Багира

Пятница, 06 23rd

Последнее обновлениеПт, 23 Июнь 2017 3am

Пушкарский приказ в Московском государстве в 17-го века был главным артиллерийским и военно-инженерным управлением. Говорим «главным», так как частично заботы об артиллерии делили с ним Разряд и некоторые областные приказы, например Новгородская и Устюжская четверти (приказы), Казанский дворец, Сибирский приказ1.

Архив пушкарского приказа

Журнал: Вопросы истории №1, 1946 год
Рубрика: Сообщения, публикации, заметки
Автор: А. Лебедянская

Своими корнями Пушкарский приказ восходит к тому неизвестному нам артиллерийскому управлению, которое должно было возникнуть в Московском великом княжестве одновременно с принятием на вооружение «огненной стрельбы» и «армат». По следние появились у нас в конце 14-го столетия, по известиям летописи Голицынского списка, в 1389 году2. По известиям летописи других списков, москвичи имели «пушки» и «тюфяки» в 1382 г., при отражёнии очередного нашествия татар под предводи тельством Тохтамыша3.
Если «пушки» того времени Н.Е. Бранденбург склонен был считать метательными орудиями, то «тюфяки» были уже, без сомнения, огнестрельными4.
В 15-м веке русская артиллерия продолжала развиваться, и мы встречаем пушки не только у московского великого князя5, но и у галицкого6, в Пскове7, в Новгороде.
Сохранились указания о существовании «артиллерийского управления» и литейно-пушечного дела в 70-х годах XV века. Летописи сохранили известия о мастерах-иноземцах, занимавшихся пушечным делом, главным образом итальянцах, выписанных московским правительством в период 1475-1505 годов. Есть указание на существование «пушечной избы» в 1488 году8.
В ряде документов имеются сведения о русских мастерах пушечного дела конца XV в.: о «Якове» и его учениках «Ване и Пасюке», о некоем «Федьке пушечнико»9.
В собрании Артиллерийского исторического музея Красной Армии п Ленинграде наряду с древнейшими железными орудиями хранится и пищаль 1492 (1485) г. работы вышеназванного мастера Якова — старейший памятник русского литейного пушечного производства.
В XVI в. артиллерия занимает очень видное место в военном деле Московского государства. До нас дошли сведения о существовании в XVI в. пушечных и пороховых заводов, о мастерах, пушкарях, пищальни-ках, орудиях. Сохранились и самые памятники литейного искусства 10. «Пушкари» и шищальники» составляли определённую и, невидимому, первую по времени постоянную юинскую часть10.
В 1510 г. московское правительство, подчинив себе Псков, оставило там 500 пищальников 12, а в 1545 г. освободило их и пушкарей от порохового налога: «А с пушкарей и пищалников пишалного зелья имати государь князь великий не велел, потому что им быть самим на государеве службе»13.
Это решение свидетельствует о том, что артиллерийская, «пушкарская» служба к середине XVI в. считалась государственной («государевой») и, несомненно, регулировалась соответствующим учреждением, которое ведало и кадрами, и снарядом» и «зельем», и мастерами-специалистами.

--------
1 Котошихин Г. «Россия в царствование Алексея Михайловича». Гл. VII. «О приказах». 3-е изд. СПБ. 1884; Богоявленский С. «О Пушкарском приказе». «Сборник статей в честь М.К. Любавского», стр. 364, ел. Птргр 1917.
2 Карамзин Н. «История государства Российского». Т. V, стр. 119. СПБ. 1817.
3 Полное собрание русских летописей (ПСРЛ). Т. XI, стр. 75; т. XX, ч. 1-я, стр. 203; т. XXIV, стр. 151.
4 Бранденбург Н. «Исторический каталог С.-Петербургского артиллерийского музея». Ч. 1-я, стр. 45. СПБ. 1877.
5 ПСРЛ. Т. XII, стр. 76. 145!.
6 Там же, стр. 75. 1450.
7 Там же. Т. XII, стр. 140. 1471; т. IV, стр. 224. 1463,
8 Там же. Т. XII. 1475-1505.
9 Лебедянская А. «Очерки из истории пушечного производства в Московской Руси. Орнаментированные и подписные орудия конца XV — первой половины XVI столетий». «Сборник исследований и материалов Артиллерийского исторического музея Красной Армии». Т. I, стр. 62, сл. М, и Л. 1940.
10 Бранденбург Н. Указ, соч. Ч. 1-я: Струков Д. «Путеводитель по Артиллерийскому историческому музею». СПБ. 1912.
11 Обручев Н. «Обзор рукописных и печатных памятников, относящихся до истории военного искусства в России по 17i5 год», стр. 15-16. СПБ. 1853.
12 ПСРЛ. Т. IV, стр. 288.
13 «Акты Археографической экспедиции». Т. I. №205, стр. 184.
14 ПСРЛ. Т. XIII, XIX и др., особенно Казанский поход и ливонские войны Грозного; Курбский А. «История о великом князе московском». Соч. Т. I. СПБ. 1914; Герберштейн, Гейденштейн, Флетчер и др.

