Багира

Суббота, 11 18th

Последнее обновлениеСр, 08 Нояб 2017 2pm

Тайны истории на Дзене — Дзен-канал «Тайны истории»
Тайны истории в Telegam — Телеграмм-канал «Тайны истории»

Ночь на 26 сентября 1983 года на командном пункте Серпухов-15, находящемся в 70 километрах от Москвы, начиналась спокойно. В случае пуска ракет со стороны возможного противника сюда должен был поступить сигнал космической системы раннего предупреждения. В обязанности оперативного дежурного входило срочно оповестить высшее руководство страны о ядерной угрозе — после чего произошёл бы ответный пуск советских баллистических ракет. Это неминуемо приводило к мировой катастрофе.

Человек, отменивший ядерную войну

Журнал: Секретные архивы №5, ноябрь 2017 года
Рубрика: Государственная тайна
Автор: Марина Щербина

В шаге от войны

Фото: Станислав ПетровМир тогда стоял на грани военного противостояния СССР и США. В конце 1979 года советские войска вошли в Афганистан. В ответ американцы устраивали регулярные провокации вблизи территории Советского Союза. Весной 1982 года два авианосца США вместе с кораблями сопровождения обогнули Камчатку и попали в Охотское море, пройдя в непосредственной близости от базы подводных лодок СССР. 8 марта 1983 года президент Рейган в знаменитой речи во Флориде назвал Советский Союз «Империей зла». В конце того же месяца американские ВМС проводили учения возле Алеутских островов рядом с морской границей СССР. 4 апреля 1983 года несколько самолётов США пересекли воздушное пространство Советского Союза и провели имитацию бомбовой атаки на один из Курильских островов.
А 1 сентября 1983 года произошёл инцидент с южнокорейским пассажирским самолётом Boeing-747. Авиалайнер выполнял международный рейс по маршруту Нью-Йорк — Анкоридж — Сеул, на его борту находились 246 пассажиров и 23 члена экипажа. В результате неправильной настройки автопилота Boeing отклонился от курса более чем на 500 километров и вошёл в закрытое воздушное пространство СССР над Сахалином. Советское командование решило, что это самолёт-шпион, и лайнер был сбит истребителем Су-15. Все находившиеся на борту люди погибли.
Советское руководство усугубило вину за неправильное решение тем, что не сразу признало её. В заявлении ТАСС от 3 сентября говорилось, что Boeing-747 нарушил воздушную границу СССР — а затем исчез с экранов радаров. И только 9 сентября, под давлением международной общественности, советские лидеры признали, что самолёт был сбит.
Такие действия вызвали волну возмущения во всем мире. С подачи Рональда Рейгана происшествие было названо «преступлением против человечества». Во многих странах прошли демонстрации и акции протеста, на которых жгли советские флаги.
Руководство НАТО объявило о решении ускорить установку ракет средней дальности в Западной Германии (она начнётся 30 ноября 1983 года). А тогдашний советский лидер Юрий Андропов утверждал, что этому процессу в ближайшее время будет дан симметричный ответ.
Холодная война легко могла перерасти в ядерную.

Подменял товарища

Командный пункт Серпухов-15 находился на переднем крае противостояния.
Подполковник Станислав Петров, в 1972 году закончивший Киевское высшее инженерное радиотехническое училище, не был штатным дежурным. Он занимал должность аналитика и работал в отделе, отвечающем за исправную работу космических спутников системы предупреждения. Но все офицеры данного подразделения проходили курс специальной подготовки и в нужный момент могли выполнять обязанности оперативного дежурного.
В ночь на 26 сентября 1983 года такая необходимость возникла — Петров подменял заболевшего товарища.
На экране перед ним находилась «картинка» ракетных шахт американцев. Спутники-разведчики фиксировали любое необычное явление. Одиночный запуск ракеты система квалифицировала как «старт», повторный пуск расценивался как «ракетно-ядерное нападение». Далее в автоматическом режиме шла проверка сигнала. В случае его подтверждения дежурный должен был передать информацию высшему руководству страны — и на «ядерном чемоданчике» Генерального секретаря ЦК КПСС загорелось бы красное табло. Параллельно сигналы ядерной тревоги поступили бы министру обороны, начальнику Генерального штаба и командующим родами войск. Дальнейшее решение, посоветовавшись с ними, принимал лидер государства, по его команде противнику мог быть нанесён ответный удар.
Время подлёта вражеской ракеты составляло от 30 до 40 минут — в зависимости от расположения военной базы США. Дежурный должен был принять решение как можно быстрее, чтобы дать руководству страны больший срок для обдумывания последующих действий.

