Багира

Суббота, 11 18th

Последнее обновлениеСр, 08 Нояб 2017 2pm

Тайны истории на Дзене — Дзен-канал «Тайны истории»
Тайны истории в Telegam — Телеграмм-канал «Тайны истории»

В августе 1954 года в Новокуйбышевске, молодом городе нефтехимиков, случилось происшествие, потрясшее своей нелепостью не только его жителей, но и всю нефтяную отрасль страны. В строящемся цехе здешнего нефтеперерабатывающего завода погибли сразу четыре руководителя не только городского, но и союзного масштаба. Сейчас, по прошествии 60 лет после той катастрофы, в городе стараются вспоминать не столько о причинах трагедии, сколько о заслугах погибших, которые при жизни внесли значительный вклад в развитие народного хозяйства страны.

Нелепая трагедия

Журнал: Секретные архивы №3, 2017 года
Рубрика: Хроника катастроф
Автор: Валерий Ерофеев

Нефть «Второго Баку»

Фото: пожар на Новокуйбышевском НПЗВ конце 1940-х объёмы нефти, добываемой в Среднем Поволжье, удваивались чуть ли не ежемесячно. Неспроста с лёгкой руки журналистов этот перспективный район нефтедобычи в то время получил название «Второй Баку». Фонтанирующее из новых скважин чёрное золото для переработки поступало на два местных нефтеперерабатывающих завода: Сызранский, введённый в эксплуатацию в грозном 1942 году, и Куйбышевский (ныне Самарский), который был запущен в 1945-м.
Однако уже тогда правительству СССР стало ясно, что вскоре эти два действующих предприятия перестанут справляться с растущими нефтяными потоками. Поэтому летом 1949 года Совет Министров СССР принял постановление о строительстве в регионе Среднего Поволжья ещё одного нефтеперерабатывающего завода с размещением его в рабочем посёлке Ново-Куйбышевский.
В октябре 1951 года состоялся торжественный ввод в эксплуатацию первой очереди Новокуйбышевского НПЗ. А в феврале 1952 года указом Президиума Верховного Совета РСФСР рабочий посёлок Ново-Куйбышевский был преобразован в город областного подчинения с присвоением ему названия Новокуйбышевск.
Между тем новое предприятие продолжало расширяться ускоренными темпами. Вводились в строй новые установки и агрегаты, готовилась к сдаче вторая очередь завода. Со стороны правительства гигантская стройка на Средней Волге контролировалась союзным министерством нефтяной промышленности в лице члена его коллегии, заместителя министра Леона Сафразьяна.
В то время он считался одним из самых опытных специалистов в деле строительства крупных оборонных предприятий.

Справка

Леон Богданович Сафразьян родился в 1893 году в Баку. Служил в рядах Красной армии, окончил Академию Генерального штаба. В период массовой индустриализации работал начальником строительства Челябинского тракторного завода (1929-1934 годы), затем Ярославского (1934-1935 годы) и Горьковского автозаводов (1935-1937 годы). За заслуги в индустриализации страны Сафразьяна в 1937 году назначили руководителем главка Наркомата машиностроения, а ещё через год — начальником Главвоенстроя при СНК СССР. В годы Великой Отечественной войны он был заместителем наркома внутренних дел СССР Лаврентия Берии и занимался строительством крупных оборонных объектов, на которых использовались заключённые. После окончания войны Сафразьян стал заместителем наркома по строительству топливных предприятий (с февраля 1946 года), а затем — заместителем министра нефтяной промышленности СССР (с декабря 1948 года).

Под пение «Интернационала»

В рамках своих служебных обязанностей Сафразьян не раз приезжал на строительство Новокуйбышевского НПЗ для решения срочных производственных вопросов. Его очередной инспекционный визит в молодой волжский город начался 11 августа 1954 года. Никто тогда ещё не знал, что эта поездка на завод будет последней в жизни не только для заместителя министра, но и ещё для нескольких руководителей различного ранга.

«Спецсообщение. Совершенно секретно.
13 августа 1954 года около 8 часов утра в результате взрыва газа от несанкционированного источника огня в строящемся цехе №29 Новокуйбышевского нефтеперерабатывающего завода получили тяжёлые ожоги член коллегии Министерства нефтяной промышленности СССР, заместитель министра Сафразьян Леон Богданович, начальник Куйбышевского территориального строительного управления Главвосток — нефтестроя Министерства нефтяной промышленности Миронов Иван Игнатьевич, начальник строительства Новокуйбышевского НПЗ Марфин Василий Иванович и главный инженер-заместитель управляющего трестом «Нефтезаводмонтаж» Миннефтепрома Вавулин Аркадий Николаевич. Ещё семь человек получили ожоги меньшей степени тяжести. Пострадавшие госпитализированы в Медсанчасть Новокуйбышевска. Проводится расследование причин аварии и уточняются размеры нанесённого предприятию ущерба.
Секретарь Куйбышевского областного комитета КПСС Пузанов
».