Из свидетельства современников, русских и иностранцев и, мы получаем очень ценные известия о состоянии артиллерийского дела в России в XVI веке. В Артиллерийском историческом музее находятся прекрасные орудия, исполненные у нас русскими и иностранными мастерами1.
Всё это требовало определённой организации. Следы такой организации «Пушечного приказа», предшественника «Пушкарского», мы имеем с 70-х годов XVI века. Остановимся на нескольких из них, наиболее ранних. В списке «бояр, окольничих и дворян, которые служат из выбора 85 года» (7085, т.е. в 1577 г.), названы два имени старших пушечного приказа; «В пушечном приказе князь Семён Коркодиков, Фёдор Пучко Молвянинов»2 — оба помечены: «с государем» (в походе).
Второе известие относится к 1581-1582 годам. «Повесть о прохождении литовского короля Степана (Стефана Батория) на великий и славный град Псков»3 называет нам имя «дьяка Пушечного приказа Терентия Лихачёва», бывшего на военном совете.
Третье известие относится к 1582 г и содержит ценнейшие сведения о селитренном деле, которым ведал «пушечный приказ». Грамотой от 29 октября 1582 г. Грозный разрешил Кнрнлло-белозерекому монастырю ставить селитренные варницы и приказал посылать всю вываренную селитру в «пушечный приказ»4.
Наконец, в «Расходной книге» казённого двора за 1581-1585 гг.5 упоминаются имена дьяков, московских пушкарей, кузнецов, зеленных мастеров и плотника, служивших в опушечном приказе». По «памятям» — служебным запискам — видно, что пушкари и «мастеровые люди» получали обычное годовое жалование — «сукно».
Упоминания в «Расходной книге» о «памятях» с именами служащих «пушечного приказа» и являются свидетельством существования архива приказа, который образовался из отложившейся переписки его с разными учреждениями и лицами. К сожалению, от архива «пушечного приказа» до нас почти ничего не дошло. Он находился в Кремле, в одном здании с другими приказами, и подвергался пожарам и всяким другим невзгодам военного зременп. В 1571 г. Кремль сильно пострадал при последнем нашествии татар, крымского хана Девлет-Гирея и во время борьбы русских с польскими интервентами, занявшими его в 1610 году. П.М. Строев считает возможным и сознательное уничтожение документов начала XVII в. правительством Михаила Романова6.
Наконец, то, чго уцелело от приказнык архивов, могло погибнуть от последующих пожарив Москвы 1026, 1737 и 1812 годов7.
Этим собственно, объясняется почти полное отсутствие документов из архивов московских приказов, в том числе и «пушечного», за XVI в и первые годы XVII века. «Пушечный приказ» в начале XVII в. был переименован в «Пушкарский приказ» и сделался тем главным артиллерийским и военпо-инженерным управлением, о деятельности которого мы знаем по остаткам документов из его архива, из архизов других приказов, а также по известиям современников.
От начала XVII в. (1610-1613 гг.) сохранилась безыменная «Записка о царском дворе, церковном чиноначалии, придворных чипах, приказах, войске, городах и пр.». В ней даётся краткая характеристика и Пушкарского — приказа: «Пушкарской приказ. Тут боярин да дьяк ведают весь наряд на Москве и по всем городам — пушки и пищали и порох и всякой бой вогненной»8.
В приведённой записи кратко, но выразительно указаны характер и объём деятельности Пушкарского приказа: всё, относящееся к артиллерии в Москве и во всех городах Московского государства, находилось в его ведении.
От середины XVII в. до нас дошла более подробная характеристика деятельности приказа, составленная московским чиновником, подьячим Посольского приказа Григорием Котоншхиным, об устройстве, нравах и обычаях Московского государства.
В главе VII своей книги Котошихин подробно описывает устройство центрального управления приказов, в том числе и Пушкарского приказа. Приведём это описание полностью: «О приказах…» 11. Пушкарской приказ, а в том Приказе сидит боярин да два дьяка. А ведомы в том Приказе пушечные дворы, Московские и городозые, и казна, и пушкари, и всякие пушечные запасы и зборы; а городы в том приказе ведомы неболшие и собирается денег в год с пол-3000 рублёв. А берут денги на строения и на заводы ис Приказу Больший казны. И будет пушкарей и затинщиков и мастеровых всяких людей с 600 человек на Москве, кроме городовых. А на строение пушечное медь привозят от Архангелского города и из Свейского государства, а иные пушки подряжаются делать Галанцы и Любленя и Амбурцы и привозят к Архангелскому городу. А для порохового строения учинены на Москве и в ыных местех дворы и мелницы, а мастеры у того дела бывают иных государств и руские люди, а работники руские ж люди»9.

--------
1 Бранденбург Н. Указ, соч. Ч. 1-я; Печёнкин II. «Описании орудий, находящихся у Глазного артиллерийского управления». СПБ. 1905.
2 «Акты Московского государства», Т. I, №26, стр. 39.
3 «Чтения в Обществе истории и древностей Российских при Московском университете», №7, IV, стр. 22. М. 1847.
4 «Акты» П.М. Строева. Т. I, последнее издание; «Русская историческая библиотека». Т. 32. СПБ. 1015, Х> 300; первое — в «Актах Археографической экспедиции». Т. I, Л1? 317, стр. 370-380.
5 Дополнение к «Актам историческим». Т. I, №131.
6 Барсуков Н, «Жизнь и труды П.М. Строева», стр. 221. СПБ. 1873.
7 Там же, стр. 221, 398. .
8 Акты исторические. Т. II, №355, стр. 424. СПБ. 1841.
9 Котошихин Г. «О России в царствование Алексея Михайловича». Гл. VII, стр. 119-120. 3-е изд. СПБ. 1884.

