Багира

Вторник, 11 21st

Последнее обновлениеСр, 08 Нояб 2017 2pm

Тайны истории на Дзене — Дзен-канал «Тайны истории»
Тайны истории в Telegam — Телеграмм-канал «Тайны истории»

В 1869 году в захудалом местечке Лысково, расположенном в Гродненской губернии, у нищего портного Фишеля Азефа родился второй сын, наречённый родителями Евно. Никто из соседей, да и сами счастливые родители и предположить не могли, что младенец, обрезанный, как и положено, на девятые сутки, станет в далёком будущем главным террористом России и одновременно лучшим секретным агентом департамента полиции…

Азеф: Предатель в квадрате

Журнал: Загадки истории №10, 2012 год
Рубрика: Злодеи
Автор: Николай Котомкин

Главный российский террорист — секретный агент полиции!

Фото: Евно АзефДаже имя его, подобно имени евангельского Иуды, станет нарицательным для всякого предателя и двурушника. И до сих пор историки теряются в догадках, почему Евно стал двойным агентом. Но ответ, вероятно, очень прост. Больше всего на свете Евно Азеф любил убивать чужими руками и звон золотых монет. Он одновременно был лидером террористов и сам же их сдавал охранке. По циничной логике Азефа, чем больше высокопоставленных людей убьют его боевики, тем больше ему заплатят за выдачу киллеров.

Готов на всё за тридцать сребреников

Отец Евно был из тех евреев, которые никогда не могут разбогатеть. Хотя ему и удалось вывезти нищую семью на богатый юго-восток, в промышленный центр Малороссии, но и в Ростове-на-Дону семья еле-еле сводила концы с концами. В то же время Фишелю удалось дать детям гимназическое образование. Но науки мало привлекали Евно. Он мечтал о богатстве и перепробовал множество профессий, но не утвердился ни в одной. Зато у него оказался талант к спекуляции. Но торговля с небольшим наваром его не интересовала. Евно хотел разбогатеть сразу и навсегда. Так, однажды он взял у безвестного купца под реализацию партию масла, выгодно её реализовал, получил 800 рублей прибыли и… покинул Ростов-на-Дону, мать, отца, братьев и сестёр навсегда. В немецком городке Карлсруаэ он поступил в политехнический техникум и превратился в студента.
Это случилось в 1892 году. Студенты на исходе XIX столетия сплошь были бунтари и революционеры. За границей вольнодумство не преследовалось. Евно успешно сочетал изучение электротехники с посещением студенческого социал-демократического кружка. Одни сотоварищи его боготворили, другие боялись. Позже одна знакомая Евно барышня честно призналась, что встретить такое лицо, как у Азефа, страшно не только ночью на кладбище, но и днём на Невском проспекте. И дело было даже не в том, что красотой Евно Азеф не отличался, а во взгляде выпуклых и постоянно перебегающих с предмета на предмет глаз прирождённого лгуна и лицедея.
Студент Азеф прижился и освоился в революционной среде. А когда деньги растаяли, написал письмо в полицию. Он был готов поставлять полицейским информацию о настроениях в студенческой среде, а взамен просил ежемесячных выплат в 50 рублей. На первые письма полиция никак не отреагировала — добровольных доносчиков и кроме Азефа было немало. Но после получения четвёртого письма полиция пошла на условия будущего инженера. Ему дали агентурную фамилию Раскин и положили жалованье в 50 рублей. Так началась его карьера секретного осведомителя. По заданию полиции Евно Азеф стал внедряться в революционную среду всё глубже и глубже.

Страшные дела «доброго ребёнка»

