Багира

Суббота, 09 23rd

Последнее обновлениеСб, 23 Сен 2017 6am

Столицу Российской Империи можно рассматривать с разных сторон. В её образе не последнюю роль играет военный элемент. Военные были и первыми строителями; благодаря им в современном облике нашего города можно наблюдать величественные храмы гвардейских полков, строгие казарменные комплексы, прекрасные манежи и здания военно-учебных заведений. А сколько памятников величию русского оружия на площадях и скверах Петербурга?! К великому сожалению многие из них утрачены за последние десятилетия.

Петербург: Военная столица Российской империи

Журнал: Империя истории №1, июль/август 2001 года

Фото: основание ПетербургаВ Государственном Эрмитаже, Русском музее, Военно-историческом музее артиллерии, инженерных войск и войск связи, во многих других городских музеях представлены живописные полотна с видами нашего города. На большинстве из них мы видим людей в военной форме, и какой! Великолепное разноцветье гусарских мундиров, блеск кирас кавалергардов, строгая простота одеяния Петровских преображенцев. Не обошла тему военной столицы и русская литература: многие поэты в своих произведениях воспевали величественный образ Петербурга.
А первой военной постройкой в будущей столице Российской Империи является Петропавловская крепость.
Волею Петра I на небольшом островке, расположенном в дельте реки Невы и имевшем два названия — Луст-Эйланд (Весёлый остров) и Ени-Саари (Заячий остров), 16 мая 1703 г., в день Пятидесятницы, в присутствии генералов «по прочтении молитвы на основание града и по окроплении святою водою» была заложена крепость. Этот день и считается днём основания нашего великого города.
Заячий остров выбран не случайно, так как он находится у разветвления Невы на два рукава, что позволяло крепостным орудиям в случае надобности держать под прицелом вражеские корабли при их попытке пройти вверх по течению Невы или Большой Невки.
Работами руководил сам Пётр. Некоторые исследователи полагают, что «композиционная идея проекта исходила от Петра I», в качестве образца своего плана взявшего бастионную систему, разработанную на практике итальянской фортификационной школой в XVI в. и усовершенствованную в следующем столетии французским военным инженером Вобаном.
Крепость, как можно заметить на планах, крайне удачно вписывается в очертания Заячьего острова.
Считается, что первоначальный план дерево-земляной крепости, который был одобрен Петром I, разработан французским военным инженером русской службы Ж.-Г. Ламбером. В его основу положен вытянутый с запада на восток неправильный шестиугольник с выступающими по его углам бастионами. Эти бастионы спроектированы в виде неправильных пятиугольников.
Строительными работами руководил в 1703-1705 гг. отличившийся ещё при создании укреплений Азова военный инженер из Саксонии Иоганн Кирхенштейн, после него — директор Канцелярии городовых дел (обер-комиссар Канцелярии от строений с 1709 г.) У.А. Сенявин. Надзирали за строительством бастионов А.Д. Меншиков, Г.И. Головкин, Н.М. Зотов, Ю.Ю. Трубецкой и К.А. Нарышкин. Их именами названы три бастиона, обращённые на север, и два южных, выходящих к Неве. Шестой, юго-восточный бастион именовался Государевым, так как за его строительством следил сам царь. Куртины получили названия: Петровская, Кронверкская, Никольская, Васильевская, Невская и «куртина между бастионами Нарышкина и Трубецкого», которую затем назвали Монетной, а в дальнейшем — Екатерининской. Первым 16(27) мая 1703 г. закладывался Государев бастион.
Под строившиеся укрепления заводили ряжи — квадратные в плане срубы с дном, состоявшие из пяти-шести венцов сосновых брёвен диаметром около 30 сантиметров. Ряжи заполнялись камнем и делались на малом заглублении, что ускоряло работы при меньших затратах строительных материалов. Требовалось около 8-10 тысяч ряжей. На ряжевое основание насыпались земляные валы бастионов и куртин высотой до семи метров. Наружные склоны валов одевались дерном. Он укладывался по всей поверхности эскарповых стен внахлестку, травой вниз. Фланговые стены крепостной ограды были вертикальными и имели дощатую обивку, прикреплённую к торцовым бревенчатым стенам казарм, размещённых внутри валов. Такие казармы назывались «гварнизунами», являясь обычными бревенчатыми срубами с дверными проёмами, выходящими во двор, амбразур в эскарповых стенах они не имели.
