ходе восстания.
Энтузиазм, который царил в те дни в московских районах, твёрдость и решительность большевиков и Московского совета в вопросе о забастовке свидетельствовали, что последняя пройдёт дружно. И действительно, как было решено советом, с 12 часов дня 7 декабря забастовка началась. В первый день забастовало около 100 тысяч рабочих3. Ко второму дню число забастовщиков увеличилось до 150 тысяч4. Кроме рабочих к забастовке примкнули корпорации служащих Московской губернской земской управы, Московского общественного управления, городские инженеры и служащие страховых обществ.

--------
1 «Борьба» №9 за 1905 год.
2 «Известия» №1.
3 Там же.
4 «Известия» Л» 3.

Присоединились к забастовке и профессиональные союзы техников, работников печатного дела, рабочих по благородному металлу, кондитеров, булочников, портных, служащих в пивных, башмачников и электротехников1.
Московский генерал-губернатор Дубасов был ошеломлён силой разраставшейся забастовки и 7 декабря сообщал командующему войсками Московского военного округа о том, что намерен «сегодня же объявить город Москву и Московскую губернию в положении чрезвычайной охраны»2. 8 декабря Дубасов телеграфировал министру внутренних дел: «Вчера дружно забастовали все железные дороги, кроме Николаевской. Не имея уверенности удержать от забастовки эту линию, прошу вашего ходатайства о присылке теперь же из Петербурга военной железнодорожной команды в необходимом составе»3.
Как же протекала забастовка? В первые дни московские рабочие находились как бы в выжидательном положении. Не переходя в наступление, они всё же готовились, как могли, на случай перерастания забастовки в вооружённое восстание. Происходили митинги, а также демонстрации с целью прекращения работы на действовавших фабриках и заводах или закрытия магазинов и винных лавок. Одновременно рабочие ковали холодное оружие — пики, кинжалы, шашки и т.д.
Следуя призыву Московского совета, рабочие старались привлечь на свою сторону солдат, присланных для их усмирения. При всяком удобном случае рабочие вступали в переговоры с солдатами, распространяя революционное настроение в войсках. В статье «Уроки московского восстания», высоко оценивая факты успешной борьбы рабочих за армию, Ленин писал: «Московский пролетариат дал нам в декабрьские дни великолепные уроки идейной «обработки» войска»4.
Московским военным властям пришлось вести отчаянную борьбу за «неблагонадёжный» московский гарнизон. «Правительство удерживало колеблющихся, — писал Ленин в той же статье, — самыми разнообразными, самыми отчаянными мерами: их убеждали, им льстили, их подкупали, раздавая часы, деньги и т.п., их спаивали водкой, их обманывали, их запугивали, их запирали в казармы, их обезоруживали, от них выхватывали предательством и насилием солдат, предполагаемых наиболее ненадёжными. И надо иметь мужество прямо и открыто признать, что мы оказались в этом отношении позади правительства. Мы не сумели использовать имевшихся у нас сил для такой же активной, смелой, предприимчивой и наступательной борьбы за колеблющееся войско, которую повело и провело правительство»5.
«В момент восстания мы были не на высоте задачи в борьбе за колеблющееся войско»6.
Несмотря на наличие положительных результатов большевистской работы в отдельных частях войск, эти слова Ленина целиком относятся к руководившей восстанием московской организации партии большевиков и Совету рабочих депутатов, которые не овладели ещё «искусством восстания». Им приходилось обучаться этому искусству в процессе борьбы.
В районах забастовкой, митингами и демонстрациями руководили районные комитеты большевиков и районные советы рабочих депутатов. Они пользовались большим влиянием и азторитетом в массах. Депутаты районных советов выступали на митингах как признанные руководители. Решениями районных советов руководствовались в действии.

--------
1 «Известия» №3.
2 Московское областное архивное управление, ф, московского генерал-губернатора, д. №1540. 1905 г., л. 8.
3 Там же, л. 10.
4 Ленин. Соч. Т. X, стр. 51.
5 Там же, стр. 50.
6 Там же, стр. 51.

Районные советы нередко были местными штабами, разрабатывавшими планы революционных действий. Они превращались в органы, предвосхитившие ревкомы октябрьских дней 1917 года.
Районные советы принимали меры против возможной деморализации в рядах рабочей массы. Они закрывали винные лавки и пивные. Собрание депутатов Лефортовского совета обратилось 11 декабря ко всем рабочим с воззванием, в котором предлагало водки не пить, никаких насилий и разгромов не производить и забастовку кончать только по постановлению Совета. «Иначе даром пропадут все ваши усилия, и снова настанет прежняя тяжёлая, проклятая жизнь. Не унывайте и боритесь до конца! Да здравствует свобода! Да здравствует Всенародное Учредительное Собрание!»1.
9 декабря Замоскворецкий совет рабочих депутатов среди других решений постановил: 1) истребовать от Думы низложить (сложить? — С. Ч.) свои полномочия и предоставить свои капиталы в распоряжение Совета рабочих депутатов; 2) закрыть черносотенные чайные Уралова и пр.; 3) в случае крайней необходимости организовать захват крупных продовольственных магазинов2.
На заседании Бутырского совета рабочих депутатов 10 декабря обсуждалось предложение одного депутата машиностроительного завода отлить медные пушки. Предложение было отвергнуто как невыполнимое.
11-го числа состоялось собрание Замоскворецкого совета рабочих депутатов. «Были прочитаны и единогласно приняты директивы Федеративного совета РСДРП. На военное время избрана исполнительная комиссия для руководства движением в районе: в неё, кроме одиннадцати депутатов, входят и по два представителя от партий»3.
В первые дни, когда ещё не была порвана связь центра с районами, забастовка протекала под руководством Исполнительного комитета Московского совета. Авторитет его в районах был бесспорен. Директивы его были обязательны. Это наглядно видно из сопоставления решений Исполнительного комитета Московского совета и решений районных советов за дни 7, 8 и 9 декабря.
«Исполнительный Комитет Московского Совета Рабочих Депутатов в своём заседании 7 декабря постановил:
1) 8-го числа утром снять с работы фабрики, не присоединившиеся 7-го числа к всеобщей забастовке. 2) Каждое утро должны устраиваться заводские собрания, либо в особых помещениях, либо на самой фабрике, для выяснения положения дел. 3) Ежедневно должны собираться районные собрания Московского Совета Рабочих Депутатов, на которых передаются к исполнению постановления Исполнительного Комитета Московского Совета Рабочих Депутатов. 4) Ежедневно должны устраиваться общие митинги — 5) «Известия МСРД» должны выходить ежедневно. 6) Для охраны имущества, сторожа на заводах и фабриках должны оставаться на своих постах, над ними устанавливается контроль из рабочих. МСР Депутатов организует на дальнейшие дни забастовки собственные кадры для защиты имущества от воров и громил. 7) Вследствие заявления от хозяев чайных лавок, постановлено чайные лавки (без продажи крепких напитков) к открытию разрешить, при услозии свободного устройства в них собраний. 8) Потребительские лавки, в коих рабочие артели забирают товары, к открытию разрешить, при условии отпуска рабочим в кредит. 9) Рабочие приостанавливают на время забастовки уплату денег за квартиры.

