Багира

Воскресенье, 09 24th

Последнее обновлениеВс, 24 Сен 2017 2pm

Первое достоверное летописное сообщение о росписи Софии Новгородской относится к 1108 г.: «В лето 6616. Преставися архиепископъ новъгородьскый Никита, месяца генваря в 30; а на весну почяшя пьсати святую Софию, стяжанием святого владыки»1.

О датировке древнейших фресок Софийского собора в Новгороде (XI — начала XII вв.)

Журнал: Советская археология №1, 1968 год
Рубрика: Статьи
Автор: В.Г. Брюсова

Новгородские летописи XVII в. начало росписи Софии относят к более ранней дате, к 1050-1052 гг., т.е. ко времени её построения. Сообщение о закладке Софии в 1045 г. князем Владимиром Ярославичем дополнено в НЗЛ «Сказанием о св. Софии новгородской», в котором повествуется: «а делаша ю 7 лет… и устроив церковь приведоша иконных писцов из Царяграда, и начаша додписывати во главе, и написаша образ господа бога и Спаса нашего Иисуса Христа со благословящею рукою…»2.
В исторической литературе Новгорода XIX в. оба свидетельства принимались как достоверные: роспись 1108 г. рассматривалась как продолжение работ, начатых в 1051-1052 гг.3. Древние фрески тогда не были известны. Они находились под записями.
В 90-х годах XIX в. акад. В. В. Сусловым была открыта роспись центральной главы с изображением архангелов и пророков, стенопись в проёмах алтарных арок — святители Анатолий, Карп, Поликарп и Герман, фреска Константина и Елены на пилоне Мартирьевской паперти и ряд более мелких фрагментов древней стенописи. Роспись купола Софии В.В. Суслов датировал XII в., фреску Константина и Елены — XI в.4.
В 1915 г. В.К. Мясоедов опубликовал фрески Софийского собора. Для росписи барабана он принял дату В.В. Суслова; полагая, что показания летописей XVII в. о росписи Софии в 1052 г. принадлежат источнику позднему и недостоверному, он отдаёт предпочтение сообщению Н1Л о начале работ по росписи Софии в 1108 г. 5. Появление фрески Константина и Елены в Мартирьевской паперти Мясоедов поставил в связь с указанием новгородских летописей под 1144 г. : «Въ то лето испьсаша честно притворы вся въ святей Софии Новегороде, архиепископъ Нифонтъ»6. Впоследствии дата росписи центральной главы — 1108 г. — была принята и другими авторами7.
________
1 Н1Л, М. — Л., 1950, стр. 19.
2 Н2Л; НЗЛ; СПб., 1879, стр. 145-146, примеч. 181, 182.
3 Mакарий. Археологическое описание церковных древностей в Новгороде и его окрестностях. I, M., 1860, стр. 42-46; П. Соловьёв. Описание Новгородского Софийского собора. СПб., 1858, стр. 89.
4 В.В. Суслов. Новгородский Софийский собор. Тр. Х AC, III, M., 1900, Протоколы, стр. 71.
5 В.К. Мясоедов. Фрагменты фресковой росписи св. Софии новгородской. ЗОРСА РАО, X, 1915, стр. 15-34.
6 Н1Л, стр. 27.
7 В.Н. Лазарев. Искусство Новгорода. М. — Л., 1947, стр. 23, 24; Ю.Н. Дмитриев. Стенные росписи Новгорода, их реставрация и исследование. Сб. «Практика реставрационных работ», М., 1950, стр. 136-139.

