Багира

Пятница, 11 24th

Последнее обновлениеСр, 08 Нояб 2017 2pm

Тайны истории на Дзене — Дзен-канал «Тайны истории»
Тайны истории в Telegam — Телеграмм-канал «Тайны истории»

За пост генерального секретаря ЦК КПСС боролись многие партийные «тяжеловесы». Но в 1985-м, на мартовском пленуме руководства партии, собравшимся назвали фамилию Горбачёв. Почему сильные противники уступили молодому выдвиженцу?

Кто мог возглавить страну вместо Горбачёва?

Журнал: Тайны СССР №1/С, апрель 2017 года
Рубрика: Тайны Кремля
Автор: Платон Викторов

Несостоявшийся лидер

Фото: выборы ГорбачёваРовесник Брежнева, член Политбюро с 1962 года, Андрей Кириленко, отвечавший в ЦК за советскую промышленность, даже за рубежом считался одним из сильнейших «кремлёвских старцев», всерьёз рассматривался как преемник генсека в середине 1970-х во властных кругах СССР и в ЦК. Во время поздравления Леонида Брежнева с 70-летием произнёс разошедшуюся по миру фразу, что «70 лет для политического руководителя — это средний возраст». Высказывался о Михаиле Горбачёве крайне негативно, противился его возвышению. Со временем, наверное, с Горбачёвым справился бы, но вдруг… На счастье первого секретаря Ставропольского крайкома тяжело заболел. Кириленко впал в склеротическое состояние. Перестал узнавать знакомых, терять нить беседы. В марте 1981 — го, выступая на XXVI съезде КПСС с предложением о новом составе ЦК, умудрился неправильно произнести многие фамилии (зал сначала замер, а потом с трудом сдерживал смех). Однако Леонид Брежнев сохранил старого товарища в Политбюро. На пенсию его отправили через 12 дней после смерти Брежнева. Скончавшись в 1990-м, Андрей Кириленко всё своё состояние завещал Коммунистической партии.

Без заметных успехов

Следует отметить, что перед смертью Константина Устиновича Черненко отношение к Горбачёву среди его партийных коллег было крайне неоднозначным, ведь никакими особыми успехами этот руководитель не прославился. Да и в ЦК КПСС, секретарём которого Михаил Сергеевич стал в ноябре 1978 года, он находился на «штрафном посту» ответственного за сельское хозяйство.
Кто-то возразит дескать, тогда у него не было реальной власти, что он мог сделать? Впрочем, о деловых качествах Горбачёва-руководителя стало прекрасно известно позже.
По его инициативе приняли Продовольственную программу, обещавшую, что через 5 лет страна полностью обеспечит себя сельскохозяйственной продукцией, — и так и не заработавшую.
Абсолютно бездарно была проведена антиалкогольная кампания, которая в результате привела к росту наркомании и производства поддельного алкоголя.
В области внутренней политики Горбачёв сумел добиться того, что республики СССР перессорились между собой.
Страну буквально захлестнула преступность, возник и быстро развился никому не ведомый ранее в Советском Союзе рэкет.
В конечном итоге слабость управления и экономический хаос привели к тому, что СССР перестал существовать.
То есть о заслугах Михаила Горбачёва как главы государства мы можем судить достаточно объективно — гордиться ему, по большому счету, нечем.
Единственным козырем Горбачёва в том далёком уже 1985-м, по сравнению со многими другими членами Политбюро, была его относительная «молодость» — в 1985 году Михаилу Сергеевичу исполнилось 54 года.

