Багира

Пятница, 11 24th

Последнее обновлениеСр, 08 Нояб 2017 2pm

Тайны истории на Дзене — Дзен-канал «Тайны истории»
Тайны истории в Telegam — Телеграмм-канал «Тайны истории»

В конце марта этого года специалисты КГИОПа будучи в нашем музее сообщили мне о том, что главный реставратор арки Главного штаба В.Г. Сорин отыскал какие-то новые факты, компрометирующие нашего первого директора завода М.Е. Кларка1.

Превратности «Славы»

Журнал: История Петербурга №1, 2001 год
Рубрика: Градостроительство и архитектура
Автор: П.Б. Кривская

Фото: колесницы Славы на арке ГенштабаЯ разыскала телефон В.Г. Сорина и позвонила ему. Мы условились встретиться. Но ещё до встречи с ним сначала по телевидению, а затем и из газет я узнала, что, собственно, инкриминируют сегодняшние реставраторы некогда столь уважаемому директору Александровского литейного завода. Первая заметка под заглавием «Куда несётся Колесница Славы» с подзаголовком Спустя 172 года реставраторы исправляют огрехи жуликоватого подрядчика» была опубликована 31 марта в газете «Санкт-Петербургские ведомости» Затем сообщения о тех же самых фактах появились и на телевидении, и на страницах других питерских и даже центральных газет.
Упрекнуть журналистов в столь пристальном внимании к арке, пожалуй, нельзя — ведь она является одним из важнейших символов нашего города. Но, к сожалению, речь в этих заметках хоть и шла о необходимости спасения разрушающегося декора монумента и о плохом техническом его состоянии, однако основная острота всех этих материалов сводилась к обвинению в хищении меди, из которой изготавливали Колесницу Славы. При этом, несмотря на то, что в одном из первых репортажей говорилось, что реставраторы фирмы «Интарсия» исследовали всё, что было связано со строительством этого архитектурного сооружения, почему-то в каждой из этих заметок, непременно имели место какие-либо неточности. Так, в одной из статей говорилось о шести миллиметровом медном листе, а в других — о трёх- или четырёхмиллиметровом. М.Е. Кларка почему-то именовали Артуром, хотя по-английски его звали Метью, а на русский манер, так тогда было принято, Матвей Егорович. В последующих материалах допускались и другие «незначительные» вольности. Однако о жульничестве во всех публикациях говорилось всерьёз. И не мудрено. Ведь сегодня это так актуально, да и детективная подоплёка всегда вызывает больший интерес у читателя.
Думаю, что и нам, прежде всего, нужно ознакомиться с некоторыми подробностями создания этого выдающегося памятника.
И так, арку Главного штаба первоначально, в период правления Александра I, К.И. Росси собирался украсить совсем другой, гораздо более лёгкой и простой, скульптурной композицией. Однако она не понравилась пришедшему к власти в декабре 1825 г. Николаю I. По его настоянию в 1827 г. К.И. Росси создал новый проект: шестёрку лошадей с колесницей и фигурой Славы на ней, столь знакомую всем нам. Но по своим размерам и весу эта скульптурная группа должна была значительно превосходить первоначальный замысел. Новый вариант был завершён Росси в марте 1827 г. И тогда же был поднят вопрос о воплощении его в металле.
Выполнение моделей было поручено лучшим скульпторам, а изготовление было предложено известному владельцу частного чугунолитейного завода Ч. Берду. Он то и предложил делать монумент не из тяжёлого чугуна и не выбитым из железа, как предлагали К.И. Росси и строительная комиссия, а из «самых тонких медных листов, которые обойдутся немного дороже, но будут весьма прочны, легки и видом гораздо лучше»2. В архивах сохранилось письмо, в котором Ч. Берд писал, осмотрев у скульпторов С.С. Пименова и В.