Багира

Суббота, 09 23rd

Последнее обновлениеСб, 23 Сен 2017 6am

Мне (Д. Инзову) время от времени приходится слышать упрёк, будто я чрезмерно «очерняю» русскую действительность XVIII-XIX веков. И что, мол, Инзов, сравнивая русское крепостное право с античным рабством, явно перегибает палку и т.д.

Рабство в России

Журнал: Запретная история №11(28), 2017 год
Рубрика: Неизвестная история России
Автор: Дмитрий Инзов

О чём не расскажут по ТВ?

Ходоки от рабов молят о спасении

Фото: крепостное правоВ связи с этим хочу поделиться с вами интересным «первоисточником» — отрывком из воспоминаний известной в своё время писательницы и общественной деятельницы — Елизаветы Водовозовой (1844-1923).
Дочка помещика, она застала последние годы крепостного права на Руси. И вот она вспоминает один случай: к её матушке пришли с мольбой о помощи крепостные маминого братца (стало быть — дяди Лизы Водовозовой) — генерала Гонецкого.
И вот пришли, значит, к маменьке посланцы от крепостных рабов её родного брата. Мол — спаси, матушка! Житья нет от немца-управляющего! Барин-то — братец ваш — всё больше в Петербурге обретается. Вот и оставил заместо себя немецкого управляющего по имени Карл (которого крестьяне называли презрительно — Карла). А тот устроил у нас в деревнях такое…
И в общем, значит, сестрица генерала Гонецкого всё-таки решила посмотреть — что ж там такое в деревнях её брата происходит. Берёт она в охапку свою малолетнюю дочурку (Лизу Водовозову) да пяток своих крепостных мужиков — для охраны. Ну и поехала.
Приехала, значит, всё посмотрела, побеседовала с рабским контингентом. Вернулась под впечатлением. И эти свои впечатления она изложила в письме к своему брату-генералу в стольный город Санкт-Петербург.
Черновик письма сохранился в семейном архиве — поэтому Елизавета Водовозова и смогла его привести в своих мемуарах. Так почитаем же, друзья!

Горбун и «Карла»: кровавые развлечения садистов

Ну, вводную часть пропустим. Перейдём сразу к главному. Вот что пишет сестра своему старшему брату (по старорежимным понятиям того времени она обращается к нему на «Вы»): «Карла бьёт смертным боем, мучительно истязает ваших подданных, ежели рабочий опоздает на работу, либо покажется Карлу, что он работает медленно, а, боже храни, ежели крестьянин пожалуется на свою хворь, а хуже того на свои недостатки, — на такого налагается бесчеловечная расправа плетью, а в придачу удары толстой палкой.
Сзади Карлы всюду, как его тень, ходит горбун Митрошка, у которого давно отсечена кисть правой руки. Так как он калека, то Карла приноровил его своим заплечных дел мастером. Куда идёт Карла, туда и горбун тащится с плетью через плечо, а у самого-то Карлы в руках всегда толстая-претолстая палка с медным набалдашником.
Чуть кто провинится, будь то на току, на жнитве либо на косовице, Карла махнет рукой, а уж Митрошка знает, что делать: сейчас срывает с провинившегося одежду догола, валит на землю, садится на него, а сам Карла, непременно сам, начинает полосовать плетью. Так он наказывает и женщин, и мужчин.
Несколько месяцев тому назад двух женщин запорол насмерть: одна умерла через два дня, а другая — через две недели. Было и следствие, — отвертелся большими взятками; крючкотворы судейские и полицейские обелили его на таком основании, что обе бабы умерли не от его, немцевой, лютости и не во время экзекуции, а что они были хворые
».

«Право первой ночи» — теперь и в России!

А сейчас — небольшое отступление. Вот в прошлом номере, беседуя с вами о картине В. Поленова «Право господина» (1874 год), я начал было рассказывать, что так называемое право первой ночи существовало не только в дремучие средневековые времена в Европе, но и в крепостной (рабовладельческой) Российской империи вплоть до 1861 года. Только начал, помню, рассказывать — да страница-то и кончилась! Места не хватило! Я обещал тогда потом дорассказать. И вот — выполняю обещание. Рассказываю. А точнее — цитирую исторический документ. Итак, что же там дальше пишет сестрица генерала Гонецкого?