--------
1 «Известия» №6.
2 «Иззестия» №5.
3 «Известия» №6.

Предварительно районные собрания МСРД вырабатывают общий план для более широкого осуществления данного постановления. 10) При остановке парового отопления на фабриках должны обращать внимание, чтобы не вносить нарушения в отопление всех жилищ и кухонь рабочих»1.
«На заседании 8 декабря Исполнительный Комитет Московского Совета Рабочих Депутатов постановил:
1) Продолжать увеличивать и укреплять районные Советы депутатов и стараться созывать их ежедневно, устраивать митинги на фабриках в заводах и усиленно готовиться к вооружённому восстанию; по окончании митингов обходить-с флагом и пением свой район, закрывать фабрики, заводы, магазины и лавки, которые продолжают работать. 2) При появлении войск стараться вступить с солдатами в разговоры и действовать на них товарищеским словом, заготовлять флаги с обращением к солдатам. Открытого столкновения стараться пока избегать и давать вооружённый отпор при особенно вызывающем поведении войск. 3) Ввиду того, что целый ряд магазинов, лавок (в частности мелочных) спрашивают у Совета депутатов разрешения на право торговли, районные собрания депутатов должны определить — открытие каких из них является нужным. Согласно их постановлению Исполнительный комитет выдаёт разрешение при условии продажи продуктов но особым ценам и открытия кредита для бастующих рабочих. 4) Принимая во внимание заявления инженеров и рабочих-депутатов газового завода, подтверждённое рабочим правлением городских служащих и корпораций средних техников, что .полная забастовка газового завода поведёт к взрывам и порче газовой сети до лета 1906 года, — допускать работу на этом заводе в минимальном размере, для чего оставить мастеров Базурина и Богатого и одного техника по сети. Вместе с тем, для приостановки уличного освещения, предложить окончить (прекратить? — С. Ч.) работу по зажиганию газовых фонарей. 5) Разрешить работу по канализации»2.
Как эти постановления претворялись в жизнь, можно видеть из решений районных советов, Так, на заседаниях Хамовкическэго Совета рабочих депутатов от 8 декабря, на котором присутствовала 78 депутатов, было решено: «1) Безусловно закрыть: а) лавки и магазины, торгующие предметами не первой необходимости, б) трактиры с продажей спиртных напитков, в) трактиры черносотенные. Лавки же, торгующие предметами первой необходимости, открыть при условии, что они откроют кредит бедному люду, не повышая цены; 2) принять все меры к немедленному устройству митингов на фабриках и заводах, а проведение в жизнь этих постановлений поручить соответствующим делегатам; 3) просить Исполнительный комитет Совета РД выяснить вопрос о приостановке паровых отоплений; 4) проведение в жизнь постановлений и контроль над проведением поручить вновь организованным бюро».
Таким образом, пока центр Москвы не был отрезан от районов, между ними происходила непрерывная связь. Московский совет превращался в орган революционной власти в городе. Его решения распространялись на многие стороны городской жизни. Районные советы были опорой Московского совета и зародышем революционной власти на местах.
Руководители движения сознавали, что забастовка неизбежно выльется в вооружённое восстание, но, тем не менее, старались этот момент отдалить, полагая выиграть время и путём агитации возлечь в движение как можно более широкие массы для увеличения вооружённых сил революции. Поэтому в первые дни забастовки руководители в гораздо большей степени занимались организацией митингов, чем вооружённым восстанием. Такая неправильная тактика «оттяжки» ставила руководство восстанием в оборонительное положение и давала возможность противнику взять инициативу в свои руки.