И. Демут-Малиновского часть приготовленных моделей и рисунки украшений к Арке: «честь имею уведомить, что отливку чугунных штук принять на себя не могу и не нахожу возможным выбивать таковые из железа»3. По всей видимости, его предложение делать фигуры из листовой меди не было принято. После отказа Берда последовало распоряжение изготовить их на казённом литейном заводе «на предложенных господину Кларку кондициях»4. Что же, прежде всего, оговаривалось в этих кондициях? Ну, естественно: сроки, размеры и стоимость изготовления заказа — 236 тысяч рублей. Заметьте, эта сумма фигурировала в документах строительной комиссии уже в тот момент, когда ещё не было решено, из какого металла будет изготавливаться скульптурная группа. Это было в мае 1827 г. В ноябре того же года К.И. Росси сообщил министру П. Волконскому следующее: «По объяснению моему с господином Кларком оказывается, что если бы колесницу с принадлежностями сделать из листовой меди толщиной 1/8 дюйма (3,17мм), то она будет прочнее, тем более, что и директор завода на сие предложение согласен не испрашивая за то излишней платы. Весу же в медной колеснице, по мнению М.Е. Кларка, будет примерно 1000 пуд (16 т.), а в чугунной полагает 5000 пуд. (80 т.) На таковые изменения в устройстве колесницы осмеливаюсь испрашивать соизволения Вашего Сиятельства». На полях этого письма рукой императора было написано: «Повелеваю поставить медную под бронзу!»5. Я не буду перечислять всех сложностей производственного процесса, о котором, к сожалению, почти не сохранилось сведений, но в документах зафиксировано беспокойство М.Е. Кларка о задержке поставок скульпторами на завод моделей, которые прибывали в течение всего лета, а последние были доставлены на завод только в конце августа 1828 г. А 24 октября 1828 г. директор Кларк рапортовал, что «приготовление металлических фигур и украшений для арки здания на Дворцовой правильной площади приведено ныне к совершенному окончанию»6. При этом по требованию Николая I Кларк дал следующую справку: «Честь имею уведомить, что все украшения, поставленныя на Арках сдания на правильной противу Зимнего дворца площади, приготовлены управляемым мною С.-Петербургским Александровским Литейным заводом по условию со Строительною комиссией за 230 тыс. руб. и особо фундамент под колесницу за 6 тыс. руб. Всего же за сумму 236 тыс. руб. Из числа же сей суммы колесница с парящею Славою стоит 18 тыс. руб., шесть лошадей 72 тыс. рублей, два воина 28 тыс. руб., за металлические стропила, чугунные доски и железные укрепления под колесницу и воинами 6 тыс. руб. Все же означенные фигуры изготовлены выбивкой толстой меди в нарочито вделанные чугунные формы»7. Как видите, в этом отчёте точная толщина медных листов не указывалась. И как деликатно рассуждает А.П. Аспидов, автор исторического исследований, подготовленного для реставрационных работ и опубликованного в сборнике «Невский архив» за 1999 г.: «В этой справке есть одна «неточность»: фигуры были изготовлены Александровским заводом не из толстой меди толщиной 1/8 дюйма (3,71 мм), а из тонких медных листов толщиной всего 1 миллиметр, как было установлено недавними промерами листов на месте»8. Там же автор материала в сноске отмечал, что первым на это обратил внимание бригадир реставраторов В.Г. Сорин (фирма «Арт-Эксперт») А далее А.П. Аспидов совершенно справедливо объяснял: «Листы толщиной 1/8 с большим трудом поддавались формовке, поэтому работа по ним шла медленно, выколотка же тонких листов в чугунных формах позволяла приблизить окончание работ к назначенному сроку. Как писал заводчик Ч. Берд, фигуры при этом получались «весьма прочны, легки и видом гораздо лучше»9. По всей вероятности, М.Е. Кларк не один раз обсуждал проблемы декора арки с Ч. Бердом, ведь этих двух шотландцев связывало давнее содружество. Но А.