К фланкам (фланк — боковая стена, примыкающая к куртине, сопряжённая с фасом общим плечным углом) деревоземляных бастионов примыкали фоссебреи (фоссебрея — составная часть двойного (ступенчатого) фланка бастиона или пониженная выступающая от фланка в поле площадка с установленными на ней орудиями) — пониженные насыпные фланки. К ним вели деревянные всходы, устроенные на оконечностях куртин. Фоссебреи создавались у правых фланков Трубецкого и Зотова бастионов и левого фланка Меншикова, а также у правых и левых фланков Государева, Нарышкина и Головкина бастионов.
Сооружение куртин закончили к сентябрю 1703 г., но при этом ещё потребовалось два года для возведения дополнительных укреплений. С востока Петровскую куртину надёжно защищал возведённый в 1705 г. земляной равелин. В его левом фасаде был сделан воротный проезд в крепость. От главного крепостного вала равелин отделял водяной ров. На северной стороне крепости, в горже (горжа — тыльная часть бастиона или обращённый внутрь крепости выход из него) Головкина бастиона, в 1705 г. построен земляной кавальер (кавальер — вспомогательное сооружение внутри бастиона, возведённое выше его стен с целью ведения ярусного огня по лежащей впереди бастиона местности). При этом он повторял форму бастиона. На верхней площадке кавальера, вдоль земляного бруствера, были установлены орудия, что позволяло вести огонь поверх стен бастиона.
В 1703 г. через всю крепость, от Петровской куртины до Васильевской, был прорыт канал, служивший в основном для доставки строительных материалов.
В виду того, что к 1706 г. непосредственная угроза со стороны Швеции на Санкт-Петербург ослабла, Пётр принимает решение перестроить сооружения Петропавловской крепости в камне, и 30 мая 1706 г., в свой день рождения, он закладывает в основание фундамента Меншикова бастиона первый камень.
Возведение каменных бастионов и куртин производилось не одновременно, первоначально производились работы с северной стороны. Руководил работами знаменитый архитектор и автор плановой застройки нашего города Д. Трезини, который уже успел проявить себя в 1704 г. при постройке форта Кроншлот в Финском заливе. Чертежи и модели крепости утверждал сам Пётр I.
Проектирование каменной крепости велось на протяжении нескольких лет.
Возведение каменных бастионов и куртин предварялось большими земляными работами. Считается, что искусственная насыпь, увеличившая территорию острова примерно на 4000 квадратных сажен, была произведена ещё в 1703 г. с целью укрепления его южного берега. В результате земляных работ изменились очертания самого острова, ставшего напоминать по форме овал.
Под фундаментом стен делали рвы глубиной примерно в одну сажень (2.13 м). В выкопанные рвы забивали круглые сосновые сваи. Они имели длину шесть-восемь метров и отстояли друг от друга на расстоянии около одного метра.
Стены крепостной ограды возводили из хорошо обожжённого кирпича на растворе из серой извести с добавлением крупного песка. Эскарповые стены имели высоту 10-11.5 метров.
Казематированные помещения Петропавловской крепости различались по назначению и назывались в соответствии с этим оборонительными или охранительными. В первой половине XVIII в. в крепости насчитывалось 288 помещений.
Работы по перестройке Петропавловской крепости в камне завершились в основном к 1740 г. Об этом свидетельствует запись в «Летописи Петропавловской крепости». Там записано: «… окончена каменная одежда крепостных верков».
Петропавловская крепость во многом определила характер застройки исторического центра Санкт-Петербурга. Силуэт Флагшточной башни, построенной Трезини в 1731 — 1733 гг. на Нарышкином бастионе, воспринимается с левого берега Невы неотрывно от вертикали колокольни Петропавловского собора и его золоченого шпиля, ставшего ещё при Петре одним из символов основанного им города.
Не меньший интерес представляет и изучение Кронверка Петропавловской крепости. Это укрепление, сооружённое в 1706-1708 гг. для усиления Петропавловской крепости с севера, с наиболее незащищённой природными условиями стороны, по планам XVIII столетия имело вид типичной фортеции.
Любопытен факт, что в результате современных археологических изысканий на месте Кронверка был обнаружен военный лагерь армии Петра I. При этом удалось исследовать место офицерской палатки с очагом, обложенным кирпичами шведского происхождения. Датируется же эта находка зимой 1703-1704 гг., что делает её ровесницей домика Петра Великого.