Приведённая характеристика приказа целиком подтверждается дошедшими до нас документами. Упоминает Котошпхин об артиллерии и косвенно о приказе и в следующей, VIII главе, названной им «О вдаде-телстве царсгп и государств, и земель, и городов, которые иод Российским царством лежат». Здесь он говорит о «городовой» и «монастырской» артиллерии, о «городовых» и «монастырских» пушкарях.
Из иностранцев, бывавших в России в XVII в., очень многие говорят о состоянии московской артиллерии. Пушкарском приказе и его деятельности. Некоторые подробности о его начальнике Петре Траханистове сообщает нам Олеарий1, дважды посетивший Москву (в 1632-1S35 и 1643 гг.), а Койэт2, говоря о приказе, называет его «De Cancelary van de Rijcks Artillerye», т.е. канцелярией государственной артиллерии.
Более полные сведения о деятельности Пушкарского приказа сохранились в его архиве, в отрывках документов, дошедших до нас.
Документы эти можно разделить па две большие группы. К первой группе относится переписка канцелярии приказа с подведомственными ему учреждениями — Пушечным двором, Гранатным двором, пороховыми мельницами и пр. Ко второй — переписка междуведомственная, с другими приказами, с местными воеводскими управлениями и с отдельными лицами. Кроме переписки приказ имел приходо-расходные книги, разные «росписки», чертежи и технические книги по артиллерийскому делу, иностранные и переведённые на русский языкя. Выполняя оборонные задачи государства, приказ вёл обширнейшую переписку со всеми приказами и воеводскими управлениями и должен был иметь колоссальный архив. В 1701 г. Пушкарский приказ был переименован в «Приказ артиллерии», и его архив перешёл в ведение последнего.
О судьбе архива «старых дел» пока ничего нельзя сказать. При разборе фондов дел XVIII столетия, хранящихся в архиве Артиллерийского исторического музея Красной Армии, несомненно, удастся выявить ценные сведения и об архиве Пушкарского приказа. Первые 20-30 лет XVIII в. дела XVII столетия, ещё являясь актуальными, имели служебное значение. В XVIII столетии архив «старых дел» Артиллерийского управления находился при каком-либо из его московских отделений, и можно предположить, что он никогда не вывозился из Москвы. В начале XIX столетия архив находился в здании московского арсенала, В 1812 г., перед уходом армии Наполеона из Москвы, Кремль и арсенал были взорваны, причём архив Пушкарского приказа почти целиком погиб.
До нас дошли записки очевидца о гибели московских архивов, которые и приводим целиком: «Достигнув Воскресенских ворот, я нашёл угловую башню близ Иверской часовни и прилегавшую к ней часть Арсенального здания, равно как и верхнюю часть Никольской башни до самой киоты образа св. Николая чудотворца, взорванными… Обходя Кремль с Моховой улицы, я увидал между взорванной угловой башней и Троицкими воротами с верхней части Кремлёвской стены текущую беловато-серую волнующуюся массу, которая в виде водопада с, необыкновенным шумом низвергалась в бывший в то время ров. По приближении моём к волнующейся массе оказалось, что воображаемый водопад был не что иное, как исписанная бумага, выброшенная неприятелями из разных кремлёвских архивов»4. В числе этих бумаг находились документы из архива Пушкарского приказа.
С 1820-х годов остатки архива Пушкарского приказа становятся достоянием русской исторической науки и являются главным и незаменимым документальным источником для истории русской артиллерии XVII столетия. Прекрасными иллюстрациями к этим документам являются многочисленные орудия того времени, находящиеся в собрании Артиллерийского исторического музея Красной Армии.
И. Гамель одним из первых среди русских учёных использовал остатки архива в езоём груде о Тульском оружейном заводе. Вместе с тем он сообщил ценные сведения о состоянии архива Пушкарского приказа в 20-х годах прошлого стопетия. «Старые бумаги, в Московском Кремлёвском Арсенале хранящиеся, между которыми находятся и столбцы прежнего Пушкарского приказа, были в 1812 г., при взорвании самого Арсенала, разбросаны и большею частью утрачены, — пишет он, — собранные же остальные положены в кладовую без малейшего порядка, так что я должен был пересмотреть бумаги сии по листочкам, дабы из сего хаоса извлечь то, что теперь в моей книге в связи и вкратце представлено»5.
В своё собрание старых актов6 И.X. Гамель включил большое число документов Пушкарского приказа.

--------
1 Олеарий А. «Описание путешествия в Московию и через Московию в Персию и обратно». Переа. А.М. Ловягина, стр. 264, сл» 281. СПБ. 1906.
2 Койэт «Посольство Кунрада фан Кленка к царям Алексею Михайловичу и Фёдору Алексеевичу», стр. 192, 492. Перев. А.М. Ловягина. СПБ. 1900.
3 Обручев Н. «Обзор рукописных и печатных памятников, относящихся до истории военного искусства в России по 1725 год». СПБ. 1853.
4 «Воспоминания очевидца о пребывании французов в Москве в 1812 г.», стр. 266 — 267. М. 1862. На экземпляре иззания Государственной публичной библиотеки в Ленинграде карандашом написано имя автора — «Доктор Рязанов».
5 Гамель И. «Описание Тульского оружейного завода в историческом и техническом отношении». Прелислояие, стр. Ш, прим. М. 1826.
6 Собрание находится в Ленинградском отделении Института истории Академии наук СССР (опись №175) я частично в архиве Артиллерийского исторического музея Красной Армии (фонд №1).