П. Аспидов далее рассуждает так: «Кларк, не желая, видимо вступать с властями в объяснения, не выдал эту «коммерческую» (и производа венную) тайну» Именно это заставляет утверждать В.Г Сорина, что М.Е. Кларк скрыл, что колесница весила не 16 тонн (1000 пудов), а на самом деле всего 4 тонны. Однако в заметке известного журналиста П.П. Свиньина, помещённой в 1828 г. в журнале «Отечественные записки», — «Нечто о колеснице, устроенной на арке Главного штаба» — сообщалась, что завод сделал колесницу за четыре с половиной месяца10. «При этом вес меди в колеснице с конями был определён в двести пятьдесят пудов…» (т.е. именно четыре тонны) На это сообщение В.Г. Сорин при нашей последней встрече, 12 июля 2000 г. предположил, что П.П. Свиньин который, кстати, о работе Александровского завода имел самое высокое мнение по прежним его работам) получил сведения о колеснице не у директора завода, а у кого-то из мастеровых. И так, на основании всего вышесказанного, приговор был вынесен — «медь украдена».
По началу мне казалось, что разгадать эту тайну невозможно. Ведь внутризаводских документов по изготовлению арки, к великому сожалению, не сохранилось. Но мне всё время не давали покоя вопросы: почему же никто из предыдущих реставраторов (а реставраций было около шести) не обратил внимания на то, что медь была тоньше предполагаемой? Почему дотошный К.И. Росси не предъявлял никаких претензий Кларку, а, наоборот, продолжал работать с ним (например, при строительстве Александрийского театра)? Или Пименов и Демут-Малиновский — неужели они ни разу не поинтересовались, как выбиваются из металла по их моделям фигуры для арки напротив Зимнего дворца? Я обращалась ко многим специалистам, исследовавшим творчество К.И. Росси, а также в Музей городской скульптуры, но желанного ответа так ни от кого и не получила. Хотелось просмотреть ещё и сметы по монетному двору (ведь для изготовления Нарвских триумфальных ворот медь поставлялась именно оттуда), но пока их найти не удалось. Я была очень огорчена. Ведь на основании многих исторических исследований и архивных документов не раз писала об этом периоде деятельности Александровского литейного завода много хорошего, а тут вдруг, в преддверии 175-летнего юбилея предприятия, строитель нашего завода, его первый директор представлен жуликом и авантюристом?!
Торжественное открытие арки состоялось 24 октября 1828 г. 172 года прошло, где искать свидетелей? Обратилась к справочникам по коррозии. И хотя В.Г. Сорин убеждал меня, что медь почти не истончается со временем, я нашла данные о том, что при открытой экспозиции потеря массы меди в год для северного приморского района — 24 г/м2.11 Обратилась за консультацией к заводским специалистам Мне подтвердили возможную потерю примерно двух тонн меди. Тогда получалось не 16 тонн, а около 14. Всё равно это было слишком много.Но вот в архивном деле, в котором собраны материалы «о постройке нового литейного завода на берегу Невы и о заказе заводу разных вещей» я нашла рапорт Матвея Кларка от 22 октября 1828 г. посланный в Департамент Горных и Соляных дел, в ведомстве которого находился завод Назывался он «Записка об устройстве колесницы на правильной дворцовой площади в главном штабе Его Императорского Величества»12. В этом документе М.Е. Кларк отвечал на целый ряд вопросов, которые перед ним ставил департамент, в том числе там было написано: «Вес меди в колеснице с конями заключает в себе около двухсот пятидесяти пуд (то есть около четырёх тонн)…». И в конце документа подпись — М. Кларк.