--------
1 «Известия» №2.
2 «Известия» №3

Руководители движения не усвоили… «положения Маркса, писавшего, что восстание есть искусство и что главное правило этого искусства — отчаянно-смелое, бесповоротно-решительное наступление»1. Эту тактику «выжидания» следует признать грубейшей ошибкой, ослабившей силы восставших.
Но ход событий разрушал все планы руководящих организаций. Если революционные организации не хотели форсировать событий, то царское правительство вовсе не собиралось выжидать и уступать инициативу революционерам. Правительство начало с того, что попыталось обезглавить движение.
7 декабря, в первый день забастовки, московские власти арестовали Федеративный комитет, в который от Московского комитета большевиков входили Виргилий Леонтьевич Шанцер (Марат) и Михаил Иванович Васильев-Южин. Арест видного партийного руководителя В.Л. Шанцера был большим ударом по Московскому комитету. Однако остальной состав Московского комитета большевиков и Московского совета остался в неприкосновенности.
Московская полиция ослабила движение арестами рабочих-активистов в районах. Однако некоторым из них удалось избежать ареста.
Но это были лишь предварительные агрессивные шаги противника, взявшего инициативу в свои руки. На второй день забастовки, 8 декабря, царские власти приступили к более решительным действиям: впервые после издания манифеста 17 октября был арестован рабочий митинг, созванный революционными организациями в саду «Аквариум». Однако подавляющему большинству участников этого митинга, в том числе многим дружинникам, удалось выбраться из сада и избежать ареста. Многие из них в последующие дни играли крупную роль в восстании (например тов. Седой на Пресне). Из 5 тыс. участников митинга были арестованы только 37 человек2.
В последующие дни, освоившись с положением, московские власти стали на путь кровавого подавления революции. Решив исправить ошибку, допущенную накануне в «Аквариуме», в ночь на 10 декабря они произвели вооружённый разгром дома Фидлера3.
Ещё до «дела Фидлера» начались вооружённые выступления рабочих; они вызывались большей частью нападением на рабочих со стороны драгунских и казачьих отрядов. Но эти выступления носили ещё случайный характер. Исполнительный комитет Совета рабочих депутатов ещё надеялся подействовать на войско добрым словом и в своём постановлении от 3 декабря рекомендовал «открытого столкновения стараться пока (разрядка моя. — С. Ч.) избегать и давать вооружённый отпор только при особенно вызывающем поведении войска».
Развернувшаяся вооружённая борьба и расстрел войсками дома Фидлера были прологом московского вооружённого восстания. После этого «дела» уже не могло 'быть отступления ни с одной стороны. Правительство этим актом показало, что оно решило отказаться от колебаний и полумер. Мирная забастовка окончилась. Наступило время вооружённой борьбы. В ночь на 10 декабря на своём последнем, перед арестом, заседании Федеративный совет постановил начать баррикадную борьбу.
Так, обе борющиеся стороны буквально в один и тот же час провозгласили с одной стороны вооружённое восстание, с другой — решительное подавление его.
Если вечером 9 декабря баррикады строились случайно, с целью обороны от кавалерии, то 10 декабря и в последующие дни они уже строились как средство наступления, в направлении от периферии к центру.

--------
1 Ленин. Соч. Т. X, стр. 51.
2 «Жизнь» от 10 — декабря.
3 Дом Фидлера, где помещалось реальнее училище, играл большую роль я революции 1905 годэ. Это было, можно сказать, военное министерство московской революции 1905 года. Здесь был штаб боевых дружин, где достигалось единство действий, здесь происходило и обучение дружинников, это был склад оружия. Для перехода к решительному наступлению московские власти и наметили дом Фидлера.

Постепенно баррикады стали охватывать Садовое кольцо, чтобы создать плацдарм для наступления на центр Москвы и отрезать правительственный центр от районов, где были расположены казармы. Кольцо Садовой улицы, как пограничная линия между окраинами и центром, стало основным рубежом обороны, за овладение которым шла упорная и ожесточённая борьба. По сути дела, это была борьба за стратегическую позицию. Революционеры хотели продвинуться к центру от кольца Садовой, правительственные войска получили задание выбить их из-занятых позиций и оттеснить к окраинам1.
При всём героизме защитников баррикад, к 16 декабря соотношение сил резко изменилось. 15 декабря из Петербурга прибыл Семёновский полк, а затем из Варшавского округа — Ладожский. Получив подкрепления, московские власти принялись за выполнение той задачи, которую они себе ставили в начале восстания, — оттеснить восставших от центра к окраинам, — нэ которую выполнить не могли по недостатку сил. Семе-, новцы сейчас же по выходе из вагонов Николаевской дороги заняли вокзалы и отрезали районы от центра. Тем самым восстание в центре Москвы обрекалось на поражение и 16 декабря было подавлено. Всё, что осталось активного, отступило на окраины, главным образом на Пресню, которая ещё геройски держалась; разоружилась лишь небольшая часть дружинников2.

***

Восстание на Пресне происходило ещё в течение четырёх дней.
Связь окраин с центром до прибытия семёновцев не прерывалась — районные дружины подкрепляли центр, и наоборот. Баррикадная борьба и партизанские выступления дружинников происходили повсюду. Но активность правительственных войск в отдалённых от центра районах была слабой: всё внимание^ московских властей приковали к себе центр и районы, ближайшие к нему.
Крупные размеры приняло восстание в Симоновской слободе, Замоскворечье и особенно на Пресне.
«Законные» власти в Симоновской слободе исчезли, и управление районом перешло к рабочему совету, в котором преобладали большевики. Полиция вся разбежалась, и охрану порядка и безопасности взял на себя совет. Вместо городовых были организованы патрули, вооружённые пиками. Симоновцы во главе с рабочими завода «Динамо» выдерживали целые бои с драгунами и полицией. Была установлена крепкая связь с Крутицкими казармами: делегаты от солдат входили в совет.
Но эта «республика» была отрезана от остальной Москвы. О том, что в Замоскворечье и в городе происходит борьба, симоновцы знали только по доносившейся оттуда пушечной пальбе. После разгрома «Симоновки» дружинники и наиболее активные рабочие прорвались на Пресню.
Наибольшую деятельность проявляла Пресня. Её борцы отличались особенной энергией и стойкостью. Правительственные войска многократно, но безуспешно пытались проникнуть на Пресню. Всякий раз им приходилось ни с чем возвращаться на Кудринскую площадь.
Расположение Пресни способствовало тому, что было очень легко забаррикадироваться и изолироваться от внешнего мира3. Но поэтому же, как мы увидим ниже, легко было и правительству запереть Пресню со всех сторон и отрезать все пути отступления после поражения восстания.