После публикации документов Пушкарского приказа Гамелем в Московском депо приняты были меры к разбору «старых бумаг». К сожалению, порядка большого не было нэпедено, как об этом в 1832 г. сообщил известный русский археограф П.М. Строев. Последний спас остатки архива Пушкарского приказа для русской науки во время своей «археографической экспедиции» (1829-1834). Весной 1832 г. П.М. Строевым были найдены в московском арсенале эти драгоценные остатки.
Вот как он описывает в своём письме от 15 апреля 1832 г. Н.П. Фусу, секретарю Академии наук, состояние архива: «По предписанию г. Военного министра я получил доступ 14-го сего месяца) к остаткам архива бывшего Пушкарского приказа, сваленным в сыром углу здешнего Арсенала. Не знаю ещё, что делать с сею беспорядочною и сорною громадою бумаг, ещё более смешанных в недавнее время. Так как с месяцем маем наступит удобное время для возобновления поездов, то я намерен приложить возможное старание к окончанию работы в Патриаршей библиотеке; Пушкарский же архив может остаться в запасе до возвращения моего снова в Москву»1. Для занятий в архиве московского арсенала надо было получить разрешение военных властей. Директору артиллерийского департамента, генералу от артиллерии Игнатьеву было приказано «учинить немедленное распоряжение о до пушении Строева к разборке бумаг Пушкарского приказа»2.
Получив разрешение работать в архиве, П.М. Строев, зайду близкого отъезда в экспедицию, обратился в Московское артиллерийское депо, в ведении которого находился арсенал, с просьбой пронести предварительный разбор бумаг по форматам. «Намереваясь заняться грудою старинных бумаг, лежащих в Московском арсенала, и членом сего депо г. полковником и каза-лером Пребстингом мне вчера указанных, я нахожу необходимым, чтобы оная груда была предварительно разобрана по форматам бумаг, а именно: а) листовые тетради, б) четвертные, в) столпцы и г) отрывки, каковую работу может произвести весьма удобно всякой, кому сие поручено будет. Побуждаясь многими причинами, особенно тем, что не могу остаться а Москве долее половины мчи, я покорнейше прошу Московское артиллерийское депо сделать необходимое распоряжение к вышели-санной рассортировке бумаг (к 18-му сего апреля) и о последующем меня уведомить»3.
Просьба Строева была удовлетворена. В апреле П.М. Строев приступил к учёту материалов и занимался им около месяца. В письме тому же П.Н. Фусу от 11 мая он сообщает о своих занятиях в арсенале следующее: «Трёхмесячной работе моей в Патриаршей библиотеке (заключающей в себе до тысячи рукописей) виден конец: поспешая оставить Москву, я работаю до устали, при всём том ещё требуется недели полторы для совершенного окончания. Равным образом и часть бумаг Пушкарского ирик;па мною пересмотрена, остальные же останутся До другого времени»4.
Начав в 1832 г. обзор архива, П.М. Строев закончил его весной следующего, 1833 г., о чём он и известил Н.П. Фуса в письме от 22 марта 1833 г.: «С приезда моего сюда и Г. Береднпкова, мы успели окончить разбор бывшего Пушкарского приказа, начатый мною в прошедшем году, и привели в порядок большой сундук с разными бумагами в Патриаршей библиотеке, остававшийся до сего времени неразобранным. Всё сие доставило археографической коллекции любопытное приращение»5.
Надежда П.М. Строева найти в архиве «немало любопытных актов» вполне оправдалась. Через несколько лет, в 1839 г., в письме князю С.А. Ширинскому-Шихматову от 30 июня он даёт краткую характеристику своих находок в арсенале: «Материалы для военной истории были у меня всегда ввиду, и с сею-то целию было испрошено в 1833 году позволение пересмотреть остатки бумаг Пушкарского приказа, находившиеся тогда в .Московском арсенале, ныне в Артиллерийском депо. Этот приказ, как и все приказы, разделялся на столы (отделения, экспедиции); оставшиеся бумаги принадлежали большею частью столу, ведавшему засеки, или пограничные леса в нынешних губерниях Калужской, Тульской и Рязанской; всё прочее растрачено в 1812 году или сгнило. Впрочем, что попалось полюбопытнее, было списано и напечатано в актах Археографической экспедиции»6.
К сожалению, архиз «Археографической экспедиции» поделён между Академией наук и Государственным историческим музеем и московская часть материалов осталась нам пока неизвестной, за исключением выдержек, приведённых биографом Строева — Н.П. Барсуковым.
Из отдельных любопытных находок можно отметить материалы, относящиеся к «фабрикам и заводам в России», о которых П.М. Строев тогда же сообщил И. Гамелю7.
Остался ли какой-нибудь след от работы П.М. Строева в архиве московского арсенала (депо) в виде «описи» найденных документов, выяснить пока не удалось. Можно предполагать, что разобранные «бумаги» как-то были учтены и соответствующие материалы, возможно, сохранились в указанных выше архивах, равно как и копии «списков», о которых говорил П.М. Строев в приведённом письме кн. С.А. Ширинекому-Шнхматозу.

--------
1 Архив Академии наук СССР, ф. IV, оп. 2. №7.
2 Барсуков П. Указ, соч., стр. 234.
3 Там ж е.
4 «Архив Академии наук СССР», ф. IV, оп. 2, д. №7.
5 Там же.
6 Там же, ф. 133, оп. 1, д. №200; «1833», вместо «1832» — в оригинале.
7 Барсуков Н. Указ, соч., стр. 234.