Что касается фрески Константина и Елены, мнение В.К. Мясоедова о времени её возникновения было пересмотрено, и её стали датировать серединой XI в.8.
Работы, проведённые в Софийском соборе в 1961-1966 гг., сопровождавшиеся архитектурно-археологическим исследованием памятника и реставрацией фресок, дали новые материалы для изучения стенописи Софии. Все открытые в раскопах in situ фрески были тщательно обследованы. Зафиксирована стратиграфия их по отношению к уровню древнейшего пола и последующих повышений его9. Классификация фрагментов фресок по типам штукатурного грунта и технике выполнения стенописи позволила установить несколько видов росписей домонгольского периода. Их оказалось больше, чем считали до сих пор: не три вида стенописи — середины XI в., 1108 и 1144 гг.10, а шесть-семь. При этом было установлено, что фрески главы по техническим признакам занимают совершенно обособленное место по отношению ко всем другим выявленным видам росписей. Это заставляет вернуться к вопросу о датировке сохранившихся фрагментов стенописи Софии.
Настоящее сообщение является кратким изложением исследования о древнейших росписях Софийского собора, возникших в первое шестидесятилетие после построения памятника.
Наиболее ранняя роспись Софии, бесспорно, представлена фресками, выполненными на розовой цемянке. Фрагменты этого вида стенописи с остатками орнаментальных росписей и отдельных композиций открыты частью ещё В.В. Сусловым, а затем А.Л. Монгайтом в 1946 г. 11, М.К. Каргером — в 1955 г. 12 и Г.М. Штендером в 1963 г. На южном простенке восточного отсека южного нефа М.К. Каргером была открыта часть композиции с изображением позема и следами горок.В. В. Суслов отмечал, что на заплечниках северного столба в середине собора, рядом с западным пилоном храма, были открыты изображения двух святых. Сохранившиеся фрагменты росписей по цемянке позволили высказать предположение, что непосредственно после построения Софии на некоторых простенках и столбах были написаны отдельные, иконного типа композиции13.
К древнейшему периоду принадлежит и фреска Константина и Елены. Однако по технике выполнения эта фреска отличается от других росписей по цемянке: она была написана по просохшей штукатурке, по тонкому слою известковой подгрунтовки. Это вид стенописи, неизвестный в древнерусской монументальной живописи, распространён в странах Восточной Европы и в литературе получил название «фреско-секко»14.
________
8 Новая датировка фрески была предложена Н.Г. Порфиридовым (Н.Г. Порфиридов. Древний Новгород. М. — Л., 1947, стр. 287) и подкреплена исследованием Ю.Н. Дмитриева (Ю.Н. Дмитриев. Заметки по технике русских стенных росписей X- XII вв. Ежегодник Института истории искусств.М., 1954, стр. 238-278).
9 Материалы к отчётам о работах в Софии Новгородской научно-реставрационной мастерской и Центральной научно-реставрационной мастерской. Архитектурно-археологические работы производились под наблюдением руководителя проектной группы НСНРПМ Г.М. Штендера и архитектора Л.М. Щуляк. Реставрация фресок произведена художниками-реставраторами ЦНРМ с 1961 по 1963 гг. под моим руководством как заведующего сектором монументальной живописи ЦНРМ.
10 С росписью 1144 г. в настоящее время связывают фрески Мартирьевской паперти — Деисуса и других фрагментов. Эта дата не подтверждается исследованиями. Стенопись южной паперти возникла, как это установлено автором, при архиепископе Мартирии около 1195-1196 гг. Со стенописью 1144 г. ныне можно связать отдельные фрагменты в раскопках Корсунской паперти, на пилоне западного входа в Софию.
11 Ю.Н. Дмитриев. Стенные росписи Новгорода, стр. 153, 154.
12 М.К. Каргер. Отчёт об археологических раскопках в новгородском Софийском соборе в 1955 г. Архив ИА АН СССР. Р-1, дело №1217.
13 В.Н. Лазарев. Живопись Новгорода. ИРИ, III, M., 1955, стр. 74.
14 Б. Сланский. Техника живописи.М., 1962, стр. 327, 328. Особенности техники выполнения фрески Константина и Елены отмечены Ю.Н. Дмитриевым, см. «Заметки по технике русских стенных росписей X- XII вв.», стр. 271-276.

