Багира

Среда, 08 23rd

Последнее обновлениеСр, 23 Авг 2017 1am

Португальская революция 1974 года стала последним в европейской истории успешным военным переворотом. Другими отличительными её чертами являются малое число жертв и приверженность путчистов левым, почти коммунистическим взглядам.

Революция гвоздик

Журнал: Загадки истории №22, июнь 2017 года
Рубрика: Заговоры и мятежи
Автор: Дмитрий Митюрин

Военный переворот в Португалии прошёл почти бескровно

Фото: португальская революцияВ 20-м веке Португалия, некогда бывшая одной из крупнейших колониальных империй, превратилась в задворки Европы. С 1932 года страной фактически правил Антониу Салазар. Идеология провозглашенного им «Нового государства» включала в себя элементы консерватизма, национализма, клерикализма, итальянского фашизма и германского нацизма. Причём дозировка этих элементов менялась, исходя из текущей политической ситуации.

Куда шагают капитаны?

Страна успешно проскочила мировой экономической кризис конца 1920-х годов и Вторую мировую войну. Но затем отставание от европейских соседей, даже от франкистской Испании, стало слишком заметным.
Производительность сельского хозяйства в разы отставала от Германии или Франции, промышленность влачила убогое существование, а главной статьёй экспорта стала продажа колониальных природных ресурсов. Остатки былой имперской роскоши — Ангола, Мозамбик, Гвинея-Бисау — боролись за независимость.
В 1968 году, после инсульта, Салазар вышел в отставку и вскоре тихо скончался. Но сменивший его Марселу Каэтану не чувствовал в себе сил для обновления «Нового государства».
Спасением страны озаботились военные, расколовшиеся на две политические группировки. «Правые», возглавляемые генералом Каулзой ди Арриагой и президентом, адмиралом Америку Томашем, намеревались и дальше «закручивать гайки». Хотя Португалия и так выглядела вполне законченной диктатурой с единственной партией, политической полицией, кровавыми разгонами демонстраций и забастовок, томящимися в тюрьмах или тихо исчезающими оппозиционерами. «Левое» крыло объединяло младших и средних офицеров, обозлённых на аристократичный генералитет, продвигавший собственных отпрысков.
В июле 1973 года вышел указ о «милисиануш», согласно которому выпускники университетов из элиты, будучи призваны в армию, производились в капитанское звание по окончании полугодовых курсов. А кадровым офицерам из низов для получения капитанского чина требовалось отслужить не менее 10 лет, из которых четыре года следовало провести в колониях, гоняясь за партизанами.
В сентябре 1973 года недовольные тайно (хотя не очень скрываясь) собрались в местечке Эвора, где, после многочасовых совещаний, договорились о создании «Движения капитанов» с целью свержения существующего режима. Прослышав о молодых офицерах, генерал Арриага попытался их возглавить, но был отвергнут с формулировкой «никаких правых переворотов».

«Постарайтесь без насилия…»

И всё же переворот совсем без генералов выглядел как-то несолидно. Представители «Движения капитанов» обратились к отставнику-центристу Антониу ди Спиноле. Тот в юности сражался на стороне франкистов в испанской Гражданской войне. Как прикомандированный к вермахту наблюдатель, стал свидетелем Сталинградской битвы. В середине 1960-х годов довольно удачно сражался против ангольских партизан. А потом был губернатором Португальской Гвинеи, где пытался не только уничтожать повстанцев, но и вести с ними переговоры. Вылетев в отставку, написал книгу «Португалия и будущее», где говорил о необходимости либерализации и модернизации и о том, что из колоний надо не только выжимать соки, но и как-то в них вкладываться.
Книга стала хитом, будучи опубликована тиражом в 100 тысяч экземпляров. Для сравнения — численность португальских вооружённых сил составляла 217 тысяч человек, из них в самой Португалии — 65 тысяч. К слову, практически все офицеры, помимо Спинолы, читали работы Ленина, Мао Цзэдуна и Че Гевары. Причём на вполне законных основаниях — ведь в ходе командировок в колонии им следовало изучать партизанскую тактику по трудам её разработчиков. Разумеется, после чтения подобной литературы в офицерских головах оседало кое-что из политических тезисов.
В любом случае Спинола был хорошей компромиссной фигурой, обеспечивая лояльность путчистам со стороны союзников Португалии по НАТО. Предложение поддержать переворот он получил 13 апреля 1974 года и в итоге ответил обтекаемо: «Да, что-то нужно сделать для этой страны, но, пожалуйста, постарайтесь без насилия…» Вроде как согласился.
Впрочем, оповещать о дате восстания его не стали: мало ли какой фортель выкинет? Адъютант разбудил Спинолу в 4 утра 25 апреля 1974 года, сообщив о начале переворота.
— Какой ещё переворот? — переспросил генерал.
— Тот, которого все ждали.
— Ну что же, поскольку вы меня всё равно вытащили из постели, я послушаю радио.