Получается, что директор Александровского завода вовсе не скрывал истинного веса колесницы, если рапортовал об этом в департамент вышестоящему начальнику накануне открытия арки. Более того, вчитываясь в рукописные тексты этого весьма объёмного архивного дела, я наткнулась на записку, в которой выше упомянутый П.П Свиньин «свидетельствует своё истинное почтение Егору Васильевичу И. Карнееву — директору Департамента Горных и Соляных дел. — П.К.) и приносит искреннюю благодарность свою за сообщение сведений о колеснице с конями, но к довершению оных покорнейше просит доставить подробное описание всех частей сих любопытных предметов». На этом документе есть и надпись, сделанная рукой Е.В. Карнеева: «Писать к господину Кларку, послать чертежи к г. Свиньину»13. Вот вам и источник получения сведений журналистом.
Упрёки же и подозрения в хищении меди, прозвучавшие со страниц уважаемых газет и подхваченные телевидением, по меньшей мере заставляют вспомнить строки поэта: «Не мог щадить он нашей славы…». Обидно только, что, как всегда, не иностранцы, а мы сами россияне, как-то небрежно относимся к нашей славе, пытаясь усмотреть во всём злой умысел, а ещё лучше — криминал, и позлословить.
Ну а как же всё-таки быть с погрешностями в создании несущих конструкций? Ведь они существовали на самом деле. И слабый каркас, и недостаточный крепёж, и отсутствие дренажа, и использование различных металлов при укреплении медной «одежды» способствовали ускорению коррозии. Всё это так. Однако напомню ещё раз, что памятник был изготовлен заводом и смонтирован на месте всего за четыре с половиной месяца. Технология же его выполнения и монтажа менялась на ходу. Кстати, о том, что колесница требует тщательного ухода хорошо знал император Николай I — виновник того, что на создание украшений арки отпущен столь короткий срок Будучи неплохим инженером, он в 1830 г. утвердил за ними надзор и приказал ежегодно выделять 4 тысячи рублей «на хранение и сбережение в надлежащей исправности колесницы с металлическими украшениями и комнатой над аркой»14.
И всё-таки недостатки проявились в 1842 г. чему способствовала прошедшая в Петербурге буря, спровоцировавшая падение деталей двуглавого орла, весом более пуда. Это происшествие вызвало необходимость обследования всей колесницы. Работа была проведена мастером Александровского завода Симоном Костиным по приказу нового директора завода — давнего сподвижника M.E. Кларка И.А. Фуллона15. Но прежде чем говорить о результатах того обследования, следует сказать о том, какой разрушительной силы стихийное бедствие его вызвало Как сообщала газета «Петербургские ведомости», во время бури было оторвано от берега несколько мостов, сорваны крыши с домов, вырвано с корнем множеаво деревьев, опрокинуто и потоплено несколько барж»16. Так что стихия разыгралась не на шутку. И не удивительно, что она нанесла значительный урон такой сложной конструкции. После обследования арки С. Костиным был составлен перечень необходимых исправлений17, который, между прочим, в то время ни у кого не вызвал негодования. По всей видимости, рабочие материалы и чертежи, утвержденные строительной комиссией, в то время ещё хранились на заводе. Правда, наши современники усмотрели умысел и в том, что ущерб, нанесённый стихией, было поручено устранить заводским мастерам, дескать, специально сделали брак, чтобы потом с казны денежки получать за ремонт.
И всё-таки, какие выводы сделал И.А. Фуллон, получив сей перечень? Он предлагал, ввиду надвигающейся зимы начать проведение ремонта в следующем, 1843 г. И одним из важнейших элементов предстоящих исправлений называл необходимость усиления каркаса и связей монумента.