Сухая штукатурка смачивалась и на неё наносилось два-три тонких слоя извести. В краски, растертые на воде, добавлялась гашеная известь «ибо количество связующего, которое они получают снизу из грунта, является недостаточным… вся живопись после высыхания значительно высветляется и приобретает пастельный, мутный характер»15. Тонкий слой подгрун-товки быстро высыхал и требовал быстроты выполнения, исключающей возможность тщательной проработки живописи путём наложения нескольких слоёв краски. Этим в значительной степени объясняется подчёркнуто графическая манера письма и эскизная лёгкость живописи в этой фреске. Учитывая особенности выполнения, едва ли правомерно говорить о её исключительности в отношении стиля и рассматривать изображение Константина и Елены как своего рода «феномен»16. По основным стилистическим признакам оно без труда найдёт себе место в ряду памятников русской монументальной живописи XI в. так же, как и в византийском искусстве этого времени.
Фигуры Константина и Елены статичны и бесплотны. Все внимание художник обратил на роскошь царских одеяний, щедро украшенных драгоценностями, схематическое выполнение которых подчиняет изображение плоскостному узору. Более живо написаны лица. Близкие аналогии этой фреске можно найти в произведениях византийской миниатюры, и это закономерно, поскольку техника выполнения фрески приближается к живописи акварелью. В качестве примера можно привести, например, миниатюру с изображением императора Никифора Вотаниата и императрицы Марии из рукописи «Слова Иоанна Златоуста» 1078-1081 гг. в Парижской Национальной библиотеке17, а также в миниатюре из евангелия Пармской Палатинской библиотеки с изображением Рождества Христова и Константина и Елены конца XI в.18. Д.В. Айналов отметил сходство фрески Константина и Елены с изображением Адриана и Наталии в северном притворе киевского Софийского собора19. Близки этой фреске и некоторые изображения а барабане Софии новгородской, как, например, архангелы и царь Соломон20.
По мнению В.Н. Лазарева, присутствие на фреске Константина и Елены русской надписи «Олёна» (ныне утраченной) и её диалектологические особенности «рассеивают всякие сомнения относительно принадлежности росписи местному новгородскому мастеру21. Согласиться с этим трудно. Считать фреску работой русского мастера только на том основании, что она имела русскую надпись, с моей точки зрения, является доводом не вполне достаточным22. Этому противоречит не только такая характерная особенность, как «чисто восточный тип» лица Елены23. Утончённая изысканность трактовки художественного образа, блестящее мастерство живописи, корни которых следует искать в самых высоких достижениях восточнохристианского искусства, едва ли могли проявиться с таким совершенством на почве местного новгородского искусства в самый начальный его период. Всё это заставляет предполагать, что фреска написана византийским художником, по крайней мере им написаны лица.
________
15 Б. Сланский. Ук. соч., стр. 328.
16 В.Н. Лазарев. Живопись Новгорода. ИРИ, II, М., 1954, стр. 74.
17 В.Н. Лазарев. История византийской живописи. II, М., 1948, табл. 138.
18 Там же, I, M., 1947, табл. XXVI (вкл, между стр. 108 и 109).
19 D. Ainа1оv. Geschichte der Russischen Monumentalkunst der vormoskoviti-schen Zeit. Berlin — Leipzig, 1932, стр. 42.
20 Фреска воспроизведена В. Мясоедовым; см. В.К. Mясоедов. Ук. соч., рис. 10, стр. 27.
21 В.Н. Лазарев. Живопись Новгорода. ИРИ, II, стр. 74.
22 В таком случае следовало бы признать, что купольная роспись Спасо-Преоб-раженского собора в Новгороде выполнена не Феофаном Греком, а новгородским мастером, так как надписи в ней тоже русские.
23 В.Н. Лазарев. Живопись Новгорода. ИРИ, И, стр. 74.

Графитти в башне Софийского собора
Рис. 1. Графитти в башне Софийского собора в Новгороде

Тема фрески стоит в непосредственной связи с датой начала строительства Софии и его завершением. Графитти в башне Софийского собора с текстом: «почали делати на стааго Костянтина и Елены» (рис. 1)24 отмечает, несомненно, начало построения Софии — 21 мая 1045 г. Освящение Софии, как отмечают летописи, состоялось на праздник Воздвижения креста господня, 14 сентября25. Основная тема службы на Воздвижение — явление креста царю Константину и обретение креста матерью его, царицей Еленой. Предпразднование Воздвижению — праздник Обновления храма Воскресения (13 сентября), установленный в память о построении Константином и Еленой храма над гробом господним. Иконографическое содержание фрески Константина и Елены представляло собою историческую параллель между сооружением храма Воскресения, построенным Константином и Еленой в период утверждения христианства как государственной перкви, и построением христианских храмов на Руси, в частности Софии новгородской как символа торжества христианства и «освобождения русской земли от тьмы язычества». Фреска Константина и Елены размещённая в непосредственной близости от главного входа в Софию — южного, со стороны площади, могла быть написана специально к обряду освящения Софии.
Эта фреска, как и фрагменты стенописи на цемяночном грунте, связаны, таким образом, со временем построения собора в 1050-1052 гг. Тем самым получает подтверждение сообщение НЗЛ о росписи Софии в 1051-1052 гг., не зафиксированного древнейшими новгородскими летописями. Запись HI Л под 1108 г. «почяшя пьсати святую Софию» тем самым имеет в виду не начало работ по росписи Софии вообще26, но начало работ 1108 г., которые, по-видимому, затянулись на несколько лет.
________
24 Графитти найдена Г.М. Штендером, предоставившим мне её фотографию, за что я приношу ему благодарность.
25 H1Л старшего извода дату освящения Софии не отмечает. В новгородских летописях XVI-XVII вв. встречаются две даты: 1050 и 1052 гг. Исследование вопроса позволяет признать достоверность второй даты — 1052 г.
26 Так полагает В.К. Мясоедов. Ук. соч., стр. 32.