Вот как об этом происшествии впоследствии писал новокуйбышевский журналист Владимир Шарлот:
«Сафразьяну доложили, что строительные работы на установках №3, 4 завершены, а на №5 — в стадии окончания… Вместе с ним в цех направилось все его большое окружение. В помещение не могли войти, так как дверь оказалась запертой. Стали искать уборщицу, ту, у которой был ключ, потом спички… Во время поисков раздавались голоса, сначала шёпотом, затем громче: «Не надо! Не надо!» Там оставалось работы всего на день-два электрикам и сантехникам — подключить воду и электричество.
Там, в подвале, было темно. Сафразьян приказал зажечь спичку. Василий Марфин не стал этого делать, ведь кто-то предупредил, что пахнет газом. Леон Богданович в резкой форме повторил приказ. И тогда Василий Иванович зажёг спичку. Прогремел взрыв…».
Потом свидетели происшествия с дрожью в голосе вспоминали ужасающую картину. Через несколько минут после мощного хлопка из подвала стали выходить чёрные человеческие фигуры, с которых клочьями свисали остатки одежды и обгоревшая кожа. Потом станет известно, что у четверых руководителей, впоследствии умерших, площадь поражённого кожного покрова составляла от 70 до 95%.
Как затем вспоминал личный водитель тогдашнего директора НПЗ Алексей Коновалов, когда он вместе со своим начальником примчался на место происшествия, его глазам предстала страшная картина: смертельно обожжённые люди шли обнявшись и… пели «Интернационал»! На Сафразьяне уцелели генеральский ремень и хромовые сапоги. Когда всех привезли в медпункт завода, люди вышли из машин своими ногами, и тоже с пением «Интернационала». Словно шли в свой последний бой.

Начальник всегда прав?

Пострадавшие переносили страшные мучения с невероятным мужеством, сохраняя при этом высокую человечность. Очевидцы вспоминают, что Миронов просил врачей прежде всего помочь Марфину, так как у его жены больное сердце. А Василий Иванович, в свою очередь, отказывался от помощи до тех пор, пока её не окажут Миронову.
— Вот и отработались мы с тобой, Иван Игнатьевич! — сказал тогда Марфин.
Миронов ответил:
— Ну что ты, мы ещё поработаем, ещё столько дел впереди!
Они лежали в больнице, сплошь перевязанные бинтами, Иван Игнатьевич в одной палате с Сафразьяном.
Миронов умер в 5 часов утра 14 августа. Через несколько часов после него скончались Сафразьян и Марфин. Вавулин сопротивлялся смерти дольше всех — он умер в медсанчасти 16 августа.
Сафразьяна и Вавулина похоронили в Москве, на Новодевичьем кладбище, а Миронова и Марфина — в Новокуйбышевске.
Здесь стоит привести также и отрывок из воспоминаний Михаила Вавулина — сына трагически погибшего Аркадия Николаевича.
«В Новокуйбышевске произошла трагедия, которая потрясла всех своей неожиданностью, нелепостью и безответственностью высокого руководителя, который нарушил правила техники безопасности…
Мне рассказывали, что в то трагическое утро отец всех предупредил о высокой загазованности помещения, на что Сафразьян якобы сказал: «С газом работаем, а газа боимся!», после чего начальник строительства чиркнул спичкой… Больше я отца не видел. В Москву его привезли в цинковом гробу».
Из официального заключения о причинах трагедии:
«На территории строительной площадки были нарушены следующие правила техники безопасности:
— применение для освещения спичек, что запрещается параграфом 59 правил безопасности;
— при отсутствии взрывобезопасного освещения не применены шахтные аккумуляторные фонари, как это предлагается в параграфе 60 правил;
— до окончания строительных работ на участке территории завода допущены работы технологических установок, что запрещено статьёй 52 правил».
Ещё в конце 1950-х годов две улицы в Новокуйбышевске были названы именами Миронова и Сафразьяна. Памятники всем погибшим в той трагедии в разное время поставили на их могилах, а в начале 2012 года комиссия при городской администрации Новокуйбышевска приняла решение об установке бюста Ивана Миронова в сквере на улице его имени. Тем самым увековечивались его заслуги как одного из основателей и первостроителей города. Бюст был торжественно открыт в августе того же года.

Канал сайта

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Статьи Тайны истории Аварии и катастрофы Нелепая трагедия