Багира

Суббота, 09 23rd

Последнее обновлениеСб, 23 Сен 2017 6am

Об истории петербургского жилища нет специальных исследований. Сегодня мы предлагаем рассмотреть, насколько благоустроенными были квартиры петербуржцев в конце XIX века. Этот период выбран неслучайно: именно тоща стали технически возможны все известные нам бытовые удобства.

Благоустройство петербургского жилища 100 лет назад

Журнал: История Петербурга №1, 2001 год
Рубрика: Будни и праздники
Автор: Е.Д. Юхнева

Фото: петербургская квартираВ Петербурге как в столице и крупнейшем городе России жилище было особенно разнообразным по благоустройству Цены квартир зависели от их комфортности и отличались друг от друга в несколько сотен раз.
Отапливались петербургские квартиры в основном дровами, крайне редко углём (поскольку каменный уголь дороже дров) или торфом. Печи были нескольких типов: голландские «изразчатые» (изразцовые) печи, железные круглые и камины1. Камины в Петербурге не любили из-за их неэкономичности — используется только 30% выделяемого тепла2. Круглая утермарковская чугунная печка высотой в 3 аршина с длинной, через всю комнату трубой (известная в советское время как «буржуйка») была запрещена для постоянного пользования, ими можно было только временно просушивать сырые помещения. Но домовладельцы пользовались ими постоянно, а при осмотрах квартир чинами медико-полицейского надзора каждый раз ссылались на то, что они поставлены лишь недавно для просушки3.
Самой распространённой отделкой печей были белые поливные изразцы. По отзывам современников, печи «торчали как бельмо в глазу в каждой комнате»4. Они были долговечны, гигиеничны (их можно было мыть). Но при использовании сырых дров швы между изразцами трескались, печи начинали дымить, и цвет их становился желтовато-бурым. Гораздо реже печи облицовывались не политыми глазурью изразцами, что было дешевле, но при этом приходилось их красить масляной, мастичной или клеевой краской или даже оклеивать обоями, а это было пожароопасно5.
Квартиры сдавались с дровами или без дров, что всегда оговаривалось заранее, и от чего зависела цена квартиры. Нанимать квартиры с дровами было удобно: домохозяин сам заботился о покупке и доставке дров, причём как оптовый покупатель он получал дрова по достаточно низким ценам, но, с другой стороны, он экономил и на качестве дров. Топить печи такими дровами было сущим наказанием. Если же квартира сдавалась без дров, то можно было предположить, что она холодная, и сколько бы её жилец ни топил даже самыми лучшими дровами, она не прогревалась. Хранились дрова обычно в дровяных сараях во дворах. За отдельную плату дворники кололи дрова и разносили их по дровяникам, которые представляли собой небольшие кладовки на лестничных площадках у дверей квартир. Но иногда дворы-колодцы были настолько малы, что не было места для сараев. Тогда дворники прямо с подвод разносили дрова жильцам6. Недостатки дровяного отопления — постоянная тема обсуждения специальных журналов. Основной недостаток — большие колебания температуры в помещениях: если при окончании топки печи температура в комнате была 18°, то часов через пять — уже 13°, а ещё через десять будет — 7. Это неудобство исчезало при центральном водяном или паровом отоплении, которое только появлялось и говорить о его значительном распространении не приходится. А журналы уже готовили общество к восприятию новых источников тепла — электрических радиаторов в форме ящиков с ребристой лучеиспускательной поверхностью7.
Воздух в петербургских жилищах был наполнен запахом отгоревших свечей, всевозможных ламп, дымившихся печей. В помещениях было угарно (избыток окиси углерода) из-за российской традиции рано закрывать печи из боязни потерять тепло (во многих европейских странах вьюшки были вообще запрещены)8. Надеяться на достаточность только естественной вентиляции было невозможно. Стены кирпичных домов из-за роста их этажности утолщались и плохо пропускали воздух, а применение новых красок для стен (масляной, мастичной или клеевой) совсем прекратили естественный воздухообмен через стены. Второй источник естественной вентиляции — часто открывающиеся входные двери на чёрные лестницы с запахами отхожих мест — поставлял в квартиры далеко не чистый воздух. Сами «дворы, — как писали современники, — содержатся крайне грязно, кучи сора лежат прямо под окнами и испарения их непременно проникают в жилые комнаты. В незначительном расстоянии от жилых комнат (а жилые комнаты всегда устраивали окнами во двор!) помещаются помойные ямы и колодцы сортиров»9. Поэтому была необходимость в искусственной вентиляции Тепло берегли не только простые горожане, но и вполне просвещённые. В специальных журналах приходилось подробно объяснять азы гигиены: насколько полезен для здоровья человека свежий воздух, как важна вентиляция10, как необходимо проветривать комнаты11. Из-за простуды боялись сквозняка из открытых форточек12. В самом конце XIX века стали распространяться фрамуги, правда, они назывались не так, а громоздко-описательно: «откидные под углом 45° форточки, с боками закрытыми ширмами из жести»13. Хотя воздух из них поднимался к потолку, а не дул прямо в комнату, как из обычных форточек, ими так же мало пользовались.