Однако ремонт 1843 г. носил скорее косметический характер, и к усилению крепежа специалисты вынуждены были вернуться только в 1851 г.18 Все остальные попытки реставрации до 1906 г. носили скорее эпистолярный (судя по обилию документов) характер, а на самом деле, были весьма фрагментарными. После основательного ремонта в 1906 г., украшения арки периодически обследовались, но крупных реставрационных работ до сего времени на ней не проводилось.
Можно, конечно, и далее рассуждать о печальной судьбе памятника, украшавшего город 172 года. Но все мы надеемся, что сегодняшние реставраторы, используя современные технологии, окажутся на высоте и приведут в порядок этот знаменитый символ нашего города. Хотелось бы, чтобы мастера сегодняшнего времени, были более корректны в претензиях к мастерам прошлого. Ведь к периоду появления украшений на арке Главного штаба, российский опыт по созданию и монолитных памятников был не велик, а памятники выбитые из меди и вовсе были новинкой.
Ну, а что же «жуликоватый» Кларк и его мастера «бракоделы»? Они не могут сегодня опровергнуть обвинений, прозвучавших в их адрес. Но заступниками их чести стоят Нарвские и Московские ворота, конструкции Александринки и Зимнего, львы на Адмиралтейской набережной, ограды Смольного и Преображенского соборов, металлический декор Коттеджа и готической Капеллы — сохранившиеся или возрождённые. Да, все они подвластны времени и требуют постоянного ухода и периодического обновления, особенно в преддверии 300-летия города. И не только потому, что были когда-то красивы, но и потому, что без них немыслим Петербург.
________
1 Кларк Матвей Егорович. 1776-1846 гг. — Известный инженер-новатор. Работал с архитекторами К.И Росси, В.П. Стасовым и др. С 1811 г. — смотритель Санкт-Петербургского чугунолитейного завода (ныне АО Юровский завод»), с 1826 по1842 гг. — директор Александровского литейного завода (ныне ОАО «Пролетарский завод»), в состав которого вошёл и Санкт-Петербургский чугунолитейный завец, на территории которого и создавался металлический декор для арки Главного штаба. См.: Кривская П Б. Матвей Егорович Кларк — первый директор Санкт-Петербургского Александровского литейного завода // Петербургские чтения-97: Материалы Энцикл. б-ки «Санкт-Петербург — 2003» СПб., 1997. С. 542-544.
2 Российский государственный исторический архив (РГИА). Ф. 468. Оп. 35. Д. 98. Л. 17.
3 Там же Л. 32.
4 Там же. Л. 37.
5 Там же. Л. 89.
6 Там же. Л. 120.
7 Там же. Л. 127.
8 Аспидов АП. Слава над городом // Невский архив. Ист. краевед, сб. СПб., 1999. Вып. 4. С. 220.
9 РГИА Ф 468. Оп 35. Д. 98. Л. 17.
10 Свиньин П.П. Нечто о колеснице, устроенной на арке главного штаба // Отеч, зал. 1828. Ч 36. С. 520-523.
11 Берукштис Г.К., Кларк Г.Б Атмосферная коррозия стали цинка кадмия меди и алюминия в различных приморских и континентальных районах // Коррозия металлов и сплавов. 1965. Сб. 2. С. 337.
12 РГИА. Ф 37. Оп. 2. Д. 26. Л. 123-124 об.
13 Там же. Л.131.
14 Там же. Ф. 560.Оп.15.Д15. Л 3.
15 Там же. Д. 104. Л. 4-6.
16 С-Петерб. ведомости. 1842 30 авг.
17 РГИА. Ф 560. Оп. 15. Д 104. Л. 5. 5об.
18 Там же. Ф 218. Оп.1. Д 7567. Л. 1-15, Ф 560. Оп. 22. Д 516.

От редакции: Как известно, в ночь на 1 января 2001 года на Дворцовой площади Петербурга проходили массовые гуляния горожан. В 0 часов 20 минут от пиротехнической ракеты произошло возгорание строительных лесов, ограждающих на арке Главного штаба Колесницу Славы. Пожар удалось потушить лишь через час. В результате сильно пострадала скульптура богини Ники, реставрация которой была завершена совсем недавно. По предварительным оценкам экспертов уничтожено 80% статуи. Затраты на новую реставрацию составят 2 млн. 125 тыс. рублей. (Санкт-Петербургские ведомости. 2001. 6 янв.).

Канал сайта

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Статьи Тайны истории Тайны Петербурга Превратности «Славы»