--------
1 Дело №334-951. УВИ. Архив. Рапорт генерал-квартирмейстера Шейдема»а военному министру за 10 декабря.
2 В этой статье, разумеется, «е место излагать подробности вооружённой борьбы а Москве, которая сама по себе представляет огромный интерес и является самостоятельной темой исторического исследования. (Примечание редакции.)
3 Если посмотреть на карту Москвы, то будет ясно, почему Пресне легко было укрепиться и изолироваться: с остальными частями Москвы Пресня соединяется при помощи узких улиц и переулков; с востока узкой, — как горлышко бутылки, Кудринской улицей — с Кудринской площадью; с юга рядом узких переулков — со Смоленским рынком и Хамовническим — районом; с северовостока рядом узких перэулков и узкой Большой Грузинской улицей — с Тверской улицей и Миусской площадью и, наконец, с запада Пресня соединяется с Ходынкой.

Главными причинами наибольшей стойкости Пресни следует считать, во-первых, тот факт, что над всей Пресней господствовала Пресненская крепость — Прохоровская фабрика, — которая была главным и укреплённым штабом восставших. Во-вторых, при благоприятном стратегическом расположении Пресни там оказалось довольно много вооружённых сил (гораздо больше чем в центре с его широкими улицами), сосредоточенных в таких укреплённых пунктах, как мебельная фабрика Шмидта, сахарный завод или фабрика Мамонтова. В-третьих, и это было самое важное, Пресня была единственным местом, где осуществлялось военное руководство восстанием. Во главе вооружённых сил стоял посланный туда Московским комитетом партии большевиков тов. Седой.
Восстание на Пресне началось 10 декабря. В этот день, в 3 часа дня, на митинге на Прохоровской фабрике по предложению депутатов районного совета, получивших директивы из центра, было решено приступить к постройке баррикад. К. 5-6 часам вся Пресня уже была покрыта баррикадами. К вечеру Пресня приняла военный вид. По улицам патрулировали члены боевых дружин, на ночь устанавливали пароль. Проходивших без пароля отправляли на кухню Прохоровской фабрики, служившую главным штабом восстания.
Укрепившись, Пресня стала «независимой республикой», где власть находилась в руках .рабочих. Эта отрезанная от мира пресненская республика производила своеобразное впечатление. Окружённая скромными деревянными баррикадами, она являлась последним оплотом восстания. Управлял ею Совет с участием представителей партий, причём от МК туда входил тов. «Леший» (Доссер). Вооружёнными силами командовал тов. Седой, ранее широко известный рабочей Москве лишь как агитатор. Это командование он разделял с «Медведем», представителем эсеров.
Этот совет был организован 11 декабря в составе 2 членов от районного совета рабочих депутатов, 1 от большевиков, 1 от меньшевиков и 1 от социал-революционеров. Совет был политическим руководителем движения и штабом восстания.
Полиция бежала из этой «рабочей республики». 14 декабря приставы 1, 2 и 3-го участков Пресненской части — Шестаков, кн. Вадбольский и Шокотко — телеграфно доносят градоначальнику: «Пресненский район представляет рассадник мятежа; на улицах устраиваются баррикады, у перекрёстков улиц боевыми дружинами обыскиваются прохожие, у чинов полиции и воинских отбиралось оружие. На фабриках устраиваются ежедневно собрания. Всё, за неимением необходимого наряда войск, остаётся безнаказанным. Рабочие фабрик: Прохоровской, Шмидта, Мамонтова, Грачёва и др, вооружены и грозят поголовным истреблением полиции, квартиры которых, не исключая городовых, со всем имуществом остались в руках мятежников, ожидающих возвращения хозяев. Издаваемые обязательные постановления остаются неопубликованными, так как к этому встречается вооружённое сопротивление. Без немедленного очищения района от боевых дружин при посредстве усиленного наряда войск обслуживание является невозможным».
12 декабря боевая дружина без всякого сопротивления вошла в полицейский участок на Пресне, где были пристав, околоточный и городовые, обезоружила их, причём пристав отдал револьвер и исчез.
В «республике» на Пресне были своя милиция (патрули), следившая за порядком, свой суд, своя тюрьма. Было довольно много задержанных и арестованных подозрительных личностей — переодетых полицейских, агентов охранки. Иногда сами обыватели приводили некоторых лиц с заявлением, что они поджигали или разбирали баррикады. Их держали до конца восстания и затем выпустили на свободу. Революционеры обнаружили слишком много гуманности в ущерб собственным интересам: эти переодетые полицейские и шпики впоследствии были главными свидетелями в процессах по делам пресненцев.
Пресня, окружённая баррикадами, жила своеобразной жизнью. В то время когда по всей Москве шли обыски и аресты, на партийные явки и собрания приходилось в буквальном смысле слова пробираться, всячески избегая встреч с патрулями, и на улицах царила гнетущая напряжённость, — на Пресне была иная картина: «…вот Торбатый мост; мимо ушей свистят пули, ещё несколько шагов, и в переулках Пресни чувствуешь себя в полной безопасности от сыска. Улицы сравнительно оживлены, у всех ворот дежурные от жильцов, и везде кучки рабочих и боевиков, оживлённо обсуждающих последние события дня. Настроение необычайной общности интересов и готовность помочь друг другу, личные интересы отступают на задний план…»1.
Была организована своя санитарная служба, в которой принимали участие главным образом женщины-работницы. Они делали перевязки раненым дружинникам.
Были свои финансы и продовольственное дело. На митингах собирали пожертвования; они поступали деньгами, пещами и провизией; был кассир. На эти деньги содержались дружины, устраивались для них обеды.
Укреплённой цитаделью революционной пресненской власти была Прохоровская фабрика. Стоявшие на часах дружинники выпускали из неё только по записке депутатов2.
К совету и его депутатам рабочие и обыватели относились как к власти. Рабочие перестали признавать власть хозяев предприятий.
Обыватели быстро привыкли к новому «начальству». Особенно популярными в глазах населения сделались депутаты совета. К ним обращались с жалобами даже по семейным делам. Слово депутата было решающим. Большинство жалоб и просьб имело деловой характер. Также обращались в совет и окрестные крестьяне.
В общем, освободившись от полиции, население Пресни легко вздохнуло, порядок же достаточно хорошо охранялся дружинниками. Пока Пресней владели революционеры, не было ни краж, ни грабежей. Население помогало дружинникам, само устраивало охрану домов и улиц, устанавливало пароли и наблюдало за порядком.
Революционеры Пресни за всё время их власти предали казни только двух человек — начальника московской сыскной полиции Войлошникова и околоточного надзирателя Сахарова3.

