Багира

Суббота, 09 23rd

Последнее обновлениеСб, 23 Сен 2017 6am

Сегодня хочу вам, друзья, рассказать о знаменитой картине Карла Брюллова «Последний день Помпеи» (см, стр. 35). Картина, надо сказать, довольно паршивенькая. Этакая, извините за научное слово, квинтэссенция (выжимка) всего, чего только ни было фальшивого, манерного, лживого в том стиле, который господствовал тогда в европейской живописи и который носил название «академизм».

В постели с отчимом

Журнал: Запретная история №11(28), 2017 год
Рубрика: Художественная галерея Д. Инзова
Автор: Дмитрий Инзов

История одного шедевра: Как создавался «Последний день Помпеи»

Что вешали на стенку, когда не было фотообоев?

Фото: художник БрюлловДействительно, эти неестественные позы, заломанные руки, закатанные к небу очи (глаза). Все эти пухлые миленькие мордашки якобы древних римлянок (а на самом деле — воплощение идеала женщины-«пусечки» первой половины XIX века), искажённые фальшивыми («трогательными») гримасами.
Да много можно перечислять причин, по которым эту картину смело можно отправить, так сказать, «в отстойник» для устаревших и слабых полотен.
Надо сказать, что фальшивость этой картины была видна уже некоторым умным современникам Брюллова. Но поскольку в европейском и российском обществе того времени было принято говорить об этой картине исключительно в тоне восторга и восхищения, то эти умные люди вынуждены были (чтобы не подвергнуться травле) держать свои мысли при себе. Вот что вспоминал, например, писатель И.С. Тургенев:
«Когда выставили «Последний день Помпеи» Брюллова и все кругом кричали: «А! а! а!», — я чувствовал себя таким несчастным дураком. Мне она не нравилась — не нравились эти застывшие классические позы. Колесница почему-то посередине, тут светло, а там темно; и почему это тут светло, а там темно — неизвестно. Так я думал, но когда меня спрашивали о впечатлении, я тоже кричал: «А! а! а!…».

Психопаты и шлюхи: часть вторая

Но бог с ним — с этим искусствоведческим анализом. В связи с этой картинкой хочу рассказать вам кое-какие любопытные истории. Если вы обратите внимание, на этой картине несколько раз повторяется лицо одной и той же женщины. Кто эта женщина? А это, братцы, графиня Юлия Самойлова — сожительница Брюллова в те годы, когда он писал свою «эпохальную картину». Вот о ней я вам немного и расскажу.
В одном из прошлых номеров я вам поведал лирическую историю про некую Екатерину Багратион — жену знаменитого генерала Багратиона. Помните мои незабвенные, шедевральные фразы: «Жена знаменитого Багратиона оказалась шалавой», «свинтила за рубеж и пошла по рукам», «дочь психопата и шлюхи» и т.д.? Сейчас я вновь хочу вернуться к психопатам и шлюхам (точнее — к русским дворянам).
Итак, цитирую кусочек из своего прошлого текста: «Катя Багратион была дочкой графа Скавронского — богатейшего магната России, который в расцвете лет тронулся умом на почве любви к музыке. Бедняга отказался от обычной речи и со слугами общался исключительно в песенной форме: то есть пел свои указания и распоряжения, а не говорил. Мамой же невесты была известная блудница Екатерина Энгельгардт — племянница и, одновременно, сексуальная наложница всесильного Григория Потёмкина (фаворита Екатерины II). Пресытившись наконец прелестями своей племянницы, дядюшка выдал её за князя-меломана. Вот в этой-то семье психопата и шлюхи родилась Катя Скавронская…».

«Я, ты, он, она — вместе дружная семья!»

Так вот. В этой замечательной семье родилась не только Катя Скавронская (жена нашего знаменитого Багратиона).
Была у Кати младшая сестрёнка — по имени Мария. Естественно, едва только войдя в половозрелый возраст, Маша сразу же пошла по стопам своей маменьки и старшей сестры. А именно: стала потаскухой. Нет, для начала она — как полагалось в те времена — вышла замуж (за некого графа Палена). Но простое замужество было для девушки как-то скучно.
Чтобы развеять скуку, юная мамзель стала сожительствовать со своим отчимом (!) — известным в то время деятелем, графом Юлием Помпеевичем Литтой.
Дело в том, что папаша этих двух юных потаскух — меломан-психопат Скавронский — наконец-то «сыграл в ящик». И его вдова быстренько выскочила замуж второй раз — за этого самого Юлия Помпеевича Литту.

Итальянский прохиндей удачно «пристроился»

Вообще, этот Литта был такой же Юлий Помпеевич, как я — Изя Шниперсон.
В 1789 году итальянскиий граф Джулио Литта (сын Помпео Литта) в поисках лучшей жизни перебрался в «варварскую Россию». Здесь «макаронника» приютили. Зачислили во флот капитаном 1-го ранга. Ну и переиначали его имя на русский манер — в Юлия Помпеевича.
И вот этот Юлий Помпеевич был чертовски везучий сукин сын. Мало того, что в русском флоте неплохо устроился (хотя — за какие такие заслуги ему такие преференции?!). Так ещё и ухитрился охмурить богатейшую вдовушку Российской империи!
Правда, Джулио Литта был вроде как членом Мальтийского ордена. А эти ребята, как известно, давали обет безбрачия. Но ради больших «бабок» — чего не сделаешь. Литта с родственниками подсуетился. Они вышли на папу римского, кому-то «подмазали», кого-то уболтали — и папа своим именным указом разрешил графу Литте этот самый обет нарушить. Мол, греха в этом не будет. Это вам я, сам папа, гарантирую.
И вот итальянский проходимец Джулио Литта зажил богатой и счастливой семейной жизнью в России…

Лучше две по 20, чем одна по 40!