Когда разбиваются надежды

За несколько месяцев до смерти, в конце 1983 года, Юрий Владимирович Андропов доверил Горбачёву выступить вместо себя на Пленуме ЦК КПСС, поскольку сам был в полном смысле слова прикован к медицинскому аппарату — «искусственной почке». Дело в том, что бывший главный чекист страны давно и хорошо знал Михаила Сергеевича и симпатизировал ему (а Горбачёв, работая ещё первым секретарём Ставропольского крайкома КПСС, информировал Андропова, как себя ведут отдыхающие на Минеральных Водах курортники из высшего эшелона власти). Для партийной же элиты такое поручение стало знаком: умирающий генсек указывает на своего преемника.
Это, конечно, очень не, понравилось второму человеку в партии Константину Устиновичу Черненко, с которым у Андропова были достаточно напряжённые отношения. Собственно, многие историки убеждены: такой ход Андропова имел целью не столько возвышение Горбачёва, сколько унижение Черненко.
Известно, что умирающий Андропов прислал в Политбюро напутственное письмо, где, в частности, просил, чтобы заседания Политбюро и Секретариата продолжал вести Горбачёв. Но записку сразу передали Черненко. Константин Устинович поступил так, как счёл нужным: огласил на заседании Политбюро все остальные пункты — кроме того, что касался Горбачёва.
Михаил Сергеевич сразу поехал в больницу к Андропову жаловаться. Генсек был возмущён, звонил соратникам с требованием срочно собрать следующее заседание Политбюро — но через несколько дней ушёл из жизни.
Многолетний опыт кремлёвских интриг помог Черненко ослабить напор Горбачёва. Но это поражение научило Михаила Сергеевича многому.

Преданность не забывается

Уже на следующий день после кончины Андропова, 10 февраля 1984 года, состоялось внеочередное заседание Политбюро, которое было, по сути, формальным. Кому достанется пост генсека, перед заседанием определили четыре наиболее авторитетных партийных руководителя: секретарь ЦК Константин Устинович Черненко, министр обороны Дмитрий Фёдорович Устинов, Председатель Совета Министров СССР Николай Александрович Тихонов, а также его первый заместитель и министр иностранных дел Андрей Андреевич Громыко.
На предварительных переговорах Громыко выдвинул на высокий пост себя. Устинов до этого встречался с Горбачёвым — и тот предложил ему стать генсеком, обещая поддержку всех молодых членов ЦК. Дмитрий Фёдорович отказался, ссылаясь на возраст и болезни. Но и допускать Громыко к власти ему тоже не хотелось. В итоге, по инициативе Устинова, «большая четвёрка» рекомендовала генсеком Черненко, чья кандидатура всех устроила.
Однако Устинов не забыл преданности Горбачёва. По его предложению, именно Михаил Сергеевич продолжал председательствовать на заседаниях Политбюро, когда генсек находился в больнице — то есть довольно часто.

Ты — мне, я — тебе

В декабре 1984 года от воспаления лёгких скончался покровитель Горбачёва министр обороны СССР, Маршал Советского Союза Устинов. Это позволило заявить о себе другим кандидатам на пост генсека. Таких перед смертью Черненко в марте 1985 года в Политбюро насчитывалось трое: уже упомянутый Андрей Андреевич Громыко, секретарь ЦК КПСС Григорий Васильевич Романов и первый секретарь Московского горкома партии Виктор Васильевич Гришин.
Бывший председатель КГБ Владимир Александрович Крючков в книге воспоминаний рассказывает о беседе с Громыко, когда тот признался, что после смерти Черненко получил от нескольких членов Политбюро предложение занять пост Генерального секретаря — но отказался. Но многочисленные воспоминания участников событий говорят о другом. А именно — о сговоре Громыко с Горбачёвым. Михаилу Сергеевичу удалось подкупить опытного политика обещанием сделать его Председателем Президиума Верховного Совета СССР — то есть формальным главой советского государства. За это на заседании Политбюро именно авторитетный Громыко предложил избрать Горбачёва генсеком.
Гришина поддерживали почти все столичные руководители, ему в заслугу ставились процветание Москвы и успешный опыт управленческой работы. Но здесь Горбачёву невольно помог Черненко: видя в Викторе Васильевиче конкурента, он распорядился собирать на него компромат. Проведённое расследование выявило, что партийный руководитель связан с громкими экономическими преступлениями, в частности, с резонансными делами о хищениях в Елисеевском магазине и Главмосторге.