Образцы таких собственноручных «списков» П.М. Строева с документов Пушкарского приказа, находившихся в это время в частных собраниях Ф.А. Толстого и И.Н. Царского, хранятся в архизе Академии наук1.
В то время, когда П.М. Строев учитывал остатки архива Пушкарского приказа в московском арсенале, часть его материалов находилась з частных собраниях Гамеля, графа Ф.Л. Толстого2, графа Н.П. Румянцева3 и купца-коллекционера И.Н. Царского4.
Несколько позже ряд документов приказа оказался в собраниях М.П. Погодина, П.М. Строева, графов С.С. и А.С. Уваровых, С.Д. Шереметева, а также в собраниях бывшей Археографической комиссии и Артиллерийского исторического музея Красной Армии. Многие документы были описаны и частью изданы, но большая часть, ещё ждёт обработки и изучения. Краткое содержание материалов всех названных собраний указызаем ниже.
Позднее архивом Пушкарского приказа «нтересозался известный историк русской военной старины Н.И. Обручев. В своём «Обзоре рукописных и печатных памятников, относящихся до военного иекусстиа в России по 1725 год»5, он писал об архиве: «Вообще надо сожалеть, что архив Пушкарского приказа не сохранился в целости: многие бумаги его рассеяны по частным библиотекам, так что собрание Императорской публичной библиотеки заключает в себе только часть их. А Пушкарский приказ, как известно, играл весьма важную роль в числе наших военных ведомств, ему подлежали вёз дела по выделке пороха, снарядов и оружия, а иногда и самые распорядки службы»6,
Упоминаемые Н.И. Обручевым собрания документов приказа, хранившиеся в Публичной библиотеке, были проданы правительству М.П. Погодиным в 1851 году7.
В 60-90-х годах прошлого столетия большое внимание архиву Пушкарского приказа уделил крупнейший знаток военной старины Н.Е. Бранденбург (1839-1903 гг.). Он не только пользовался материалами архива для своих работ8, но и вывез из московского арсенала документы, которые ныне хранятся и составляют «фонд №1» «Архива русской артиллерии» Артиллерийского исторического музея Красной Армии.
«В библиотеке музея, — писал Н.Е. Бранденбург в 1889 г., — сохраняется также некоторое количество документов XVII в., отысканных в последнее время в бывшем московском арсенале»9. К сожалению, он не указывает, все ли материалы он вывез или часть их осталась на месте.
Тогда же он отмечал и наличие «не только отдельных документов, но и целых дел» XVII в. в архивных материалах XVIII в., «хранящихся в том же музее»10.
В 1891 г. несколько слов архиву уделил В.С. Иконников. В своём «Опыте русской историографии» « он говорит об издании некоторых документов в «Актах Археографической экспедиции» и указывает местонахождение документов в архиве Артиллерийского исторического музея, не упоминая других хранилищ.
Наконец, в 1917 г. С.К. Богоявленский в своей работе «О Пушкарском приказе» считает архив приказа «погибшим»: «Уцелели только кое-какие отрывки, рассеянные теперь по казённым и частным архивам» п. Из этих архивоз он отмечает только бывший Московский главный архив министерства иностранных дел и бывшее собрание гр. А.С. Уварова. Кроме того он указывает на некоторые издания документов. «В общем, — пишет он, — материал недостаточный, и для знакомства с деятельностью Пушкарского приказа приходится привлечь делопроизводство других приказов, преимущественно Разрядного и Четвертных, которые имели некоторые сношения с нашим главным артиллерийским управлением».
С.К. Богоявленский, как и все предыдущие исследователи, прав, отмечая, что архив погиб. Всё же, если учесть его остатки по всем хранилищам, можно год за годом восстановить историю Пушкарского приказа, выяснить его роль и значение в русском военном деле и в развитии оборонной промышленности в XVII веке.


--------
1 Архив Академии наук СССР, ф. IV, оп. 2, д. №11.
2 Калайдович К. и Строев П. «Обстоятельное описание славяно-российских рукописей, хранящихся в Москве в библиотеке гр. Ф.А. Толстого», стр. 50-51, №105. М. 1825.
3 Востоков Л. «Описание русских и словенских рукописей Румянцевского му-зеума», №СИ (102). СПБ. 1842. Музей поступил в казну в 1828 году.
4 Строев П. «Рукописи славянские и российские, принадлежащие И.Н. Царскому», №№346, 750. М. 1848. Собрание влилось в собрание гр. А.С. Уварова, см. ниже.
5 «Военный журнал» №№4, 5 за 1853 г. Отдельно — СПБ. 1853 (1854).
6 Там же, JYb 4, стр. 49, прим. 2.
7 Барсуков Н. Указ, соч., стр. 391.
8 Бранденбург Н. «Материалы для истории артиллерии в России. Описная книга пушек и пищалей. Рукопись XVII в.»; «Артиллерийский журнал» №3 за 1867 год. «Железные заводы в Тульском, Каширском и Алексинском уездах в XVII в.»; «Оружейный сборник» №1 за 1875 г., стр. 24. «Материалы для истории артиллерийского управления в России. Приказ артиллерии, 1701-1720». СПБ. 1876. «О судебной юрисдикции Пушкарского приказа а XVII столетни»; «Артиллерийский журнал» №4 за 1891 год. Предисловие к труду Д.П. Струкова; «Архив русской артиллерии». Т. I, 1700-1718 гг. СПБ. 1889, и др.
9 Струков Д. «Архив русской артиллерии». Т.Л. 1700-1718, под ред. Н.Е. Брамдеибурга. Предисловие Н.Е. Бранленбурга, стр. 1. СПБ. 1889.
10 Там же, стр. III.
11 Иконников В. «Опыт русской историографии». Т. I. Кн. 1-я стр. 480. Киев. 1891.
12 Богоявленский С. «О Пушкарском приказе». «Сборник статей в честь М. К — Любавского», стр. 361-385. Птргр. 1917.