***

Опыт Пресни явился яркой иллюстрацией к учению Ленина о советах 1905 г. как об органах восстания и зародыше революционной власти. Хотя и кратковременный, этот опыт показал, что советы, руководя восстанием, в процессе самой борьбы берут в свои руки неё функции власти и осуществляют её при поддержке всего демократического населения.

--------
1 Сб. «Красная Пресня в 1905-17 гг.», стр. 28. М. 1930.
2 Некоторое представление о внутренней жизни боевого штаба на прохоровской кухне длют показания нескольких солдат правительственных войск, попавших в ттлен и успевших бежать. См. «Декабрьское восстание в Москве 1905 г.». Статья В. Сторожева, стр. 114-118.
3 Первый был арестован на улице 15 декабря и приведён на Прохоровскую фабрику. На квартире у него был произведён обыск и конфискованы 600 руб, казённых денег и фотографические карточки поднадзорных. Приговорённый к смертной казни, он после прощания с семьёй, был расстрелян. Околоточный надзиратель Сахаров был дла всех ненавистной фигурой. Он был арестован переодетым в штатское ллатье. «Событие это с невероятной быстротой стало известно по всей фабрике. Все интересовались, какой будет вынесен ему приговор. У всех был один ответ: убить его… Из рабочих никто не мог пройти мимо его комнаты спокойно; приходилось даже их удерживать; видно было, что он им всем порядком насолил. Многие рабочие, сжимая кулаки, говорили, что если его освободят живым, то они сами его убьют. Только известие, что расстрелянный труп его лежит на Москва-реке успокоило всех». Москва в декабре 1905 г.», стр. 108. М. 1906.

Вместе с тем на опыте Пресни, как и других местностей России, где рабочим удалось в революцию 1905 г. захватить власть (как, например, «Новороссийская республика», «Красноярская республика» и др.), было доказано, что советы вполне способны ввести строгий революционный порядок и приступить к творческой государственной деятельности.
Однако, когда мы говорили, что Пресня была «укреплённым лагерем», «крепостью», «независимой республикой», то это надо понимать с некоторым ограничением. В действительности неприятель довольно легко проникал в эту «республику». Вся жизнь Пресни, от начала восстания до его конца, полна непрерывными стычками с царскими отрядами и агентами.
Боевые настроения у пресненцев начинают падать лишь с 15 декабря, когда стали доходить вести, что в городе восстание подавлено.
16 декабря утром рабочие-очевидцы принесли сообщение, что рабочие фабрики Цинделя (в Замоскворечье) стали на работу. Это сообщение подействовало угнетающе на рабочих. Начались колебания, встал вопрос о ликвидации забастовки и на Пресне. Эти колебания стали усиливаться, когда артиллерия начала учащённо обстреливать Прозоровскую фабрику с Кудринской площади. В тот же день было замечено, что Пресня окружается со всех сторон: со стороны Дорогомилова пехотой занят Брянский вокзал, со стороны Пресненской заставы появились конные разъезды. В руководящем центре Пресни тогда же стало известно, что из Петербурга и Варшавы прибыли в Москву для усмирения войска.
Вечером этого же дня на кухне Прохоровской фабрики было созвано собрание районного совета рабочих депутатов для обсуждения вопроса о прекращении забастовки. Часть депутатов высказывалась за продолжение забастовки, большинство было за прекращение. Постановили забастовку прекратить в понедельник 19 декабря, а вооружённую борьбу — в воскресенье вечером. Затем состоялось заседание военного совета вместе с начальниками дружин. На этом совещании ^также большинством голосов постановили прекратить вооружённую борьбу лишь в воскресенье вечером.
Однако, решению совета рабочих депутатов и военного совета не суждено было сбыться. В ночь на 17 декабря Пресня была обложена со всех сторон, и к 5 часам утра 17 декабря окружение было закончено. В 7 часов начались военные действия. Семёновский полк перешёл в наступление со стороны Малой Грузинской улицы. 17 декабря к 12 часам дня дружины, выбитые артиллерией со своих позиций, принуждены были действовать раздельно. Около часа дня действующим отрядам дружинников было предложено сдать оружие в штаб, а самим пробираться к местам жительства. К утру 18-го числа Пресня была очищена от баррикад самими обывателями и отчасти войсками. Остался лишь район Прохоровской фабрики, откуда ещё отстреливались добровольцы и один отряд дружины, отказавшийся сдать оружие.
Для полного покорения Пресни даже после прибытия Семёновского и Ладожского полков, понадобилось 6 дней: 16-21 декабря. Несмотря на подавляющее превосходство правительственных сил пресненцы, руководимые большевиками и районным советом, без боя не сдались. Наиболеэ активные дружинники встретили проникшие на Пресню воинские отряды стрельбой из домов. Кое-где были заложены фугасы. И только в самый последний момент, когда стали очевидными безнадёжность и бесцельность дальнейшего сопротивления, руководство и большинство дружинников оставили Пресню.
Правительство рассчитывало добиться и морально-политической победы на Пресне. Дубасов старался изо всех сил заставить прохоровских рабочих под страхом суровой расправы изъявить покорность, выдать «главарей» восстания, «присоединиться к войскам и действовать заодно с ними». Однако из этих попыток ничего не вышло. Пресненские рабочие были далеки от того, чтобы изъявить покорность перед злейшими врагами народа и действовать с ними заодно. Не добившись морально-политической победы на Пресне, «победители» приступили к жесточайшей расправе.