«Добрый ребёнок» внедрился в организацию социалистов-революционеров. Причём делал он это осторожно и поэтапно. От эсеров полиция ожидала резких противоправных действий. Евно Азеф решил ускорить процесс и с первых же встреч заговорил о необходимости террора. Эсеры не были готовы к столь радикальным мерам. Они больше ориентировались на пропаганду и печать. Но Азефу удалось провалить типографии и отправить лидеров партии кого в тюрьму, кого в эмиграцию. Доверчивые руководители партии сами снабдили Азефа секретными паролями и адресами. А вскоре он оказался в центральном комитете партии. Давал, как признавались лидеры эсеров, дельные советы, находил нужные средства, заботился о безопасности членов партии и занимался развитием русского бомбизма. Это Азеф придумал, как можно заменить тогдашние «пояса шахидов» — жилеты бомбистов — нормальными метательными снарядами, чтобы революционеры не погибали при терактах. Мёртвых не сдашь потом охранке за денежное вознаграждение. Ему удалось подготовить убийства министра Плеве и великого князя Сергея Александровича.
При этом Евно оказался замечательным агентом. Взявший его в разработку Пётр Рачковский, руководитель политического сыска в Департаменте полиции, не мог нахвалиться своим сотрудником. Он давал предельно сжатые и точные показания. Правда, агента пришлось немного подучить полицейскому сыску, но свои задания он выполнял исправно и рос в глазах полиции. Росла и его зарплата — от 50 до 1000 рублей в месяц. В год прибыль Азефа составляла 12000 рублей плюс столько же в качестве премиальных.
Азеф после каждого террористического акта давал наводку на исполнителей и организаторов. Полиция реагировала — обыскивала, арестовывала, судила, казнила… Счёт шёл на десятки казнённых и тысячи заключённых в тюрьмы и сосланных в Сибирь. Эсеры были фактически разгромлены. А обстановка в стране лучше не становилась. Власть ожидала революции, особенно после актов боевой террористической группы. Но Азеф предупреждал своих нанимателей, что обстановка серьёзная и возможны покушения на жизнь первых лиц государства…
Полиция удивлялась: что за гидра эти революционные организации! Одну голову срубишь, вырастут две новые… десять новых… прав, прав, Азеф, точнее агент Раскин!
Да, агент Раскин отлично всё просчитал: чем серьёзнее террористическая угроза, тем востребованнее его услуги. За доносы о мелких преступлениях и деньги платят небольшие. За сведения о крупных преступлениях совсем другой гонорар. Однако главный-козырь вытянуть из рукава ему не удалось: Азеф собирался взорвать карету императора Николая Второго. Но тут в стране действительно началась революция 1905 года!

Провал «оборотня»

«Профессионального» двурушника сдал бывший шеф полиции.
Азеф успел стать главным человеком в партии. Но тут появились слухи, что в руководстве партии находится осведомитель. Его знали под именем Т, и инженер Азиев. В Т, эсеры скоро опознали странного сотоварища Татарова, а услышав про инженера Азиева, Азеф обезоруживающе улыбнулся и скромно признался: «Это я». Эсеры, конечно же, не поверили в самооговор. И тоже улыбнулись. Но потом всплыло имя агента Раскина. И нашёлся умный, въедливый и упорный эсер Бурцев, его называли охотником на провокаторов, руководивший «контрразведкой» революционной партии, который обо всём догадался.
Бурцев вошёл в контакт с отставным главой Департамента полиции Лопухиным. Он рассказал Лопухину историю предательства Азефа. А тот, узнав, кто спланировал и осуществил теракты против Плеве и великого князя Сергея Александровича, открыл настоящее имя агента Раскина. В Думу тут же полетели запросы о провокаторской деятельности Азефа. Революционеры до последнего не желали верить, что он виновен в арестах и смертях их товарищей. Но факты заставили признать эту неприятную правду… От Азефа разом открестились все — и эсеры, и полиция. А Азеф?
А он уже примерял новую личину. Теперь он врастал в образ русского бюргера. Когда-то в юности он был женат на партийной барышне. Несколько лет он честно занимался семьёй, играл роль заботливого мужа. Но к 1909 году семья распалась. Азеф быстро сошёлся с петербуржской кафешантанной певичкой. Когда он был вынужден уехать в Германию, дама последовала за ним и они поженились. Революционные заботы больше не волновали Азефа. Он начал превращаться в добропорядочного жителя Берлина — успешно зарабатывал как брокер, ездил с новой женой по курортам, даже решил изменить имя на Александр Неймайер. Так было проще вести бизнес и скрываться от рассерженных товарищей и господ из России. Но удачно начатая новая жизнь длилась недолго.
В 1914 году началась Первая мировая война. Россия и Германия оказались в противоборствующих военных лагерях. Тут-то берлинская полиция и припомнила, что русский бюргер Александр Неймайер на самом деле бомбист Евно Азеф, еврей. И хотя Неймайер вёл тогда успешный корсетный бизнес, его стали подозревать в шпионаже, а заодно и в анархизме. Неожиданно для себя Азеф оказался в немецкой тюрьме «Моабит», где и содержался до ноября 1917 года…
24 апреля 1918 года в возрасте 49 лет великий провокатор умер. Его похоронили в Берлине, там же, где лежат много русских эмигрантов. Только вместо имени на его могиле трёхзначный номер. Немецкая жена господина Неймайера боялась упоминать его настоящее имя даже после смерти. Особенно после смерти.

Канал сайта

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Статьи Судьба и биография Исторические личности Предатель в квадрате