Свадьба в «старой доброй России»: насилуют невест, а женихов сажают на епь

«Немец учиняет над вашими крепостными и более мерзкие истязания, о которых я, как женщина, не должна была бы и писать вам, дорогой братец… Но, имея в виду то, что вам, может быть, придётся сие моё письмо присовокупить к какому-нибудь форменному заявлению, я решаюсь и на сии беззакония раскрыть вам глаза и подтверждаю, что готова под присягой показывать все, о чём упоминаю вам.
Сие нечистое животное растлил всех девок ваших деревень и требует к себе каждую смазливую невесту на первую ночь. Если же сиё не понравится самой девке либо её матери или жениху, и они осмелятся умолять его не трогать её, то их всех, по заведённому порядку, наказывают плетью, а девке-невесте на неделю, а то и на две надевают на шею для помехи спанью рогатку. Рогатка замыкается, а ключ Карла прячет в свой карман. Мужику же, молодому мужу, выказавшему сопротивление тому, чтобы Карла растлил только что повенчанную с ним девку, обматывают вокруг шеи собачью цепь и укрепляют её у ворот дома…
».

Единственное спасение для крепостного раба: камень на шею — и в воду!


«Многие помещики наши весьма изрядные развратники, — продолжает мадам Водовозова-старшая, — кроме законных жён, имеют наложниц из крепостных, устраивают у себя грязные дебоши, частенько порют своих крестьян, но, во всяком случае, не калечат их, не злобствуют на них в такой мере, не до такоу грязи развращают их жён и детей.
Касательно же рогаток на шею бабам и сажания человека, как настоящего пса, на цепь, — этого по нашим местам никто никогда не слыхивал даже из старых людей; не слышно было до него и пакости насчёт невест крестьян. Улики насчёт последнего налицо: сама видала нескольких крестьянских ребят с толстой, отвислой губой злодея, и мужики так и называют их «карлятами».
Скольких работников вы, братец, лишились из-за Карлы: одни из ваших крестьян в бегах, другие утопились и повесились, третьи вечными калеками поделались, остальные с виду жалки, слабосильны и едва ли могут хорошо исполнять настоящую крестьянскую работу, а те, что подрастают, ещё хуже. Я каждый день жду, что крестьяне что-нибудь учинят над своим лиходеем, — ведь на каторге им жить, почитай, легче будет, чем у немца…
».

Отмороженный солдафон презирает насильников

Генерал Понецкий был отмороженным солдафоном, но он с презрением относился к насильникам и развратникам. Поэтому письмо сестрицы возымело действие. Немца-управляющего прогнали. Убийства, пытки и массовые изнасилования на плантациях Гонецкого прекратились. Так что крепостным в данным случае свезло — что у барина оказалась такая человеколюбивая сестрица (она для рабов Гонецкого стала чем-то в роде местночтимой святой). А сколько было помещиков, у которых не оказалось такой гуманной сестрицы? Или сестрица была — но тоже была маньячка и садистка? (А ведь таких дворянок-садисток в Российской империи было пруд пруди! Я вам ещё расскажу о некоторых из таких — чуть попозже.)
В общем, Российская империя до 1861 года была, вопреки мнению многих, не местом, где повсеместно слышались «вальсы Шуберта и хруст французской булки». В действительности же это была территория, где царил — говоря интернетовским сленгом — полный «Адъ и Израиль» (кошмар и ужас). Ну и кто там что «очерняет», братцы? Да Инзова почитать — это вообще веселуха! По сравнению с сухим языком исторических документов — от которых волосы встают дыбом…

Что такое «рогатке»?

«Рогатка» в старину на Руси — это вовсе не детская игрушка для стрельбы по воробьям. Так назывался железный или деревянный обруч с длинными шипами, надеваемый на шею провинившемуся рабу или рабыне. Суть издевательства состоит в том, что с такой вот штукой на шее человек может спать только сидя (попробуйте-ка лечь с таким шипами!). Не говоря уж о том, что сами по себе эти ошейники были очень тяжелы и натирали шею до крови. И такие вот «рогатки» провинившиеся рабы носили неделями, а то и месяцами!

Эдгар По отдыхает!

Во всем мире, знаете, большой известностью пользуются «страшные» рассказы писателя Эдгара Аллана По. Ну, там, «Колодец и маятник», «Маска Красной смерти» и т.д. В России этот писатель тоже довольно популярен. По «ящику» (ТВ) вот часто показывают его экранизации. Женщины пугаются.
Но настоящий-то ужас в том, что рассказы Эдгара По — они фантазийные. Выдуманные. А истории из жизни русского народа времён крепостного права (которые вам рассказывает «мерзавец» Инзов) — они настоящие! И причём эти истории такие — что Эдгар По, как говорится, нервно курит в сторонке..

Канал сайта

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Статьи Тайны истории Крестьянство Рабство в России