Стенопись 1108 г. представлена многочисленной группой фрагментов, открытых in situ в раскопках главного помещения храма и его приделов. Штукатурный грунт этого вида росписи — одно — и двухслойный, толщиною в среднем около 2 см, а в местах неровностей кладки достигает 4-5 см, плотный по консистенции, тяжёлый по весу, желтоватого цвета, ев-держит в себе в умеренном количестве растительные добавки в виде волокон тонкорезаной соломы. При увлажнении плотность штукатурки увеличивается, что указывает на его высокие гидравлические свойства. Поверхность штукатурной массы уплотнена и заглажена, но имеет матовый вид.
Стенопись в раскопках представлена преимущественно орнаментальными росписями с растительными мотивами, или в виде мотива «городков» с крупными уступами27. Встречаются также и фрагменты композиций или однофигурных изображений, от которых сохранились нижние части фигур на светло-зелёном поземе28.
Живопись исполнена смешанной фресково-темперной техникой. Фон перекрыт ультрамарином по рефтяной подготовке. Одежды различных оттенков розового, зелёного и красно-коричневого цвета. Пробелы на одеж~ дах часто утрачены до цветной подготовки, открывая прорисовку контура и складок в технике аль-фреско.
К этому же виду росписи принадлежат фрески проёмов алтарных арок с изображением святителей29. Фрески написаны в широкой обобщенной манере. Святители стоят в спокойных, неподвижных позах, в торжественном предстоянии. Рисунок фигур подчинён общему ритму, плавному и несколько однообразному. Наиболее близкую аналогию этим изображениям представляют фрески в башне Георгиевского собора Юрьевского монастыря 20-х годов XII в. Головы святителей написаны по основному коричневатому тону постепенным высветлением розоватой разбеленой охрой, с зеленоватыми притенениями. Нимбы — охряные, с чёрной и белой обводкой.
В раскопках штукатурный грунт этого вида росписей лежит на потемневшей от времени, местами закопчённой и покрытой графитти цемянке, что указывает на известный промежуток времени между построением Софии и росписью. Живопись, вместе с тем, доходит повсеместно до древнейшего уровня пола, который, как установлено исследованиями Г.М. Штендера, приходится на отметке 140-180 см. Позднейшие повышения уровня пола, относящиеся к домонгольскому времени, — трёх- и четырёхкратные, частично закрывают её. Местонахождение фресок в раскопках доказывает, что роспись выполнена в 1108 г.
Присутствие фрагментов стенописи 1108 г. не только в главном помещении Софийского собора, но и в трёх приделах — Рождества Богородицы, Иоанна Богослова и Иоанна Предтечи является бесспорным свидетельством того, что приделы существовали изначально, что подтверждается и архитектурно-археологическим исследованием Г.М. Штендера. Установление первоначального вида приделов и последующих перестроек требует специального рассмотрения.
Установление технических особенностей стенописи начала XII в. имеет важное значение для проверки основательности принятой в настоящее время датировки купольной росписи Софии, как стенописи 1108 г. Роспись центральной главы заключает в себе изображения архангелов30 и пророков, и фрагменты фона и нимба утраченной фрески Вседержителя31. Штукатурный слой этой росписи нанесён толстым наметом от 6 до 12 см, в несколько слоёв и содержит много добавок крупнорезаной соломы и зёрен32. Штукатурка ярко выраженного желтовато-розоватого оттенка из-за примесей цемянки, легка на вес, крошится; при увлажнении её прочность значительно уменьшается. Поверхность штукатурки отполированная.