Цветок в стволе

Непосредственно в перевороте участвовали инженерный полк, полк лёгкой артиллерии, школа военных администраторов, батальон «казадориш» (егерей), команда стрелкового полигона, пехотный полк, учебный центр артиллерии, 10-я группа коммандос, три военные школы, бронетанковый полк (числившийся кавалерийским) и учебный центр «специальных операций».
Участников мятежа оповестили за двое суток, предупредив, что первым сигналом должна стать трансляция в 22:50 по лиссабонскому радио песни Паулу ди Карвалью «После прощания» (кстати, номинант конкурса «Евровидение»). Название этого шлягера звучало символично.
Второй сигнал должен был прозвучать между полуночью и часом ночи: по католической радиостанции «Ренашенса» передали запрещённую песню «Грандола, смуглая деревушка», посвящённую расстрелянным в Грандуле забастовщикам.
К 4 часам утра 25 апреля подразделения мятежников перекрыли основные трассы, ведущие к Лиссабону. Через 20 минут самая мощная в стране коммерческая радиостанция передала коммюнике мятежников. Его смысл сводился к следующему: гражданам следует сидеть по домам, врачам — прибыть в медучреждения, полиции и национальной гвардии — не препятствовать действиям армии.
Смысл и цели переворота не озвучивались, но, поскольку радио передавало сплошь запрещённые песни, программа мятежников была ясна. И она слушателям понравилась. Несмотря на рекомендацию сидеть по домам, граждане повалили на улицы. В какой-то момент продавщица универмага Селеста Сейруш подошла к одному из солдат и опустила в ствол его автоматической винтовки гвоздику. Гвоздик в городе было много, и другие лиссабонцы последовали её примеру.

Редкие выстрелы

На набережной реки Тежу бронеколонна капитана Салгейру Майя столкнулась с вызванной для защиты военного министерства колонной танков бригадного генерала Рейеша. Тот приказал открыть огонь. Майя закричал в мегафон: «Мы подняли восстание, чтобы покончить с войной в колониях, свергнуть фашизм!». Ни одного выстрела не прозвучало, а потом танки Рейеша один за другим присоединились к восставшим.
В 7:30 по радио передали коммюнике, в котором открыто говорилось о целях восстания. Далее звучали сообщения о захвате правительственных зданий, штабов, военных учреждений. В 9 утра прильнувший к радиоприёмнику генерал Спинола сказал: «Браво!» — и начал одеваться.
Укрывшийся в казармах Национальной гвардии премьер Каэтану понимал бесполезность сопротивления и заявил капитану Майя: «Я знаю, что уже не руковожу страной, и всё же надеюсь, что со мной будут обращаться достойно. К тому же… я хотел бы передать власть какому-либо генералу, чтобы она не попала в руки черни».
Нарисовавшийся в 6 часов вечера генерал Спинола от имени Совета национального спасения власть принял. Однако штаб политической полиции, обложенный революционными толпами, держался до полуночи. Его защитники открыли огонь, убив четверых манифестантов, после чего были атакованы, разбиты и арестованы морскими пехотинцами майора Луиша Коррейа.
На рассвете отряд морпехов капитана Абрантеша Серра штурмом захватил тюрьму Кашиас, из которой был освобождён последний политический заключённый — строитель Жозе Карлуш Альмейда, ставший вскоре депутатом Учредительного собрания от компартии. Благодаря чёткой организации и поддержке народа переворот завершился — полнейшим успехом.
Начался переходный период растянувшийся на два года, когда власть качалась то вправо, то влево, а Португалия чуть не вышла из НАТО. Однако последние пару шагов, отделявшие их от власти, сторонники коммунизма так и не преодолели. Зато алая гвоздика заняла своё место в ряду эффектных революционных символов.

Канал сайта

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Статьи Тайны истории Политика и власть Революция гвоздик