Тревога на командном пункте

Неожиданно в помещении командного пункта заревела сирена, и на табло загорелись красные буквы слова «Старт». Это означало, что американская ракета вышла из шахты.
Подполковник Станислав Петров действовал строго по инструкции. Он отдал помощникам команду проверить систему. Уже через несколько секунд ему доложили: все 30 уровней контроля показывают её исправность, вероятность пуска вражеской ракеты — максимально возможная.
Сирена заревела снова, красная надпись сменилась на «Ракетное нападение». Значит, за первым пуском противника последовали второй, третий, четвёртый…
Петрова насторожило странное обстоятельство: все ракеты поднимались с одной базы. Это противоречило элементарной военной стратегии — ведь каждая шахта отвечает за обстрел определённого сектора. В случае ядерного нападения удар должен наноситься с многих точек, чтобы подавить возможность аналогичного ответа из других районов территории противника. Кроме того, подполковник был хорошо знаком с компьютерной техникой и понимал, что она тоже может ошибиться.
Надо было срочно принять решение. Либо нажимать на кнопку тревоги — и оповещать руководство страны о ядерном нападении, либо доложить начальству, что система выдала ложную информацию. В первом случае СССР практически гарантированно нанесёт ядерный удар по США. Во втором — американцы не пострадают, но что если пуск их ракет действительно произошёл? Тогда последствия для Советского Союза будут необратимыми…
Петров дал команду считать сигнал о ядерной атаке ложным. Соответствующее извещение было передано командующему войсками противоракетной и противокосмической обороны (ПРО и ПКО) генерал-полковнику Юрию Вотинцеву, который немедленно прибыл на командный пункт и оттуда доложил о происшествии министру обороны СССР Дмитрию Устинову.
С Вотинцевым разговаривал помощник Петрова: под рукой у оперативного дежурного были только средства спецсвязи, а к телефону подполковник подойти не смог — от волнения не слушались ноги.

Нагоняй в награду

К приезду командующего стало ясно, что система действительно дала сбой. Как позже выяснилось, он произошёл из-за технических недоработок: датчики спутников неверно отреагировали на солнечный свет, отражённый от высотных облаков.
Прибыв на пункт Серпухов-15, Вотинцев поблагодарил Петрова за принятое решение и пообещал представить подполковника к правительственно награде. Но спустя некоторое время одумался: ведь такие действия покажут несовершенство системы предупреждения о ракетном нападении, на разработку которой были выделены миллиарды бюджетных средств. Так что Петров чуть позже получил служебное взыскание за то, что не вовремя заполнил боевой журнал, куда оперативный дежурный обязан записывать все события. Подполковник пытался возражать: он просто физически не мог заполнить журнал во время ракетной тревоги, ведь в одной руке у него была трубка спецсвязи, а в другой — микрофон для подачи команд подчинённым. Но командующего эти оправдания не устроили.
В 1984 году, через несколько месяцев после происшествия, подполковник Петров вышел в отставку. Ему было только 45 лет (для примера — Юрий Вотинцев ушёл со службы, когда ему исполнилось 67). Правда, сам подполковник всегда утверждал, что это было его личное решение, связанное с онкологическим заболеванием жены. Но примечательный факт: при выходе в отставку офицеру, как правило, присваивается очередное звание. А Петрову его не дали, он так и остался подполковником. Жил в подмосковном городе Фрязино, работал на предприятии оборонной промышленности.
Все документы об инциденте, поставившем мир на грань ядерной катастрофы, получили гриф «Совершенно секретно». Сам Петров рассказывать о нём не имел права. Но систему предупреждения о ракетном нападении усовершенствовали, к 1985 году все недостатки были устранены.

Охранник на стройке — и гражданин мира

Только почти через два десятилетия история о том, как обычный офицер не позволил разразиться ядерной катастрофе, перестала быть государственной тайной. Первым о ней рассказал всё тот же Юрий Вотинцев — ведь Станислав Петров служил в возглавляемом им ведомстве, так что героем можно было похвастаться.
Об отставном подполковнике написали несколько газет — в основном зарубежных. В 2006 году в нью-йоркской штаб-квартире ООН ему вручили специальную награду Ассоциации граждан мира, а в 2013 году в Дрездене — премию, присуждаемую за предотвращение вооружённых конфликтов (25000 евро). Сам Станислав Евграфович рассказывал, что получал благодарственные письма и даже небольшие денежные переводы от многих жителей западных стран.
К сожалению, Родина никак не наградила героя. После выхода на пенсию, из-за материальных затруднений, он работал охранником на стройке. Так что и Дрезденская премия, и переводы от иностранцев оказались очень кстати.
Станислав Петров скончался в мае 2017 года. Многие из его соседей так и не узнали, что рядом с ними жил скромный человек, предотвративший ядерную войну.

Канал сайта

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Статьи Тайны истории Ядерное оружие Человек, отменивший ядерную войну