Совершенно иные, чем в стенописи 1108 г., пигменты, среди которых преобладают тёмно-красная краска сизовато-пурпурного оттенка, глубокий тёмно-синий цвет, тёмно-жёлтая охра, белила, слегка подцвеченные розовым, зелёным или жёлтым цветом (например, в одеждах пророков). В определении принадлежности росписи тому или иному виду стенописи первостепенное значение имеют такие элементы цветового построения, как фон, поземы, нимбы. Эти элементы обычно едины во всём ансамбле росписей, что является одним из основных принципов монументально-декоративной живописи. Однако в росписи купола и в стенописи 1108 г. они совершенно различны. Фон купольной росписи прокрыт одним тоном черно-синего цвета, местами с приплесками охры, тогда как в росписи начала XII в. фон двуслойный и состоит из рефтяной подготовки, прокрытой ультрамарином33. Нимбы и прокладка под волосы — не жёлтого цвета, а тёмно-красного. Иная красочная палитра росписей: краски фресок купола неяркие, и в них шире диапазон от тёмных к светлым тонам. Иная и живописная система: мастер идёт не от постепенного наложения высветлений по основной подготовке, как в стенописи 1108 г., в его живописных приёмах равнозначны и светлые, сильно разведённые белилами цвета, и тёмные описи в тенях. В письме лиц лепка формы достигается не постепенным наслоением карнации, но смешением плотных сплавов краски в процессе письма, таким образом, что один цвет постепенно переходит в другой. Плотная корпусная поверхность живописи напоминает энкаустику.
Роспись купола была, конечно, выполнена не одним мастером, как полагал Ю.Н. Дмитриев34. В стенописи центральной главы сосуществуют рядом изображения, различные по уровню художественного исполнения и характеристике художественного образа.
Единственное сохранившееся почти полностью изображение архангела в куполе (остальные три фигуры утрачены в верхней части по грудь) принадлежит, несомненно, византийскому художнику — представителю царьградской школы.
________
27 Наиболее значительные фрагменты орнаментальной росписи открыты на южном пилоне главного алтаря и в Рождественском приделе — на южной стороне западного дверного проёма и на южной стене, в нише.
28 Фрагменты с остатками фигур открыты на южном пилоне главного алтаря, в Рождественском приделе — на южном алтарном пилоне и на южном простенке западной стены, в приделе Иоанна Богослова — в простенке южной стены, а также в приделе Иоанна Предтечи, в западной части северной стены, в нише аркосолия.
29 Технические особенности живописи проёмов алтарных арок были обследованы иною при реставрационных работах в 1946 г.
30 Между фигурами архангелов обнаружены следы изображений четырёх херувимов, восходящие к первоначальному времени.
31 Фрески главы пострадали в 1942 г., некоторые из них, например изображение царя Давида, полностью утрачены.
32 Присутствие добавок соломы в двух типах штукатурного грунта — купольной росписи и в раскопах позволил исследователям объединять оба типа штукатурки в один, который принято называть «мякинным». (В.В. Суслов. Краткое исследование новгородского Софийского собора. «Зодчий», XXIII, 9, 1894, стр. 87-88; А.Л. Mонгайт. Раскопки в Мартирьевской паперти Софийского собора в Новгороде. КСИИМК, XXIV, 1949, стр. 95; Ю.Н. Дмитриев. Стенные росписи Новгорода, стр. 145). Такое представление следует считать ошибочным. Соломистые добавки в штукатурном грунте купола и барабана гораздо крупнее и многочисленнее, чем в росписи 1108 г. Кроме того, при установлении типа грунта следует исходить из комплекса всех других показателей, которые в обоих видах росписи совершенно различны.
33 Мною обследованы участки живописи в росписи барабана на стыках «линии дня», где один слой штукатурки перекрывает собою другой, уже покрытый росписью. Никаких следов ультрамарина на нижележащем слое не обнаружено, поэтому можно определённо утверждать, что его и не было изначально.
34 Ю.Н. Дмитриев отмечает разницу между купольной росписью и алтарных арок: «краски в арках легче и ярче… Фигуры в арках не так грузны и тяжеловесны, как пророки в куполе. Их лица одухотвореннее и наделены более тонкими чертами» (Ю.Н. Дмитриев. Стенные росписи Новгорода, стр. 147). Эту разницу Ю.Н. Дмитриев объясняет различием манеры исполнения отдельных мастеров, одним из которых, по его мнению, написана купольная роспись, а другим — алтарные арки.