Для вентиляции широко пользовались печным отоплением. Чтобы усилить эффект, в дымоходах делали вентиляционные отверстия, которые назывались «отдушины» или «душники»14. Их закрывали красивыми кружевными коваными решётками, которые иногда больше напоминали произведения искусства, чем простую бытовую деталь. Во время топки более холодный комнатный воздух устремлялся в эти отверстия, а вместо него засасывался воздух из более прохладных помещений: кухни или ватерклозета. Для засасывания воздуха прямо с улицы стали применять усовершенствованный камин Дугласа-Дальтона (или Галтоновскую систему) — систему придуманную в Англии и бывшую там очень распространённой15. Воздух с улицы по железной трубе, проложенной под полом и вокруг дымовой трубы камина, шёл, согреваясь, к отверстию под потолком16. Но эта сложная конструкция в Петербурге не получила широкого распространения.
Освещение много значило в благоустройстве квартир Петербурга, где практически полгода приходилось пользоваться только искусственным светом. Освещение петербургских жилищ представляло целую палитру: от простых лучин до электрических ламп накаливания. Самым же распространённым источником света стали к концу XIX века керосиновые лампы, появившиеся в 1860-е годы17 и постепенно вытеснявшие другие масляные светильники Мало использовалось газовое освещение: для бытовых нужд газ подавался только в небольшое число домов на Невском проспекте и на прилегающих к нему улицах18. Газовое освещение, не успев распространиться, было успешно вытеснено электрическим. Электричество в конце XIX века в Петербурге вырабатывали три крупных общества («Общество 1886 года», «Гелиос» и «Гуэ и Шманцер», построившие электростанции на Васильевском острове, на Калашниковской набережной и на Фонтанке). В городе было множество самостоятельных электрогенераторных установок. Только в незаречной части города их насчитывалось около 30. Они давали ток почти для 30 тысяч лампочек накаливания. Плата за киловатт час колебалась от 21 до 35 коп. Каждая станция давала ток различной силы. Напряжение в распределительных сетях также было различным у всех трёх станций19. Параметры тока мелких установок тоже не отличались однообразием. Это было неудобно — если электрические сети перекрывали друг друга, они не имели возможности заменить или восполнить одна другую.
Но все электрические компании пытались замедлить переход электрических лампочек с угольной нитью к так называемым «экономическим» лампочкам с металлическими нитями, поскольку при использовании их резко снижалось потребление электроэнергии.
По стоимости керосиновая лампа была самая экономичная. Почти столько же стоило освещение электрической лампочкой с вольтовой дугой, а вот свет распространявшейся в Петербурге электрической лампочки накаливания был дороже в 4,5 раза. Газовое освещение тоже стоило дороже керосинового: газовая горелка Арганда в 4 раза, а более используемая открытая газовая горелка — в 10 раз. Свечное освещение было особенно дорого: парафиновая свечка в 22 раза, а стеариновая почти в 30 была дороже керосиновой лампы!20
Всё освещение, используемое в Петербурге в конце XIX века, было далеко от совершенства. Поэтому в печати часто предлагались новые типы источников света21 или различные способы усиления света старых типов ламп22.
Водопровод уже охватывал почти все районы Петербурга, но в дешёвых квартирах верхних этажей он отсутствовал, жильцы пользовались дворовым краном, или дворник разносил воду тем, кто её заказывал23. Даже в центральной. Казанской, части города водопровод имели в 1 участке — 72%, во 2 участке — 82,2%, в 3 участке — 89,6%.24 Водопроводные трубы делались из чугуна, а домовые и квартирные — из свинца25. Качество воды было настолько плохим, что это постоянно обсуждалось в прессе. Начинались подобные статьи обычно мрачным описанием существовавшего положения дел, а потом предлагался тот или иной путь решения проблемы. Предлагалось создавать артезианские колодцы26, использовать родники в округе Петербурга27, сделать водозаборы выше города по течению Невы или пустить воду по трубам из самой Ладоги28. Все эти проекты были фантастичны и, естественно, не были выполнены Пресса широко рекламировала распространение домовых фильтров, использовавшихся в 2/3 домов, а вот в квартирах фильтровали воду лишь в одной из двадцати29. Обычным явлением было отсутствие воды по субботам в верхних этажах, так что дворникам приходилось ручными насосами нагнетать туда воду из труб30. В подавляющем большинстве дворов продолжали существовать наряду с водопроводом самые примитивные деревянные колодцы Правда, встречаются единичные упоминания и о железобетонных колодцах31.