Расклад сил в Политбюро

ПРОТИВНИКИ ГОРБАЧЁВА — Николай Тихонов, Виктор Гришин, Григорий Романов, Динмухамед Кунаев, Владимир Щербицкий
СТОРОННИКИ ГОРБАЧЁВА — Андрей Громыко, Михаил Соломенцев, Виталий Воротников, Гейдар Алиев, Михаил Горбачёв

Как не взлетают самолёты

Самым реальным претендентом на вожделенный пост являлся бывший первый секретарь Ленинградского обкома КПСС, 60-летний Григорий Васильевич Романов. Это был крепкий профессионал и отличный организатор — то есть имел качества, которыми Горбачёв похвастать не мог. Опытного руководителя Романова справедливо считали прямой противоположностью будущему перестройщику Горбачёву. Кроме того, именно к Романову благоволил лично Черненко, всякий раз усаживая его рядом с собой на Пленумах ЦК.
Романов курировал оборонную промышленность и пользовался поддержкой военных. Судя по свидетельствам очевидцев событий, это действительно был реальный кандидат на высший пост в стране (об этом даже в народе шли совсем не тихие разговоры!), ничем не уступающий Горбачёву.
Его подвело административное чутьё. В конце февраля 1984 года, буквально за пару недель до кончины Черненко, Романов уехал в Литву на отдых. Получив известие о смерти генсека, Григорий Васильевич принял решение немедленно лететь в Москву. Но вылет самолёта задержался из-за плохой погоды. В итоге Романов успел только непосредственно на заседание Политбюро — никаких предварительных консультаций, в отличие от Горбачёва, провести не сумел. Не хватило времени. Ещё один реальный претендент на высшую партийную власть — главный оппонент Горбачёва, первый секретарь ЦК компартии Украины Владимир Васильевич Щербицкий — незадолго до смерти Черненко (по инициативе Громыко) был направлен с визитом в США. Именно Щербицкий, которого видел в своих преемниках ещё Брежнев, мог занять на Политбюро непримиримую позицию, объединить вокруг себя противников Горбачёва. Но… самолёт, на котором Щербицкий возвращался в Москву, под незначительным предлогом был задержан в аэропорту Нью-Йорка, и заседание Политбюро прошло без участия опасного тяжеловеса внутрипартийной борьбы. Весть об избрании Горбачёва генсеком Щербицкий получил на борту самолёта.

Воздалось по заслугам

В результате историческое, как оказалось, заседание Политбюро ЦК КПСС прошло именно так, как было нужно романовскому конкуренту — Горбачёву.
Оно продолжалось два дня. В первый день, 10 марта 1985 года, слово сразу попросил Романов, предложивший кандидатуру Гришина. Против этого возразил Громыко, сказавший: «Хватит уже гробы носить» (имея в виду преклонный возраст Виктора Васильевича, которому было 70 лет) и предложивший на высокий пост Горбачёва. Гришин взял самоотвод, но выдвинул кандидатуру Романова. В результате открытого голосования, Горбачёв одержал победу с перевесом в один голос.
На второй день, 11 марта, Громыко вернулся к тому же вопросу. На этот раз, понимая соотношение сил, Гришин и Романов высказались за Горбачёва — и его кандидатура была утверждена единогласно.
Состоявшийся через несколько дней Пленум ЦК так же единогласно утвердил решение Политбюро.
А дальше каждый получил то, что, с точки зрения Михаила Сергеевича, заслуживал. Спустя непродолжительное время Романов, Тихонов и Гришин были «выведены из игры». 1 июля 1985 года, по инициативе Горбачёва, который всё ещё видел в Романове соперника, Григорий Васильевич был освобождён от обязанностей члена Политбюро и секретаря ЦК КПСС и отправлен на пенсию. Осенью — 27 сентября 1985 года — Николая Александровича Тихонова официально освободили от обязанностей Председателя Совета Министров СССР «по состоянию здоровья». 18 февраля 1986 года настал черёд Гришина. Пленум ЦК КПСС освободил его от обязанностей члена Политбюро ЦК в связи с уходом на пенсию. А Андрей Андреевич Громыко занял пост Председателя Президиума Верховного Совета СССР — страны, которая ещё казалась мощной и единой, — и занимал его до 1 октября 1988 года. По-разному сложились судьбы претендентов на пост генерального секретаря ЦК КПСС. 16 февраля 1990 года в Киеве скончался Владимир Щербицкий. Поговаривали, что он умер не от пневмонии, как сообщили народу, а от сильного нервного перенапряжения (выдвигалась даже версия, что отставной лидер Украины застрелился). Ведь на следующий день, 17 февраля, Щербицкий должен был давать показания в Верховном Совете Украинской ССР об аварии на Чернобыльской АЭС. Его могла ждать позорная отставка, но вместо неё он попал в могилу на киевском кладбище. Уже пять месяцев находившийся в отставке Владимир Щербицкий мог быть обвинён в сокрытии от народа правдивой информации о трагедии, непринятии надлежащих мер по борьбе с радиоактивным загрязнением.
Андрей Громыко после отставки работал над мемуарами, первая книга которых под заголовком «Памятное» вышла в 1988-м. Он умер 2 июля 1989 года и был похоронен не на Красной площади (хотя имел на это право), а на Новодевичьем кладбище (согласно личному завещанию). Через три года на Новодевичьем прощались с Виктором Гришиным, который скончался прямо в Пресненском райсобесе, куда пришёл переоформить пенсию, 25 мая 1992 года. Там же похоронили и Николая Тихонова, умершего 1 июня 1997 года.
Дольше всех прожил Григорий Романов, умерший 3 июня 2008 года. Он единственный москвич, кого не удостоили Новодевичьего кладбища, а похоронили на Кунцевском. До последнего месяца жизни Романов платил членские взносы в КПРФ.