Архангел на купольной росписи Софии
Рис. 2. Архангел. Фрагмент купольной росписи Софии новгородской. 1052 г.

Монументальная фигура архангела широко задрапирована в царский далматик, в стпле её то же тяготение к подчинению изображения плоскости, что и во фреске Константина и Елены35. Лицо архангела прекрасно строгой, почти суровой красотой (рис. 2). Правильный, несколько удлинённый овал лица, полукруглые дуги бровей, сходящиеся к переносью, верно поставленные, хотя и в асимметрии, открыто смотрящие глаза с необычной для русской иконописи круглящейся формой глазного яблока, узкий и прямой, выступающий сильным рельефом нос, красиво очерченный рот с изящно поднятыми краями губ. Голова написана легко, как бы несколькими взмахами уверенной кисти, на том уровне художественного обобщения, которое рождается как синтез многовековых традиций и хранит ещё живые отголоски блестящего знания художественной формы античных мастеров. Наряду с этим строгость и целомудренность образа, его идеальная возвышенность — все это носит на себе несомненную печать византийского искусства Македонской эпохи. По-иному выглядят фигуры пророков-старцев, написанные в энергичной манере, восходящей, как отмечает В.Н. Лазарев, к восточнохристианским традициям.
________
35 В.Г. Брюсова. Фреска Вседержителя новгородского Софийского собора и легенда о Спасовом образе. Тр. ОДРЛ, XXII, 1966, стр. 57-64, рис. 1.

Фреска пророк Исайя
Рис. 3. Пророк Исайя. Деталь. Фреска барабана Софии новгородской. 1052 г.

Ближайшие стилистические аналогии В.Н. Лазарев усматривает в мозаиках Хозиас Лукас в Фокиде и наиболее архаической группе мозаик и фресок Софии киевской 36. Крепкие и коренастые фигуры с крупными конечностями, энергичная прорисовка складок одежды, характерно написанные головы старцев с резко выраженными надбровными дугами, густыми бровями, рельефно написанными морщинами (рис. 3) — все это характеризует фрески как произведения скорее правдивые, чем возвышенные.
В иной манере написаны фигуры молодых пророков — Даниила (рис. 4), Соломона и Аввакума. Общий рисунок всей фигуры отмечен тенденцией к упрощению. В изображении голов заметно стремление передать правильный греческий тип лица, но овал более округлый, глаза поставлены несколько шире, менее плотно сжаты губы, сильнее подчеркнуты белки глаз. Наслоения краски более плотные, силуэт очерчен контуром. Ярко выраженное стремление к подражательности и неуловимая печать простодушия в лицах — все это заставляет предполагать, что эти изображения принадлежат кисти русских мастеров, пополнивших собою группу приезжих греческих художников.

Фреска пророк Соломон
Рис. 4. Пророк Соломон. Деталь. Фреска барабана Софии новгородской. 1052 г.

Однако эта живопись смело выдерживает соседство с уверенным письмом византийских мастеров прекрасным чувством стиля и художественным тактом. Перед нами, таким образом, живая иллюстрация тех первых шагов, которые суждено было сделать новгородским художникам на самом раннем этапе под руководством греческих мастеров. В этих фресках, таким образом, выявляются первоистоки русского монументального искусства, занявшего впоследствии одно из первых мест в искусстве стран Восточной Европы.
Особенности стиля и техники выполнения росписей в центральной главе и в алтарных арках Софии исключают возможность их одновременного выполнения, заставляя предполагать разрыв во времени между появлением той и другой росписи. Естественно в этом случае предполагать, что фрески купола были написаны раньше фресок алтаря. «Если бы не летописное свидетельство, — пишет В.Н. Лазарев, — … фрески Софии новгородской можно было бы приписать XI веку, настолько они ещё связаны с ранними традициями»37.
Отмеченные соображения заставляют внимательно отнестись к письменному источнику, согласно которому роспись главы Софии была выполнена непосредственно после построения Софии, в 1051-1052 гг., — «Сказанию о св. Софии новгородской».
________
36 В.Н. Лазарев. Искусство Новгорода, стр. 23. 110
37 В.И. Лазарев. Живопись Новгорода. ИРИ, II, стр. 76.