Распространенность квартирных удобств

квартиры

с водопроводом

с ватерклозетом

с ванной

1 коми кв.

25%

12%

0,1%

2 комн. кв.

53%

37%

0,3%

3-5 комн. кв.

76%

67%

8%

6-10 комн. кв.

93%

92%

57%

более 10 комн.

97%

96%

70%

Ванны из всех квартирных удобств были наименее распространены. Почти половина даже «барских» квартир не имела ванн. Делались они из различного материала: бывали ванны мраморные, фаянсовые, чугунно-эмалированные, медные (лужёные), оцинкованные Ванные комнаты практически всегда были с окном. Нагревалась вода и отапливались ванные комнаты обычно дровами.
В кухонные очаги были вделаны чаще открытые чугунные котлы, в которых мыли посуду От постоянно подогреваемого жира, скапливавшегося на стенках этих котлов, в кухнях стоял удушающий чад33. Кухонные раковины соединялись прямыми, без сифона и решётки, трубами с выгребными ямами, и поэтому снабжали квартиры «воздухом, профильтрованным через экскременты и клоачную жидкость»34.
Стирали иногда на кухнях. Встречаются упоминания о специальных баках для «варки» (кипячения) белья, вмурованных в плиты. Обычно же стирали в прачечных, которые являлись необходимой принадлежностью каждого дома. Размещались они в подвалах, высота помещений не превышала 4 аршин (то есть 2 м 84 см), что тогда казалось безумно низко. Подвальные окна почти не пропускали свет, приходилось пользоваться искусственным освещением, но из-за густого пара в прачечных всегда было полутемно Пол бывал обычно плиточный (крайне редко — бетонный, покрытый сверху чистым цементом или асфальтом), задерживающаяся в его неровностях грязная мыльная вода через плохо заделанные швы проникала в грунт. Сточный колодец, устроенный в полу, не всегда имел водяной затвор, и потому газы из сточных труб попадали в помещение Обыкновенно в прачечной устраивался очаг с двумя или более чугунными водогрейными котлами с крышками. Для стирки использовались деревянные лоханки на ножках размером 20 на 24 вершка (около 1 м.) и глубиной 5.5 вершка (25 см.). К ним были приделаны полочки для мыла и грязного белья. Иногда в прачечных были и более глубокие (до 12 вершков) лохани или специальные баки для полоскания белья35. Но чаще носили бельё полоскать в реках и каналах, где были сделаны портомойни — деревянные плоты саженей 8 в длину и 4 в ширину (примерно 16 на 8 метров), соединённые с набережной деревянными лестницами. Посередине портомойни — 3 или 4 бассейна. В проточной воде этих бассейнов полоскали бельё. Вода в каналах была настолько грязна и содержала такие помои, что нужно было быть «лишённым всякой брезгливости и понятия чистоплотности, чтобы полоскать только что вымытое бельё в такой грязи»36. Прачечная и чердаки, где сушили бельё, являлись общими для всех жильцов. Поэтому для стирки белья устанавливалась очередь, за которой наблюдал дворник37
Ватерклозеты в квартирах были трёх видов. Устаревшая и к концу XIX века уже редко встречавшаяся система «Монитор» по цене 6 рублей38.
Этот тип ватерклозетов не имел сливного бачка, и при нажатии специальной ручки (реже — педали) вода из водопроводной трубы поступала прямо в приёмную чашку и затем в открывшееся отверстие. Когда ручку отпускали, вода переставала поступать, и клапан — «сковородка» закрывался, почти не пропуская в квартиру канализационных газов. Аналогичным устройством мы пользуемся до сих пор в поездах дальнего следования. Наиболее распространённой была так называемая «русская система», или «русский горшок», по цене 6 рублей и 73 копейки, состоявший из чугунного воронкообразного горшка, соединённого трубой с накопительным бачком для воды.
Это нововведение восторженные современники сравнивали с Ниагарским водопадом. Вторым изобретением было колено (сифон) фановой трубы, оставшаяся часть воды в котором абсолютно не пропускала никаких запахов. «Теперь в туалетных комнатах благоухают только розы», — высокопарно заключали современники, Собственно, этой системой мы пользуемся до сих пор, и вот уже 100 лет ничего принципиально нового не придумано. Дизайнерские же украшения начались ещё тогда, в конце XIX века. Постепенно стали входить в обиход английские ватерклозеты «Торнадо» и «Пьедестал» с «фаянсовыми чашками особой ладьеобразной формы» и «оригинальной каплевидной формы ручкой, свисающей с бачка на изящной цепочке», которая заменила ручку на самом ватерклозете39.