***

Каково же было соотношение вооружённых сил революции и царского правительства?
В декабре 1905 г. в Москве ходили фантастические слухи о вооружённых силах революции. В правительственных кругах исчисляли количество дружинников многими тысячами. В действительности численность вооружённых сил революции была настолько скромна, что можно только удивляться тому необычайному героизму и беззаветной храбрости, с которыми такая небольшая и плохо вооружённая кучка люден могла столь долго выдерживать бои с правительственными войсками.
Вооружённый народ был организован в дружины. Состав дружин был не однороден. Большевистских дружин было всего 9-10, по числу районов; все они насчитывали свыше 500 вооружённых человек. Самой сильной, многочисленной и хорошо вооружённой дружиной у большевиков была дружина Железнодорожного района московской организации, состоявшая из 40 человек.
Московская группа РСДРП меньшевиков располагала 200 дружинниками и примыкавшими к ним 50 дружинниками-типографщиками.
Московская организация партии социал-революционеров имела хорошо вооружённую дружину в 250-300 человек.
Кроме партийных дружин было много «автономных», состоявших главным образом из студентов московских высших учебных заведений. Для борьбы с черносотенцами в октябре возникла и просуществовала до конца восстания «Вольная районная дружина», насчитывавшая до 500 интеллигентов из лиц свободных профессий. К ней примыкали Грузинская дружина из 24 человек, вооружённых маузерами, и К-ская1 дружина из 60 типографских рабочих, дружина служащих разных железных дорог общей численностью в 75 чел, и другие, более мелкие.
Кроме «Вольной районной дружины» были ещё дружины: железнодорожных рабочих — 200 чел., типографских рабочих — 200 чел., служащих в молочных — 200 чел, и еврейская дружина — 20 человек.
Общее число вооружённых дружинников, входивших в партийные и «автономные» дружины, определяется в 2500 человек. Но если принять во внимание, что доброкачественным оружием (браунингами и маузерами) была вооружена половина из них, то боеспособным составом надо считать половину — 1250. Считая же и невооружённых участников, общее количество восставших было значительно больше.

--------
1 (Расшифровать не удалось. — С. Ч.). «Москва в декабре 1905 г.», стр. 164-

Определяя общую численность восставших московских рабочих, Ленин говорил: «Небольшая кучка восставших, именно организованных и вооружённых рабочих — их было не больше восьми тысяч — оказывали в течение 9 дней сопротивление царскому правительству, которое не могло доверять московскому гарнизону, а, напротив, должно было держать его взаперти, и только благодари прибытию Семёновского полка из Петербурга было в состоянии подавить восстание»1.
Координирование действии всех дружин осуществлялось так называемым Коалиционным советом дружин. Входящие в него части сохраняли свою организационную самостоятельность.
Коалиционный совет состоял из представителей Московского комитета (большевиков), Московской группы (меньшевиков), Московского комитета партии социал-революционеров, от центрального университетского органа, от «Вольной районной дружины», «Университетской», «Типографской» и «Кавказской» дружин2. Задачей Коалиционного совета было не командование вооружёнными силами (до этого единства ещё не дошли), а согласование, достижение возможного единства в каждом отельном случае. Но когда дело дошло до решительного боя, Коалиционный совет показал себя как конгломерат самых различных и противоположных элементов. Пока дело шло об обороне против черносотенной реакции, получалось какое-то единство (для этой обороны многие дружины и создавались), а когда был серьёзно поставлен вопрос о наступлении, весь Коалиционный совет распался, а некоторые входящие в него дружины самораспустились.
Последнее заседание Коалиционного совета, 10 декабря, показало полную оторванность его от боевых дружин, которые уже действовали помимо Коалиционного совета па улицах Москвы. Таким образом Коалиционный совет распался на свои составные части. Каждая дружина выступала самостоятельно. Единство действий дружин ещё достигалось в районах, где сохранялось как политическое, так в — известной мере и военное руководство восстанием в лице районных советов и районных комитетов партий.
Но единого штаба, единого командования, нужных для успеха восстания, не было.
В дни восстания у его руководителей не было достаточно точных данных о том, какими вооружёнными силами располагало правительство в Москве. Коалиционный совет дружины на своём последнем заседании 10 декабря определял количество пехоты московского гарнизона в 6 тыс. человек, полагая из них верными правительству 2 тыс. человек, т.е. число, едва достаточное для охраны арсеналов, складов, дворцов высшего начальства3.
Только теперь, когда открыты секретные архивы, представляется возможным произвести подсчёт правительственных сил, участвовавших в подавлении восстания.
В донесении генерал-лейтенанта Шейдемана московскому генерал-губернатору Дубасову указывается, что московский гарнизон с 7 по 10 декабря насчитывал вне казармы 1350 штыков.
В другом документе — «Перечень войсковых частей, участвовавших в подавлении вооружённого восстания в Москве в 1905 г.», — подписанном тем же Шейдеманом, значится, что только одной пехоты в московском гарнизоне было 7650 штыков.
Однако правительство действительно могло опираться для активных действий только на 1350 солдат. Остальные солдаты были обезоружены своим начальством и заперты в казармах. Правительство не было в них уверено и справедливо опасалось, что, участвуя в подавлении восстания, они перейдут на сторону восставших.
Тот факт, что две трети московского гарнизона были обезоружены и заперты в казармы, являлся несомненной заслугой московской организации, добившейся своей работой нейтрализации большинства гарнизона.