Дополнительное же привлечение нужных материалов из архивов не только Разрядного и Четвертных, но почти всех остальных приказов поможет всесторонне осветить историю одного из главнейших центральных поенных учреждении Московского государства.
Если Н.И. Обручев в 50-х годах прошлого столетня и С.К. Богоявленский в начале этого столетия (1917 г.) жаловались, чго материалы архива Пушкарского приказа рассеяны по частным и казённым хранилищам, то сейчас дело обстоит совсем иначе. Великая Октябрьская социалистически революция вернула все архивные материалы государству, и можно назвать все хранилища, обладающие этими материалами.
В настоящее время можно указать две группы таких хранилищ. К первой группе относятся пять основных хранилищ, в которых имеются архивные материалы Пушкарского приказа. Ко второй группе следует отнести три хранилища, в которых такие материалы, несомненно, имеются, хотя они ещё и не выявлены.
Первую группу хранилищ составляют: Артиллерийский исторический музей Красной Армии (Ленинград); Всесоюзная публичная библиотека имени В.И. Ленина (Москва); Государственная публичная краснознамённая библиотека имени Салтыкова-Щедрина (Ленинград); Государственный исторический музей (Москва); Институт истории Академии наук СССР (Ленинградское отделение).
Вторую группу составляют: Государственный архив феодально-крепостнической эпохи (Москва); Центральный военно-исторический архив (Москва); Архив Оружейной палаты (Москва).
Главному артиллерийскому управлению были в 1863 г. переданы собрания Гамеля. Они и легли в основу «фонда №1» Артиллерийского исторического музея Красной Армии.
В 1933 г. этот музей получил от Академии наук СССР ряд документов из собрания неизвестного лица. В настоящее время всё собрание составляет «фонд №1» «Архива русской артиллерии», хранящегося в музее, и заключает около 500 наззаний (единиц хранения) документов и книг с 1628 по 1700 год. Материалы эти отражают почти все основные стороны деятельности приказа за исключением дела «селитреного» и «засечного». Основная масса материалов касается кадров — пушкарского ведомства и административно-хозяйственных и производственных вопросов. Имеются также материалы по снабжению войсковых частей — стрелецких приказов и разных полков, — а также донских казаков и монастырей орудиями, оружием и боевыми припасами. Как «дела», так и отдельные документы и книги большей частью неполны и плохой сохранности. Материалы были частично использованы исследователями и изданы1.
Кроме подлинных документов в музее имеется большое количество фотокопий с документов приказа, хранящихся в Государственной публичной библиотеке в Ленинграде. Во Всесоюзную публичную библиотеку имени В.И. Ленина собрание документов Пушкарского приказа поступило из бывшего собрания рукописей Румянцовского музея.
Всё собрание представляет том переплетённых документов (289 листов), относящихся к 80-м годам XVII в. и содержащих разные материалы, в том числе по истории железных заводов — тульских, каширских и олонецких. Описание этого собрания было издано почти сто лет назад А.X. Востоковым2, первым начальником музея. Изданы также и некоторые документы3.
Собрание документов Пушкарского приказа Государственной публичной библиотеки в Ленинграде является сборным по своему составу. В него вошли материалы разных старых собраний графа Ф.А. Толстого, М.П. Погодина, графа С.Д. Шереметева и других лиц.
Собрание заключает свыше 700 названий документов и книг, из которых очень немногие в разное время были изданы глазным образом в «Сборнике князя Хилкова» (1872) и описаны4. Основная масса почти не использована, Собрание не имеет другой описи, кроме заглавий на обложках документов. Содержание материалов отражает деятельность приказа с 1627 по 1701 г. и касается всех основных сторон ведомств. Между прочим, в нем хорошо представлены «дела» «засечное» и «селитреное», отсутствующие или слабо представленные в других собраниях.
Видимо, сюда попала та часть документов «засечного стола», о которой упоминал П.М. Строев как о наиболее сохранившейся.
До начала 1942 г. со всех материалов Пушкарского приказа, находящихся в Государственной публичной библиотеке, снимали фотокопии для собрания Артиллерийского исторического музея Красной Армии.
Собрание документов Пушкарского приказа поступило в Государственный исторический музей из бывшего собрания гр. С.С. и А.С. Уваровых и И.Н. Царского5, а часть материалов, как например чертежи Москвы, исполненные чертёжником Пушкарского приказа, была доставлена П.М. Строевым.

--------
1 Из последних изданий укажем «Труды Археографической комиссии Академии наук СССР. Материалы по истории экономического развития России. Крепостная мануфактура в России», Ч. 1-я «/Тульские и каширские железные заводы». Предисловие, стр. XXXII-XXXIV. Л. 1930.
2 Востоков А. «Описание русских и словенских рукописей Румянцевского му-зеума», №СП» (102), стр. 170-171. «Дела московского Пушкарского приказа 1681 г ноября с 30 по 1685 г. генваря 1». СПБ. 1842.
3 Из последних изданий укажем «Труды Археографической комиссии Академии наук СССР. Материалы по истории экономического развития России. .Крепостная мануфактура в России». Ч. 2-я. «Олонецкие медные и железные заводы». Л. 1931.
4 Лопарёв X. «Описание рукописей Императорского общества любителей древней письменности». Ч. 1-я. №CXXIV, стр. .V24. СПБ. 1892. Документы 1689-1690 годов.
5 Карский Е. «Славянская Кирилловская Палеография», стр. 19. Л. 1928.

Собрание заключает свыше 100 названий документов, которые относятся главным образом к 1640-1641 гг. и представляют отрывки дел административно-хозяйственного содержания. Собрание было описано1.
Документы Пушкарского приказа в Ленинградском отделечцн Института истории Академии наук СССР находятся в материалах двух собраний — И.X. Гамеля и П.М. Строева. Собрание И.X. Гамеля содержит около 400 названии документов за разные годы XVII в. по административно-хозяйственным и производственным вопросам. Много документов относится к 50-м годам и касается колокольного дела. Собрание П.М. Строева составлено археографом во время экспедиции и заключает несколько десятков документов. Они относятся к разным годам XVII столетия и отражают разные стороны жизни Приказа. В большей своей части эти документы изданы были в первой половине XIX в. в «Актах Археографической экспедиции», «Актах Юридических» и других изданиях. В начале XX столетия все они были описаны2 с указанием старых изданий и частью переизданы3.
Документы включены в переплетённые тома «Актов П.М. Строева». Документы Пушкарского приказа имеются не только в главных государственных хранилищах. Они, бесспорно, имеются также в местных архивах и собраниях, но ещё не выявлены.
Почти все документы, содержащие известия о производстве орудий, колоколов, боеприпасов, о сооружении городских укреплений, засёк, связаны с деятельностью Пушкарского приказа и происходят из его архива. Много материалов о Пушкарском приказе встречается в самых разнообразных изданиях документов и исторических работах, касающихся 17-го века4. Собрать все эти материалы в одном хранилище трудно, но учесть возможно полнее необходимо. Это можно было бы сделать, составив краткий сводный указатель документов. От колоссального архива дошли до нас только жалкие остатки и обрывки, которые тем не менее неплохо отражают все основные стороны деятельности приказа примерно за 75 лет, с 1625-1627 гг. по 1701 год.
Документы за первую четверть XVII столетия не сохранились. О деятельности приказа в этот период известно из материалов других архивов, глазным образом дворцовых5, и архива Оружейной палаты6. В 1701 г. Пушкарский приказ был заменён «Приказом артиллерии», который на первое время сохранил функции Пушкарского приказа, старую структуру и старые кадры служащих.
Все дошедшие до нас документы приказа можно разделить на пять групп соответственно основным задачам деятельности показа: 1) кадры — личный состав всего ведомства, начиная со старших чинов приказа и кончая подсобными рабочими; 2) «наряд» — артиллерию; 3) боевые боеприпасы — порох и снаряды; 4) «городовое дело» — городовые укрепления в Москве и других городах, наблюдение за их состоянием и заботы о ремонте; 5) «засечное дело» — лесные укрепления, «засеки» в «заповедных» лесах на южной и югозосточной границах государства.
Почти все эти задачи с соответствующими изменениями входили в круг деятельности и всех последующих за Пушкарским приказом артиллерийских управлений XVIII-XX столетий.
Кадры Пушкарского приказа делились на две части — личный состав приказа — управления — и кадры подведомственных ему учреждений.
Документы всесторонне характеризуют многочисленный чиновный, служилый и мастеровой состав, называют имена разных лиц «пушкарского чину», рисуют их деятельность, значение и ту историческую, экономическую, производственную и культурно-бытовую обстановку, в которой они жили и трудились.
Судебная юрисдикция приказа отражёна в ряде документов разных «судных» дел, как чнноз приказа и служащих пушкарского ведомства между собой, так и по искам к ним посторонних лиц. В приказе имелась особая «судейская палата», куда вызывались на суд чины приказов, как московские, так и городовые.
Заботы приказа о наделении землёй езонх служащих — младших — в слободах «пушкар, ских», средних и старших — в городах — также нашли своё отражёние в документах. Сохранились следы «смотров» всех чинов приказа и всего ведомства.
Вторая группа документов относится к «наряду» — артиллерии, материальной её части в широком смысле слова. Документы характеризуют изготовление «наряда», его испытания, хранение, отпуск, а также учёт наряда в других городах.