Исследование автором «Сказания» в более чем ста списках XVI-XVIII вв. показывает, что уже к XVI столетию оно прошло длительный путь развития как в летописях, так и в сборниках. «Сказание» было включено в летописи не позднее, чем в начале XV в.38. Наличие большого количества разночтений в датах и именах, иногда ошибочных, но стойко закрепившихся в отдельных видах и группах «Сказания», отдельные текстологические приметы (сохранение редуцированных в графике написания, юсов больших и малых), анализ лексики — всё это заставляет отнести время возникновения «Сказания» к древнему времени, не исключая возможности появления его в домонгольское время. Присутствие в «Сказании» некоторых реалий, как-то: сообщение о том, что Софию «строили семь лет, а в то время служили в церкви Иоакима и Анны», и что Спасов образ «писали годишное время и боле», — заставляют предполагать, что в основу «Сказания» были взяты живые воспоминания современников.
Ценные выводы даёт анализ статьи, сопутствующей «Сказанию» в целом ряде списков — «Меры Спасову образу», которая содержит в себе промеры фигуры Спаса, архангелов и пророков, промер барабана («около шеи») и высоты храма «от лба до мосту церковнаго». Исследованием установлено, что в качестве единицы измерения принята домонгольская мера длины — «тмутораканская» сажень — 152 см39. Промер производился от уровня первоначального пола до его повышения. В «Мере» произведён промер только изображений центральной главы и не названы другие изображения, например, Богоматери в конхе алтаря. Это может быть объяснено только тем, что снятие меры отражает тот момент в истории стенописи Софии, когда существовала только купольная роспись, и весь храм ещё не был расписан. Но промер мог быть произведён только с лесов. Все указанные соображения приводят к выводу о том, что промер купольной росписи был, по-видимому, произведён в 1108 г., когда в соборе были установлены леса для продолжения работ по росписи храма. Промер образа Спаса, по-видимому, связан с тем, что к этому времени образ получил признание как «чудотворный» и легенда о Спасовом образе к этому времени получила литературное оформление.
Древность возникновения легенды заставляет признать историческую достоверность отраженных в ней реальных событий, облеченных народной фантазией в оболочку «чудесного». Правдоподобность рассказа о вызове греческих мастеров подтверждается анализом иконографии, стиля и техники живописи. Иконография купольной росписи свидетельствует о том, что художники отталкивались не от мозаик киевской Софии, а от другого направления в восточнохристианском искусстве. В барабане Софии новгородской изображены не апостолы, как в Софии киевской, а пророки, как, например, в купольной мозаике храма в Дафни XI в. Изображение Спаса со «сжатой» десницей известно в мозаике Вседержителя храма в Дафни, в Кахрие-Джами (XIV в.) и других памятниках византийского искусства40. Тем самым приобретает черты исторической реальности спор епископа Луки с иконописцами, пожелавшими воспроизвести в изображении Вседержителя вид перстосложения, незнакомый русской иконографии.
________
38 На одном из списков «Сказания» имеется приписка о том, что оно списано по указу митрополита Корнилия в 1683 г. «из старых летописцев книги болшие харатейные в десть». ЦГАДА, ф. 181, №646. Сборник, XVII в., л. 267 об.
39 Б.А. Рыбаков. Русские системы мер длины XI-XV вв. СЭ, 1949, 1, стр. or — 92. Единица меры, применяемая в Софии, установлена автором на основании наиболее достоверных списков «Меры», натурных промеров и обмеров Софии методом засечек в архиве Музея архитектуры.
40 В.Г. Брюсова. Фреска Вседержителя новгородского Софийского собора…, стр. Ъ7-64.