--------
1 Ленин. Соч. Т. XIX, стр. 35
2 «Москвл в декабре 1905 г», стр. 167.
3 Там же, стр. 173.

Однако основная задача руководителей восстания, заключавшаяся в том, чтобы привлечь войска на сторону революции, выполнена не была.
Уже 7 декабря Дубасов вынужден был телеграфировать командующему петербургским военным округом, великому князю Николаю Николаевичу, о совершенной недостаточности для подавления мятежа войск московского гарнизона и «убедительно» просить немедленной присылки бригады пехоты из Петербурга, «признавая положение очень серьёзным»1. Растерявшееся правительство долго не хотело отпустить войска из Петербурга. Только после вторичного настоятельного обращения Дубасова через графа Витте и благодаря его ходатайству перец царём2 последний решился на отправку подкрепления в Москву.
До прибытия полков силы правительства в Москве были настолько слабы, а уверенности у Дубасова в помощи Петербурга было так мало, что генерал-губернатор решил организовать в придачу к полиции черносотенные добровольческие дружины. Однако к их помощи прибегнуть не пришлось, так как 15 декабря прибыли Семёновский (16 рот) и Ладожский (8 рот) полки. Только тогда вооружённые силы правительства оказались достаточными для подавления восстания. Эти 1200 отборных свежих штыков решили исход борьбы — они без особого труда разбили остатки уставших дружин. Но Петербург трепетал без верных царю семё-ковцев. 15 декабря полк прибыл в Москву, а уже 17-го великий князь Николай Николаевич просил Дубасова: «…л-гв. Семёновский полк не задерживать более и вернуть его обратно в Петербург вместе с частями артиллерии и конницы, командированными в Москву»3. Однако Дубасов ещё раз сообщает Петербургу о том, что в его распоряжении имеется лишь 1350 штыков и что только с прибытием Семёновского и Ладожского полков удалось «перейти на всех пунктах в наступление», а «для того, чтобы мы опять не очутились в беспомощном положении, — доносил Дубасов, — я yceрдно прошу Ваше Императорское Высочество пока не отзывать присланные полки»4.
В свете этих данных о количестве вооружённых сил правительства становится понятным казавшийся в то время нелепым артиллерийский расстрел домов и улиц Москвы.
Соотношение вооружённых сил обеих сторон — революционного народа и правительства — в декабрьском вооружённом восстании было не слишком благоприятным для правительства.
При правильной организации восстания, точном учёте сил и умелом военном руководстве, в условиях колебания войска и всеобщего сочувствия революции московского населения, победа могла бы оказаться на стороне восставших.

***

Декабрьскому восстанию не удалось стать всероссийским и всенародным вооружённым натиском на самодержавие, на что рассчитывали московские большевики и Московский совет рабочих депутатов. Жизнь ^подтвердила правильность этих расчётов лишь отчасти. В ряде важнейших промышленных районов — в Московской области, на юге России, на Урале, в Поволжье, в Сибири, а также во многих национальных районах страны местные советы рабочих депутатов и большевистские организации по получении известий из Москвы принимали решения об объявлении всеобщей забастовки, а в некоторых местах призывали с оружием в руках поддержать московских рабочих. В широких рабочих массах эти призывы встречали горячее сочувствие. В декабрьское движение была вовлечена и часть армии, особенно возвращавшиеся с Дальнего Востока солдаты.

--------
1 ЦАОР, ф. Канцелярии московского генерал-губернатора. 1905 г., д. №1540. Т. II, л. 6.
2 Граф Г.. Ю. Витте. «Воспоминания». Т. II, стр. 140. М, и Л. 1923.
3 «Декабрьское восстание в Москве в 1905 г.», стр. 172-173.
4 Там же, стр. 173-174.

В разных частях страны стихийно волновалось крестьянство, возникали крестьянские бунты и восстания.
Но повсюду движение потерпело поражение, так как оно было разрознено, происходило разновременно и не имело единого направляющего и руководящего восстанием центра. «Декабрьское восстание, — писал товарищ Сталин в 1906 г., — было разрознено и неорганизовано. Петербург безмолвствовал. Тифлис и Кутаиси готовились к штурму, когда Москва была уже «покорена», Сибирь бралась за оружие, когда юг и латыши были побеждены, а это значит, что борющийся пролетариат встретил революцию раздробленным на группки, вследствие чего правительству было сравнительно легко нанести ему «поражение»1.
При этих условиях восставшие были обречены на поражение. Важнейшим обстоятельством, объясняющим неудачу восстания, было отсутствие «прочного союза рабочих и крестьян против царизма» и единства в рабочем движении. Там, где меньшевики пользовались влиянием, обманутый рабочий класс был обезоружен, дезорганизован. Так было в Сибири, на юге, в Польше, Закавказье, Прибалтике, Северозападном крае. Будучи противниками вооружённого восстания, так же как и революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства, меньшевики в ряде мест вынуждены были под напором масс призывать к восстанию и голосовать за него. Но это не значит, что меньшевики действительно участвовали в восстании. Если рядовые рабочие-меньшевики рука об руку с рабочими-большезиками с оружием в руках сражались с царскими войсками, то меньшевистские руководители в это время думали о том, как бы скорее прекратить забастовку и сорвать восстание, пытались вносить в массы демобилизационные настроения.
В самый разгар восстания в Москве меньшевики дважды, 13 и 15 декабря, пытались внести в Московский совет предложение о прекращении забастовки. Меньшевик Колокольников, который на заседании Московского совета 15 декабря собирался внести предложение о прекращении забастовки, был вынужден впоследствии признаться в своих воспоминаниях, что «на собрании было много сторонников продолжения борьбы», а потому он «отказался от внесения соответствующего предложения»2.
Единственная революционная партия пролетариата — партия большевиков — росла и крепла в борьбе, но она ещё не пользовалась безраздельным влиянием на рабочий класс. Это обстоятельство мешало достижению революционного единства в рабочем движении, а следовательно, всеобщему организованному вооружённому натиску на самодержавие.
Политическое значение декабрьского восстания, к оценке которого В.И. Ленин возвращается многократно в ряде своих статей вплоть до последних лет своей жизни, может быть сведено к следующим основным положениям:
1) Вооружённое восстание пролетариата в декабре было высшей формой движения, какую революция получила в 1905 году.
«От стачки и демонстраций к единичным баррикадам. От единичных баррикад к массовой постройке баррикад и к уличной борьбе с войском. Через голову организаций массовая пролетарская борьба перешла от стачки к восстанию… Движение поднято от всеобщей политической стачки на высшую ступень» 3.
2) Декабрьское восстание было первым шагом вооружённой борьбы пролетариата, «отстаивавшего свободу» от наседавшей реакции; за этим