--------
1 Катаев И. и Кабанов А. «Описание актов собрания гр. А.С. Уварова». Отдел III. «Бывшие Дела Пушкарского приказа зп №№ 90-233». М. 1905.
2 Курдюмов М. «Описание актов, хранящихся в Императорской археографической комиссии». «Акты П.М. Строева». — «Летопись занятий Археографической комиссии за 1905 год». Вып. XVII. СПБ. 1907; его же. Там же, «Летопись занятий Археографической комиссии за 1906 год». Вып XIX. СПБ. 1908.
3 «Акты П.М. Строева. Т. 1». «Русская историческая библиотека». Т. 32. СПБ. 1915; «Акты П.М. Строева. Т. И». РИБ. Т. 35. 1917.
4 См. Лебедянская А. «Материалы для библиографии Пушкарского приказа». «Сборник Артилл, истор, музея РККА». Т. II.
5 Например, «Дворцовые разряды». Т. I. 1612-1628. М. 1850. Дополнения к «Дворцовым разрядам» — «Чтения в Обществе истории и древностей российских при Московском университете». 1882, I883 и др.
6 Арсеньев Ю. «Оружейный приказ при царе Михаиле Фёдоровиче». «Вестник археологии и истории» Вып XV. СПБ. 1903. «Расходная книга товарам и вещам 1613-1614 гг.». РИБ. Т. IX за 1831 г. и др. СПБ.

Обычно дело представляется в следующем виде: 1) «Память» — указ об отливке определённого числа орудий с требованием присылки сметы нужных материалов; 2) «.сказка» — смета мп-стера; 3) «память» — указ головам об отпуске нужных материалов и о покупке недостающих; 4) запись о расходе на уплату «за молебен с водосвятием» перед началом отливки орудий обычно с распиской данного служителя культа; 5) разные документы, связанные с процессом отливки, и пр.
«Наряд» изготовлялся на «пушечном дворе», который вырос из «пушечной избы» XV в. и являлся артиллерийским заводом. «Пушечный двор» располагал значительным количеством специалистов и управлялся «пушкарскими головами». Чертежи орудий не сохранились, но известно, что они существовали1. В документах сохранились многочисленные следы переписки «пушечного двора» с приказом.
В штате «пушечного двора» всегда имелись наряду с «пушечными» мастерами и «литцами» и «копокольные» мастера, подмастерья и ученики. В документах изредка встречаются указания и на «паникадильных» и «плавильных» мастеров и их учеников. Как «литейщики», они входили в состав «пушечного двора».
Отливались на «пушечном дворе» и пули. Московское правительство не ограничивалось изготовлением «наряда» собственными силами и многое заказывало заграницей. Документы сохранили нам известия об этих заказах и об испытаниях в приказе голландских и немецких «нарядов», равно как и ручного огнестрельного заграничного оружия. Приказ снабжал изготовляемым «нарядом» и «вестовыми» колоколами воинские части, городские управления и монастыри. Сохранилась часть переписки с Разрядом, Стрелецким приказом, воеводами и монастырями об отпуске им «наряда» и колоколов.
Приказ вёл тщательный учёт всему артиллерийскому имуществу страны — «наряду», колоколам (вестовым) и «зелью», а также запасам материалов, и результаты его заносились в особые приходо-расходные и «городовые» книги, дошедшие до нас, хотя и в небольшом количестве. При смене воевод вторые» экземпляры, или копии, передаточных «росписей» посылались в Пушкарский приказ. Отрывки таких «росписей» имеются среди документов приказа.
Третьим основным делом приказа были боевые припасы — «зеленное» (пороховое) и «гранатное» дело, т.е. изготовление пороха и снарядоз, их хранение и снабжение ими войсковых частей, учреждений и отдельных лиц или групп.

--------
1 «Опись делам Приказа тайных дел 1713 г.» — »Записки Отделения русской и славянской археологии Императорского археологического общества». Т. II, стр. 27-2S8. 1861.