Пётр Машеров

В октябре 1980 года в автокатастрофе погиб первый секретарь ЦК компартии Белоруссии Пётр Машеров. Он не дожил двух недель до Пленума ЦК, на котором его должны были утвердить председателем Совета Министров СССР, вместо ушедшего в отставку Алексея Косыгина. Брежнев считал его крепким хозяйственником, вполне достойным любой высшей должности, а «андроповское крыло» видело в брежневском выдвиженце преемника генсека (что их не устраивало).

 

Владимир Щербицкий

Говорят, что за несколько дней до своей смерти, в октябре 1982 года Брежнев, в ходе разговора с главным партийным кадровиком — секретарём ЦК КПСС Иваном Капитоновым, сказал, кивая на своё кресло: — Видишь это кресло? Через месяц в нём будет сидеть Щербицкий. Но провести соответствующее решение через Политбюро Брежнев не успел. На заседании Политбюро было принято решение о созыве 15 ноября 1982 года Пленума ЦК КПСС, но 10 ноября Брежнев скончался.

Григорий Романов

В 1976 году Брежнев не один раз хорошо отзывался о первом секретаре Ленинградского обкома КПСС Григории Романове. Он считал его самым способным работником во всём ЦК. «Если ему подучиться, то он вполне мог бы занять кресло генерального», — как-то сказал генсек. Свита быстро оповестила окружение Андропова, и… против Романова распустили слухи о том, что он устроил свадьбу младшей дочери в Таврическом дворце и воспользовался посудой императорской семьи из Эрмитажа (а гости её побили).

Константин Катушев

В апреле 1968 года первого секретаря Горьковского обкома КПСС 41-летнего Константина Катушева по предложению Брежнева избрали секретарём ЦК КПСС. Его «сняли с дистанции», воспользовавшись слабостью Брежнева к орденам. В декабре 1976-го, в связи с 70-летием генсека, его буквально увешали наградами разных стран. А вьетнамского ордена на груди не появилось, хотя накануне Катушев был в Ханое. Естественно, тут же распустили слух: он не выбил орден для Брежнева у вьетнамцев. Как результат — ссылка.

Яков Рябов

Якова Рябова, в ноябре 1976-го ставшего секретарём ЦК КПСС — куратором оборонного и военно-промышленного комплекса, подвело то, что в феврале 1979-го, во время встречи с членами бюро Нижнетагильского горкома КПСС, Рябов, нарушив табу, коснулся здоровья Брежнева. Спустя неделю Брежнев по телефону сообщил ему о необходимости укрепления Госплана СССР. А в личной встрече Михаил Суслов сообщил о мнении направить Рябова первым заместителем к председателю Госплана Николаю Байбакову.

Андрей Громыко

Известный всему миру дипломат, Андрей Громыко, Мистер Нет, чья подпись стоит под Уставом ООН, министр иностранных дел ещё с хрущёвских времён. Проработав в «высших сферах» при шести генсеках ЦК КПСС ровно 50 лет (1939-1989 гг.), не участвовал ни в одной интриге. Если бы кремлёвские «консерваторы» и «либералы» не смогли прийти к решению о преемнике, был единственно возможной компромиссной фигурой на посту генсека. Но поддержал «молодого» Горбачёва, о чём потом сожалел.

Канал сайта

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Статьи Тайны истории Политика и власть Кто мог возглавить страну вместо Горбачёва?