Багира

Суббота, 12 16th

Последнее обновлениеСр, 08 Нояб 2017 2pm

Тайны истории на Дзене — Дзен-канал «Тайны истории»
Тайны истории в Telegam — Телеграмм-канал «Тайны истории»

В последнее время СМИ много пишут о разоблачении и массовых казнях китайских чиновников-коррупционеров. Однако это явление далеко не новое: традиция взяточничества укоренялась в Поднебесной в течение многих столетий. Следы коррупционного прошлого можно проследить даже в современном китайском языке — в нём сохранились весьма недвусмысленные пословицы, например, «большой петух не клюёт мелкий рис».

Сокровища фаворита

Журнал: Мир криминала №16, август 2017 года
Рубрика: Великие мошенники
Автор: Ирина Смирнова

Фото: Нюхуру ХэшэньОдин из самых известных коррупционеров, вошедших в историю Китая, — Нюхуру Хэшэнь, всесильный фаворит китайского императора Айсиньгёро Хунли из династии Цинь. По решению суда Хэшэня приговорили к смертной казни. Впрочем, ему оказали последнюю милость, позволив самому совершить самоубийство путём повешения.

Головокружительная карьера

Нюхуру Хэшэнь родился в семье потомственного офицера-маньчжура, очень рано потерял мать. Как это часто водится, мачеха оказалась недоброй женщиной, издевалась над ним и его младшим братом. Когда Хэшэня зачислили в привилегированную школу, он весьма преуспел в учёбе, хорошо знал и маньчжурский, и китайский языки. В 1772 году его отобрали в отряд императорских телохранителей. Красивый, стройный и образованный юноша, он быстро обратил на себя внимание императора Хунли, став офицером его личного эскорта.
Почти сразу же начался невиданный карьерный взлёт Хэшэня — богдохан сделал его помощником главы Налогового ведомства, членом Императорского секретариата и главой Департамента императорского двора. В возрасте 27 лет он получил право въезжать в Запретный город верхом, хотя этой привилегией пользовались обычно лишь заслуженные пожилые сановники.
Временами Хэшэнь занимал сразу 20 высших государственных постов! Так, на посту директора Пекинской таможни он находился более восьми лет, хотя обычно эту должность давали на год. В 1780 году Хэшэня назначили министром налогов, он вошёл в состав Императорского совета, контролируя финансы всей империи. В 1784 году он стал министром, а через два года — канцлером.
Вскоре он женил своего сына Иньде на десятой дочери императора — Хэсяо. После этого обрёл практически ничем не ограниченную власть — император игнорировал все жалобы и все более отстранялся от государственных дел. Пользуясь этим, Хэшэнь торговал должностями и титулами, присваивал подарки императора и средства, выделяемые на подавление крестьянских восстаний.
Теперь это был уже не скромный телохранитель, а властный и жадный выскочка-временщик, беспощадный к своим обличителям. Окружённый всеобщей покорностью, пресмыкательством и лестью, Хэшэнь ощущал себя вершителем судеб Поднебесной, фактически соправителем Сына Неба — такой титул взял Хунли себе в возрасте 70 лет.

Зарвавшийся маньчжур

Зима 1796 года оказалась для Северного Китая небывало суровой. С наступлением года Дракона лютая стужа сковала столицу Цинской империи, резко подскочили цены на уголь. В одну из февральских ночей в Пекине случилась трагедия — погибли восемь тысяч нищих. Утром, когда солдаты собирали трупы замёрзших, они увидели моложавого надменного маньчжура. Это был Нюхуру Хэшэнь, одетый в крытый золотой парчой тёплый халат и накинутую на плечи роскошную шубу из драгоценного меха морской выдры.
Денег, вырученных за эту шубу, вполне хватило бы для предотвращения ночной трагедии. Однако нужды бедного люда не волновали гордого и властного хозяина роскошного дворца, построенного для него по приказу императора недалеко от собственного. Дворец обслуживали тысяча слуг и пятьсот наложниц. У дворца «рос» виноградник, подпорки которого были отлиты из серебра, лозы и листья в натуральную величину были сделаны из золота, а гроздья — из алмазов, жемчугов, сапфиров, рубинов и изумрудов. Такого небывалого чуда не было даже у самого императора, и Хэшэнь очень гордился этим фактом.
Нюхуру Хэшэню стукнуло уже 46 лет. Копируя быт императора Хунли, каждое утро он облачается во всё новое и никогда дважды не надевает ни сапог, ни халата, ни белья, ни головного убора.
В его руки стекались несметные богатства. Мало того что многочисленные сановники, наместники и губернаторы провинций осыпали его дорогими подарками, он ещё и отбирал все наиболее редкие драгоценности из той дани, что присылали в Пекин соседние страны. Безмерная жадность толкала его на ростовщичество и торговлю — на складах, принадлежавших Хэшэню, хранились заморские, в основном английские, товары. Ходили слухи, что его сокровища превышали ценности императорского дворца! Только одно движимое имущество временщика, без земли и дворцов, оценивалось в 80 миллионов лянов серебра.
Вокруг Хэшэня сложилась целая клика, состоявшая из его родни, ставленников, сторонников и прислужников. Эта свита торговала титулами, должностями, почётными и учёными званиями. Веря во всемогущество своего патрона, она брала взятки, расхищала казённое имущество и средства. Деградация правящей верхушки и бюрократического аппарата шла по нарастающей и вскоре приняла невиданные масштабы. Чиновники, знавшие меру и заботившиеся о стабильности самой системы, безуспешно пытались остановить приближающийся крах. Хэшэнь со своими подручными без труда расправлялся с теми, кто подавал жалобы или обличал их преступления в докладах императору.