Изготовление «зелья» — пороха — производилось на «зелейных» мельницах, которых было две: «нижняя» и «верхняя», или старая и новая. Мельницы обслуживались соответствующим составом специалистов и дополнительных подсобных рабочих, управляли им пушкарские головы. Иногда казённые мельницы отдавались в аренду иноземным порохозым мастерам. Документы сохранили нам следы переписки мельниц с приказом, с «пушечным двором», с иноземцами-«уговорщиками».
Неотъемлемой частью «зеленного» дела являлось «селитреное» дело. Приказ ведал и этой отраслью. Он вёл обширную переписку с воеводами о поисках и эхсплоатации новых селитроносных земель и посылал своих мастеров для обучения местных людей. Эта переписка особенно богато представлена в собрании документов приказа, находящемся в Государственной публичной библиотеке в Ленинграде.
Изготовлением снарядов ведал Гранатный двор. Кроме снарядов там готовили я всё нужное к «потешной огненной стрельбе». Известны руководства по изготовлению 'пороха и снарядов того вргмени, остатки и отрывки разной переписки с «зелейньши» мельницами и Гранатным двором. О «городовом» и «засечном» деле сохранилась переписка главным образом с местными властями.
Приказ занимался также «городозым строением», т.е. наблюдением за состоянием укреплений в Москве и других городах, руководил починкой или возобновлением старых и постройкой новых укреплений.
Для «городового строения» в приказе имелись специалисты — «горододельцы» — военные инженеры, которые руководили работами; «колодезники», делазшие «колодцы» и исполнявшие разные гидравлические работы, и «чертёжники», которые составляли планы и чертежи. Многие, имеющиеся в разных государственных хранилищах чертежи городских укреплений выполнялись, вероятно, в чертёжной Пушкарского приказа или его чертёжниками, так как Пушкарский приказ посылал своих чертёжников в другие приказы и на места.
Приказ наблюдал за состоянием «засёк» в заповедных лесах на южной и юговосточной границах. «Засеками» ведали на местах особые «засечные» головы, «засечные» воеводы, «засечные» сторожа, в центре — приказе — существовал особый «засечный» стол. Переписка центра с чиновниками на местах была велика, остатки её сохранились и хранятся глазным образам в собрании Государственной публичной библиотеки в Ленинграде.
Конечно, на протяжении столетия частично менялись рамки деятельности приказа, но основные области его работы оставались те же: кадры, артилллерия, боевые припасы, городовые и лесные укрепления.
Следует добавить, что Пушкарский приказ в разное время выполнял ряд других работ. Так, в конце 40-х и начале 50-х годов XVII в. он ведал делами «перебежчиков» из «свейской королевской земли корелян и латышей». В 30-х годах XVII в. он служил чем-то вроде базы разных материалов и снабжал другие приказы и отдельных лиц, отпуская им медь, железо, олово, свинец и т.п.
Железные заводы, по некоторым данным, временами находились в ведении Пушкарского приказа, однако в документах связи административные отражёны слабо. Несколько документов в собрании Артиллерийского исторического музея, относящихся к тульским железным зазодом, происходят из архива «Оружейной палаты», в которой имелся «отдел железных заводов»1.
Важно было бы собрать названия специальных руководств и книг, которыми располагал приказ, а также в значительном собрании старых чертежей попытаться найти работы чертёжников Пушкарского приказа.
Для иллюстрации «рабочего для» Пушкарского приказа приведём перечень архивных материалов, датированных одним числом, например «2 июня 1641 (7149) г.». За этот день известны пять документов, рисующих работу приказа в разных направлениях2:
1. «Память» (черновая) из Пушкарского приказа приставу Митрофану Коршунову с предписанием «доправить» на сторожах Пушкарского приказа на Степане Федотове и Савве Прокофьеве (пропавшую) «верховую медную пушечку».
2. «Память» (черновая) из Пушкарского приказа на «пушечный двор» голове Василию Ивановичу Блудову о производстве некоторых плотничных работ на Цареборисовском дворе.
3. «Роспись», поданная пушечным и колокольным учеником Степаном Арефьевым, о количестве красной меди и прутового олова, потребных на переливку большого благозе-стннка (колокола), разбитого в Ивановском дезичьем монастыре.
4. «Память» (из приказа Большого прихода) окольничему князю Андрею Фёдоровичу Литвинову-Масальскому и дьякам Степану Пустынникову и Поснику Задонскому об отпуске пороха и свинца, по примеру 146 года в полки Александра Краферта, Валентина Росформа и Якова Вымса для обучения новоприборных трёх тысяч человек солдат».
5. «Память» головам Владимиру Михайловичу Молчанову и Конону Ивановичу Владычкину об отпуске согласно памяти из приказа Большого прихода (см. №4) шести пудов «зелья ручного» в полки Александра Краферта, Валентина Росформа и Якова Вымса для учения «нозонрибормых солдат».
Приведённые документы рисуют нам часть рабочего дня Пушкарского приказа, они, несомненно, не исчерпывают его целиком.
Подобраз в хронологическом порядке документы, точнее, составив хронологический указатель, можно день за днём проследить всю работу Пушкарского приказа за всё столетие и выявить участников и все этапы этой сложной и ответственной работы, особенно важной в военное время.
Дальнейшее подробное изучение этих материалов с привлечением материалов других приказов и других собраний даст возможность выявить ряд новых данных, уточнить и углубить старые, относящиеся к истории архива Пушкарского приказа и самого приказа — Главного артиллерийского управления Московского государства в XVII столетии.

--------
1 Эти документы изданы в 1930 г. Археографической комиссией Академии наук а I томе «Крепостной мануфактуры в России». — «Тульские и каширские железные заводы». Предисловие, стр. XXXII-XXXIV.
2 Приведённые документы все принадлежат Государственной публичной библиотеке в Ленинграде и хранятся в собрании «Русских актов». Картон №4. Заглавия даны по старым надписям на обложках документов.