О работе греческих мастеров в Софии в середине XI в. свидетельствует я фреска Константина и Елены, а также икона Петра и Павла из Софийского собора (Новгородский историко-архитектурный музей-заповедник), которая, как это убедительно доказано Н.Е. Мневой и В.В. Филатовым, была написана византийскими художниками в середине XI в. в Новгороде41.
Применение незнакомой русской стенописи технологии с толстым слоем штукатурки получает разъяснение в привычных для южных стран средствах предотвращать быстрое высыхание грунта в условиях жаркого и сухого климата, а также в обычном для византийского искусства комбинировании мозаической и фресковой живописи.
Исследование фресок купола и барабана Софийского собора, таким образом, подтверждает правильность сведений в «Сказании о св. Софии новгородской» о вызове греческих мастеров и о росписи главы Софии в 1051-1052 гг., восстанавливая тем самым достоверность «Сказания» как исторического источника.
Как могло случиться, однако, что первоначальная роспись Софии ограничилась только её главой? Причины этого следует искать в обстоятельствах политической жизни Новгорода начала 50-х годов XI в.
Окончание строительства Софии совпало со смертью княгини Анны в 1050 г., а 4 октября 1052 г. умер строитель собора, князь Владимир Ярославич. В Новгороде княжеский стол занял Изяслав Ярославич. В ожидании близкой кончины отца, Ярослава Мудрого, и перехода на великокняжеский стол в Киеве Изяслав не был заинтересован в проведении крупных работ по благоукрашению Софии. Эти события вызвали ряд политических неурядиц в Новгороде, жертвой которых стал и епископ Лука, пробывший по доносу в заключении в Киеве три года. И только после стабилизации политической обстановки в Новгороде в конце XI — пачале XII вв., при Мстиславе Владимировиче, работы по росписи Софии были продолжены42.
Исследование стенописи Софийского собора Новгорода древнейшего периода позволяет установить следующий порядок проведения работ. При построении собора, около 1050 г., стены Софии в главном помещении храма и притворах были расписаны на отдельных участках по розовой цемянке орнаментально-декоративными мотивами и несколькими иконного типа композициями. Роспись была выполнена, по-видимому, местными новгородскими мастерами.
По завершении строительства, около 1051 г., была начата роспись центральной главы. Для этой работы были приглашены греческие мастера, которые работали вместе с русскими, новгородскими иконописцами. В это время была произведена только роспись купола и барабана. Работа была прервана из-за смерти князя Владимира Ярославича. Ввиду тяжёлой болезни Владимира Ярославича, надо полагать, было ускорено освящение Софии, которое состоялось за три недели до его смерти. К обряду освящения Софии на день Воздвижения креста была написана в Мартирьевской паперти фреска Константина и Елены, по-видимому, одним из мастеров, участвовавших в росписи главы.
Работы по росписи Софии были возобновлены в 1108 г., при Мстиславе Владимировиче. В это время были украшены стенописью центральное помещение храма и его приделы. Стиль и техника выполнения этой росписи занимают прочное место в ряду русских и новгородских стенописеи начала XII в., что позволяет считать её работой русских мастеров.
________
41 Н.Е. Mнева, В.В. Филатов. Икона Петра и Павла новгородского Софийского собора. Сб. «Из истории русского и западноевропейского искусства», М., 1960, стр. 81-102.
42 Аналогичный случай отмечен в Ипатьевской летописи под 1289 г., когда роспись церкви Георгия в Любомли была прервана из-за смерти строителя храма князя Владимира Васильевича: «почалъ же бяше писати ю и списа все три олтаре, и шия вся съписана бысть но не скончана, зайде бо и болесть». ПСРЛ, II, М., 1962, стлб. 927.

Вместе с работами по росписи притворов Софии при епископе Нифонте в 1144 г. и архиепископе Мартирии в 1195-1196 гг. (южный притвор) Софийский собор получил в домонгольский период ансамбль росписей всего интерьера, исключая второй ярус галерей.
Древние стенописи Софийского собора, несомненно, имели важнейшее значение для последующего развития монументальной живописи Новгорода, одного из крупнейших художественных центров Руси. Сохранившиеся до нашего времени лишь фрагментарно, они, тем не менее, заслуживают самого пристального изучения. В особенности ценной в историко-художественном отношении является роспись центральной главы Софийского собора, приобретающая в результате исследования дату 1052 г.; наряду с мозаиками и фресками Софии киевской, она является одним из древнейших памятников русской монументальной живописи середины XI века.

Канал сайта

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Статьи Тайны истории Древняя Русь О датировке древнейших фресок Софийского собора в Новгороде