Суицид как милость

В феврале 1796 года, на шестидесятом году своего правления, в возрасте 85 лет, император Хунли отрёкся от престола. Считая для себя непозволительным править дольше, чем его великий дед Сюанье, он передал власть своему пятнадцатому сыну Юнъяню. Новый император получил вместе с троном в наследство от отца его всемогущего фаворита Хэшэня. Не желая огорчать престарелого Хунли, Юнъянь был вынужден терпеть его любимца. В результате Хэшэнь ещё в течение трёх лет — вплоть до смерти экс-императора в 1799 году — сохранял в своих руках управление всеми делами государства.
Лишь смерть императора Хунли в феврале 1799 года положила конец невероятной карьере Хэшэня. Его арестовали, обвинив в превышении власти и занятиях, недостойных маньчжура и шэньши (человека, имеющего государственные звания), — ростовщичестве и торговле. Хэшэня приговорили к смертной казни, однако позволили ему самому совершить самоубийство.
За 24 года государственной карьеры у Хэшэня скопилось колоссальное состояние. Так, в описи конфискованного у него имущества значились три тысячи комнат в особняках и поместьях (в старой китайской архитектуре отдельное помещение чаще всего занимало отдельную постройку), в том числе дворец Гунванфу, огромные земельные наделы, 42 меняльные конторы, 75 ломбардов с общим капиталом 70 миллионов лянов. Кипы наличных денег, медных позолоченных слитков и слитков золота, серебра, масса иностранной монеты, отборного женьшеня, кусков нефрита, 230 жемчужных нитей, причём жемчуг был размером с вишню, 10 крупных рубинов, 40 крупных сапфиров, золотой столовый сервиз из более чем чётырёх тысяч предметов… Ещё были 11 кораллов высотой не меньше метра каждый, 14 300 рулонов тонкого шелка, 20 тысяч шкурок каракуля, 550 лисьих шкурок, 850 енотовых, 56 тысяч овчин разной выделки. В гардеробе — 7000 костюмов для всех времён года. В доме Хэшэня также находились 361 тысяча бронзовых изделий, 100 тысяч фарфоровых, предметы из золота с инкрустацией самоцветами, 460 европейских часов. Все это оценивалось в сумму, сопоставимую с доходами государства за восемь лет. Опытные чиновники, поражённые уникальностью многих ювелирных изделий, не смогли даже примерно оценить их стоимость.
Все богатства Хэшэня отошли к казне, причём на перевозку одного только серебра потребовалось несколько недель. Мешками и ящиками грузились золото, жемчуг и драгоценные камни. За этим в молчании наблюдали жители столицы. о чём они думали? Может быть, о том, что на эти деньги можно было спасти тысячи тех замёрзших людей, накормить голодных и нуждающихся, улучшить экономику страны. Между тем несметные богатства, собранные Хэшэнем, лежали мёртвым грузом, он и сам не знал точно, сколько у него всего было. Кому он намеревался все это оставить? Ведь у него были всего лишь два сына и три дочери от жены Фэн Цзивэнь и от наложницы — негусто по китайским меркам.
После смерти Хэшэня многие его ставленники потеряли посты, однако никто не был привлечён к суду. Иначе пришлось бы арестовать и допросить десятки чиновников, чего новый богдохан явно не хотел…

Канал сайта

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Статьи Тайны истории Азия и Восток Сокровища фаворита