Итак, подвожу итог (резюме, так сказать).
Есть, значит, стареющая блудница графиня Скавронская (Энгельгардт). С ней живут две прелестные дочурки — Катя и Маша. И тут у «маман» появляется новый муж — похотливый итальяшка Юлий Литта. Ну а дальше — расклад понятен. Итальянец здраво рассудил, что зачем ему одна 40-летняя женщина, когда можно взять двух 20-летних? Правильно — незачем. Поэтому он на супругу стал тратить самый минимум своих, так сказать, потенций и жизненных сил. А взамен стал усиленно окучивать падчериц.
Ну, старшенькую Катю окучить толком не получилось — император Павел I выдал её замуж за Багратиона (полубезумный русский царь хотел наградить отважного грузина за героизм, проявленный в Альпийских походах Суворова. Ну а как лучше всего наградить смуглого южного мужчину? Ну конечно же — красивой белой женщиной!). Поэтому Катя с родительского дома свинтила и стала проститутствовать уже в доме своего благоверного супруга.
Зато младшая Машенька перед напором отчима не устояла. И даже родила от него дочурку. Которой вполне недвусмысленно дала имя Юлия (в честь отчима-любовника Юлия Литта).

Дурная наследственность: три поколения светских шлюх

И вот, почему я вам рассказывал такую длинную историю?
А потому, что эта самая Юлия — плод греховной любви отчима и падчерицы — и есть та самая Юлия Самойлова, которая долгое время была сожительницей нашего прославленного художника Брюллова и которую он запечатлел на разных своих картинах (в том числе и на своём знаменитом «Последнем дне Помпеи» — аж трижды).
Ну а теперь — немного собственно о Брюллове и о его «музе». Эта самая «муза» (Юлия Самойлова) — как вы могли понять из моего развёрнутого комментария — была дочерью и внучкой патентованных шлюх, замешанных в каких-то грязных полуинцестных отношениях (дядя—племянница, отчим—падчерица). И, как ни странно, их наследница Юля Самойлова выросла и стала… монашкой? писательницей? добропорядочной матерью семейства?… увы — нет! Она тоже стала шлюхой.
В 1825 году она вышла замуж за графа Самойлова (почему и вошла в историю под именем Юлии Самойловой). Но быстро наставила мужу рога с его же собственным управляющим. Узнав об этом, муж послал её куда подальше. И Юленька (оставаясь, впрочем, формально в браке) укатила в Италию. Где стала наслаждаться солнцем, морем и горячими южными мужчинами.

«Я теперь твоя работа!»: молодой художник поступает на содержание

И вот там-то, в Италии, в 1827 году с ней и познакомился молодой художник Карл Брюллов (при царе-батюшке молодых русских художников за счёт казны регулярно отправляли в Италию — набраться опыта, порисовать живописные виды и все такое. Вот одним из таких «командированных» и был Карл Брюллов). Ну и там всё у них завертелось: любовь-морковь и всё такое.
Причём связь оказалась довольно долгой (они жили вместе почти 20 лет — до 1845 года). Впрочем, со стороны Брюллова в этом нет ничего удивительного. Он что, дурачок был — чтоб от такого «золотого кошелька» самому отказываться?! Ведь у графини Юленьки Самойловой денег было — куры не клюют. А для молодого начинающего художника это ведь так важно. Эх, художника обидеть может каждый. А вот помочь материально…

Нет правды на земле, но правды нет и выше…

В общем, почти два десятка лет Брюллов «доил» графиню Самойлову. Но та была не в обиде (крепостные ещё наработают!). Зато взамен талантливый альфонс Брюллов свою богатую содержательницу на картинах рисовал. И ведь не прогадала девка-то! Что деньги? Деньги — это мусор. А вот прославиться, в историю войти — это гораздо интереснее.
Вот если б она не содержала Брюллова и он бы не рисовал её на своих картинках — кто б о ней сейчас вспомнил?! А так вот — сам Инзов про неё свои тексты пишет! Так что всё правильно она сделала, эта Юля Самойлова! Вот бы мне такую понятливую богатую бабенку найти! А то работаешь всю жизнь «за три копейки». А я ведь тоже своего рода Брюллов — виртуоз исторических полотен. Но, увы, — не ценят в наше время таланты, не ценят. Эх…

Левый хук в ухо

Знаменитый русский живописец Карл Брюллов (1799-1852) на самом деле при рождении звался Карл Брюлло (без «в» на конце). Он был сыном чистокровного французского скульптора Поля Брюлло, который приехал в дикую Россию «за длинным рублём». Папаша у Карла Брюллова был конкретный (даром что француз!). Лишнего не болтал. Все вопросы решал по понятиям.
Так, когда, ещё будучи подростком, юный Карл вздумал дерзить папаше, то получил от того левый хук (удар) в торец. После чего Карл на всю жизнь остался глухим на одно ухо (барабанная перепонка лопнула).

Канал сайта

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Статьи Судьба и биография Художники и скульпторы В постели с отчимом