Нахождение кирпичей шведского происхождения ещё раз доказывает тот факт, что берега эти не были пустынными. Кроме небольших шведских мыз, стоявших поблизости, выше по течению Невы при впадении в неё Охты находился крупный по тому времени город Ниен.
Устье реки Охты издревле являлось одним из наиболее благоприятных для жизни районов на территории современного Санкт-Петербурга. Возвышенное, недосягаемое для наводнений, относительно сухое место с песчаным грунтом имело неоспоримое преимущество по отношению к другим землям в низовьях Невы. Само устье Охты могло служить хорошей гаванью для стоянки судов. Всё это предопределило возникновение здесь центра поселенческой агломерации в устье Невы в допетровскую эпоху.
В 1300 г. шведские рыцари во главе с Тергильсом Кнутсоном, вторгшиеся в пределы Новгородской земли, основали здесь крепость Ландскрону — «Венец земли». В следующем — 1301 г. войска Великого князя Андрея Александровича овладели этой твердыней и разрушили её. Вскоре после этого на мысу при впадении Охты в Неву появилось русское поселение, упоминаемое как сельцо на Усть Охты в Писцовой книге Вотской пятины 1500 г. Позднее оно получило название — Невское устье, или Невский городок.
Во время Смуты, когда территория северо-запада России была занята шведскими войсками, в 1611 г., по приказу короля, в устье Охты возвели крепость Ниеншанц. Первые привилегии на основание здесь города Ниена подписал в 1632 г. король Густав II Адольф. В течение последующих десяти лет королева Кристина пожаловала Ниену полные городские права.
В XVII столетии Ниеншанц неоднократно перестраивался и укреплялся. К концу века он приобретает вид земляного замка с пятью бастионами — в форме звезды. К югу от основной части находился вал с тремя бастионами, защищавший подходы к крепости. Обновлённая крепость была почти километровой по ширине. Мощные земляные валы шириной 20 метров и высотой 8 метров с выступающими вперёд бастионами, 78 пушек и гарнизон из шестисот человек охраняли быстро развивавшийся на правом берегу Охты посад — жилые кварталы и слободы. С крепостью посад связывал подъёмный мост.
Сам город размещался на противоположном — правом берегу Охты. В центре города в окружении усадеб, располагались: ратуша, шведская и немецкая церкви, школа, порт и торговая площадь. Застройка формировалась вдоль рек: Невы, Охты и Чёрной, а также дорог ведущих к Выборгу, Кексгольму и Нотеборгу. В окрестностях Ниена располагались: городской сад, поля, госпиталь, кирпичные заводы и судостроительные мануфактуры.
Начавшаяся Северная война 1700-1721 гг. не обошла стороной и Ниеншанц. 25 апреля 1703 г. русские войска под командованием Петра I и генерал-фельдмаршала Б.П. Шереметева начали штурм Ниеншанца. 1 мая комендант Яков Аполлов сдал крепость. Капитулировавший шведский гарнизон покинул крепость с оружием, знамёнами, барабанным боем, с четырьмя пушками и, по обычаю того времени, держа пули во рту.
Ниеншанц был переименован Петром в Шлотбург. Здесь же на военном совете приняли решение строить новую крепость ближе к устью Невы. Руины прежней шведской фортеции на мысу у устья Охты возвышались вплоть до середины двадцатого столетия, когда были срыты последние укрепления.
По преданию, на месте захоронения русских воинов, погибших при штурме Ниеншанца, сам Пётр посадил дуб. А в канун 200-летия Санкт-Петербурга дуб был обнесён оградой из крепостных пушек. Памятник, находившийся на территории Петрозавода, не сохранился до наших дней. Во время Великой Отечественной войны вражеская бомба расщепила ствол дуба. Новое же дерево, посаженное на месте прежнего, исчезло в 70-е годы при строительстве новых заводских корпусов.
Археологические раскопки на Охте, проводившиеся с 1992 г. Санкт-Петербургской экспедицией, дали богатейший исторический материал. Были обнаружены древние руины, захоронения и многие предметы, связанные с Невским устьем, Ниеном и Ниеншанцом. Среди находок были: осколки пушечных ядер, шведские монеты, голландские курительные трубки, печные изразцы с рельефным изображением тюльпанов, фрагменты парадных немецких кувшинов и стеклянных кубков, кухонные керамические сосуды, бусины, перстень и многое другое.