--------
1 Цит. по книге Л. Берия «К вопросу об истории большевистских организаций в Закавказье», стр. 99.
2 Цит. по Васильеву-Южину. Указ, соч., стр. 110-111.
3 Ленин. Соч. Т. X, стр. 49.

шагом последует вооружённое восстание «революционного народа за власть, способную на деле осуществить свободу».
3) Вооружённое восстание в декабре было народным восстанием, в которое пролетариат «…втянул… массу таких слоёв городского населения, которые до сих пор считались политически равнодушными, если не реакционными»1. «Организации отстали от роста и размаха движения»2.
4) Московский пролетариат в декабре показал не только необходимость, но и возможность в современных условиях вооружённого восстания:
«Геройский пролетариат Москвы показал возможность активной борьбы»… (т.е. вооружённого восстания — С. Ч.)3. Современные условия уличного боя выдвинули новую «тактику партизанской войны», в которой исключительную роль играют «подвижные и чрезвычайно мелкие отряды: десятки, тройки, даже двойки4.
5) Одной из причин поражения декабрьского восстания являлась военно-техническая неподготовленность организаций к восстанию, неумение бороться «за колеблющееся войско» и оборонительная тактика. Для успеха восстания требуется не только политическая, но и его военно-техническая подготовка. Указывая на слова Маркса, что восстание есть искусство, Ленин говорил в связи с опытом Москвы: «Мы недостаточно учились сами и учили массы этому искусству, этому правилу наступления во что бы то ни стало».
Ленинская оценка декабрьского восстания вытекает из общей большевистской концепции буржуазно-демократической революции 1905 года. На буржуазно-демократическую революцию 1905 г. Ленин смотрел глазами пролетарского революционера. Для Ленина, и его партии она была лишь этапо м «а етути к пролетарской, социалистической революции. В то время как мелкобуржуазно настроенные меньшевики ставили в 1905 г. задачу вырвать у самодержавия политические права, Ленин ставил перед пролетариатом и крестьянством иные, более глубокие задачи.
Для партии большевиков речь шла о полной ликвидации самодержавия и его основной социальной базы — помещичьего землевладения, — о завоевании не политических прав, а политической власти. Победо-«осная буржуазно-демократическая революция должна была передать власть в руки пролетариата и крестьянства, завершиться революционно-демократической диктатурой пролетариата и крестьянства. Но для большевистской партии победа буржуазно-демократической революции, диктатура пролетариата и крестьянства, становилась лишь исходным пунктом перерастания буржуазно-демократической революции в пролетарскую, социалистическую.
Вот почему вооружённое восстание, имевшее целью свержение самодержавия и передачу власти пролетариату и крестьянству, ставилось большевиками как очередная, практическая задача.
«Без «исправления» и повторения на основании новых данных октябрьско-декабрьской стратегии, — пишет позднее Ленин, приспособляясь к языку подцензурной печати, — не бывать на Руси свободе»5.
Победа вооружённого восстания в 1905 г. дала бы в руки пролетариата незаменимое оружие для быстрейшего превращения буржуазной революции в начало пролетарской революции.

--------
1 Ленин. Соч. Т. IX, стр. 5.
2 Ленин. Соч. Т. X, стр. 48.
3 Ленин. Соч. Т. IX, стр. 5.
4 Ленин. Соч. Т. X, стп. 52.
5 Ленин. Соч. Т XII, стр. 37.

Вот почему гениальнейший вождь и стратег пролетарской революции В.И. Ленин с негодованием обрушивается на всех, кто пытался принизить политическое значение декабрьского восстания пролетариата и демократических слоёв народа.
Декабрьское «движение велико потому, что пролетариат показал здесь на опыте возможность завоевания власти демократическими массами, возможность республики в России, показал «как это делается», показал практический приступ масс к конкретному, выполнению этой задачи»1.
И вот почему, наконец, Ленин так часто проводил параллель между Парижской коммуной и декабрьским восстанием. В статье «Уроки Коммуны» (1908) Ленин писал: «Пусть оба эти грандиозные восстания рабо-чего класса (т.е. парижских коммунаров и московских рабочих в декабре 1905 г. — С. Ч.) подавлены — будет новое восстание, перед которым слабыми окажутся силы врагов пролетариата, из которого с полной победой выйдет социалистический пролетариат»2.
Это были пророческие слова. Очертания новой власти вырисовывались в советах, которые в ходе восстания в Москве и ряде других городов и даже деревень за короткое своё существование показали себя подлинной народной властью, пользовавшейся любовью и доверием широких трудящихся масс. В советах — этой новой форме власти — в 1905 году рождалась революционно-демократическая диктатура пролетариата и крестьянства.

--------
1 Ленин. Соч. Т. XIV, стр. 265-266.
2 Ленин. Соч. Т XII, стр. 164.