Исследованы остатки немецкой церкви города Ниена — фундаментальная кладка из известковой плиты и кирпича и обломки кровельной черепицы. С восточной стороны храма располагалось кладбище с массовыми захоронениями.
Три дня ушло у Петра и его войска на гулянья по случаю победы. На четвёртый день к устью Невы подошла шведская эскадра из 9 судов, командовал ею вице-адмирал Нуммерс. Не зная о падении крепости, он известил о своём прибытии двумя пушечными выстрелами. Чтобы обмануть шведа, генерал-фельдмаршал Шереметев приказал сделать ответные выстрелы и повторять сигналы утром и вечером. Благодаря этой хитрости шведы спокойно оставались на рейде в море, а 6 мая два парусника эскадры вошли в Неву и стали на якорь напротив устья Фонтанки, чтобы на рассвете отправиться к Ниеншанцу. Но когда наступило утро, парусники были дерзко атакованы с 30 шлюпок, причём одной из них командовал непосредственно Пётр и Меншиков. Короткий бой закончился в пользу русских. Это была первая морская победа русского флота. В честь победы царь приказал изготовить памятную медаль с надписью «Небывалое бывает». За личное участие и мужество, проявленное в этой необычной операции, Пётр и Меншиков были награждены орденами св. Андрея Первозванного.
Так что не столь пустынными были эти берега.
От событий, предшествовавших строительству Петропавловской крепости, вновь вернёмся к тому времени, когда по воле Петра будущая столица Российской Империи росла не по дням, а по часам, её крепость превращалась в неприступную твердыню для неприятеля.
Одними из основных строителей города были именно военные, размещавшиеся по военным слободам на Петроградской стороне. При этом фактически каждый из полков имел свой полковой храм, о которых до нас тоже дошли некоторые сведенья.
На Петербургской стороне в период 1714-1725 гг. находились слободы двух полков: Невского и Белозерского. Для Белозерского полка к 1719 г. была поставлена Матвеевская церковь, перенесённая из Петропавловской крепости (бывшая церковь апостолов Петра и Павла). К 1719 г. своей церкви у Невского полка не было, и есть предположение, что офицеры и солдаты Невского полка были первоначально прихожанами Матвеевской церкви.
В 1721 г. в полку появилась полотняная церковь, которая находилась на лугу близ будущей Гребецкой улицы. В эту церковь 7 июня 1721 г. назначили пришедшего из города Галича священника Симеона Иванова. 17 мая 1744 г. полотняная церковь была переведена по просьбе полковника Шанкеина в Кронштадт. Вторая церковь строилась по прошению офицеров Невского полка с сентября 1727 г. по январь 1728 г. Согласно указу Его Императорского Величества, «введено на Санкт-Петербургском острову, при оном полку на берегу реки Малой Невы, ко взморью против полкового пикету построить вновь церковь и как она строением всесовершенно окончена будет, то её по правильному чиноположению освятить во имя Благолепного Преображения Господня».
Церковь стояла на живописном участке, омываемом Малой Невой и рекой Ждановкой. Как она выглядела, можно увидеть на плане Махаева 1753 г. Пожар 1740 г. нанёс церкви большой ущерб, «страха ради поколебан был и самый престол». Ученик резного дела, состоящий при Адмиралтействе, Лазарь Добрынин в 1742 г. на свои средства изготовил резной престол, который и был после установлен в церкви Спасо-Преображения к празднику Рождества Христова 15 декабря 1742 г.
Около церкви находилось кладбище (нынешняя территория домов по Ждановской наб., 43 и 45), на котором хоронили как жителей Колтовской слободы (в основном солдат Невского полка), так и переданных «по отношению» из тайной канцелярии, которая находилась поблизости от Спасо-Преображенской церкви на участке на берегу реки Ждановки.
К великому сожалению, не так много памятников сохранилось от Петровского и допетровского времени и тем ценнее те археологические изыскания, которые производятся в последнее время. К тому же традиция установки памятных знаков, к счастью, не умерла. Так в прошлом году на месте одного из бастионов Ниеншанца был создан архитектурно-археологический памятник. Он представляет собой гранитный бастион, на котором установлены старинные орудия. У бастиона сооружён гранитный макет исторической крепости в форме звезды. Внутри неё посажен дуб в знак преемственности эпох как напоминание о богатом прошлом невских берегов.

Канал сайта

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Статьи Тайны истории Тайны Петербурга Военная столица Российской империи