Во дворах стояли общие ретирад-ники, которыми пользовались дворники, швейцары, уличные торговцы и жильцы подвальных этажей.
Это был небольшой деревянный домик с дыркой в полу над выгребной ямой40, очень похожий на современное дачное удобство.
«На всех чёрных лестницах существовали отхожие места пролётной системы и распространяли жуткую вонь»41. Ими пользовались жильцы квартир, не имевших ватерклозета, и прислуга из квартир, те ватерклозеты были. Находились отхожие места на площадке лестницы рядом с окном в неглубокой нише без дверки. Если в доме не было капитального ремонта, эти ниши и каменные стульчаки с заложенными дырками сохраняются до сих пор.
Трубы для спуска нечистот были в основном деревянные (80%), реже так называемые «каменные» (имеются в виду кирпичные — 20%), которые выкладывались при строительстве дома. Остатки кирпичных труб иногда можно увидеть как два параллельно торчащих ряда кирпичей, идущих сверху вниз вдоль лестничных окон, внешняя стенка трубы обычно отбита. Крайне редко встречались гончарные трубы, и как нечто удивительное упоминаются железные внутри эмалированные трубы42 .Они и вели в выгребные ямы. Но часть домовладельцев для спуска нечистот начала использовать общегородскую дождевую канализацию Массовость и неискоренимость этого явления была признана властями и даже законодательно закреплена. В §34 Обязательных постановлений, принятых 2 августа 1884 года, вопреки ст. 53 и 111 Устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, было разрешено спускать туда нечистоты из клозетов и простых отхожих мест, но оговаривалось, что при присоединении к дождевой канализации должны устраиваться особые заградительные решётки для задержания твёрдых нечистот (но даже это простое требование игнорировалось — осадочные колодцы дождевой канализации на перекрёстках улиц превратились в выгребные ямы)43. Это решение властей вело, как бы мы сейчас сказали, к экологической катастрофе. Деревянная дождевая канализация имела щели и неплотные стыки (до одного пальца шириной), поскольку делалась из самого дешёвого материала — горбыля и барочного леса. Проникновение в окружающую почву чистой дождевой воды было нормально, но когда по этим щелястым трубам пошли нечистоты, санитарные врачи забили тревогу — эпидемии стали распространяться на целые районы, причём иногда фиксировалось совпадение с направлением дождевой канализации. Ту же опасноаь представляли и выгребные ямы. Только 20% их было из непроницаемых материалов: из цемента, реже из керамики или железа, остальные делались тоже из барочного леса и порой не обмазывались глиной, как требовалось по Обязательному постановлению 1884 года44.
Удаление экскрементов из выгребных ям производилось черпаком (в редчайших случаях — насосами) в открытые бочки или ящики45. Кроме городского ассенизационного обоза, размещавшегося на Васильевском острове, было множество частных золотарей. Для открытия подобного промысла не надо было получать у властей никакого разрешения. Имел человек лошадь, телегу и возможность купить ящик стоимостью 40 рублей — мог стать золотарём. В летнее время нечистоты удалялись из города при помощи городских и частных особых ассенизационных лодок, стоявших по берегам рек Смоленки и Ждановки. Лодки эти имели особое устройство: наполнялась только средняя их часть, носовая и кормовая части оставались свободными. В носовой части чаще всего устраивалось временное жильё для рабочих. Каждая лодка вмещала до 300 возов нечистот, с воза бралась плата — 30 копеек. Увозились нечистоты ранним утром далеко за Лахту, где и спускались в море46.
Помойные вёдра обычно ставили у квартирных дверей на чёрных лестницах47. Мусорные (для сухого мусора) и помойные (для пищевых отбросов) ямы бывали во дворах или в виде избушек с открывающейся дверкой, или в виде ларей с крышкой. Реже они находились в специальном помещении в самом доме (обычно под чёрной лестницей)48. Мусорщики занимались вывозом мусора и уборкой мёртвых животных, а тряпичники — собиранием костей и стёкол49. Мусор вывозился на свалки, одна из них, наиболее известная, находилась у Забалканского проспекта, на месте современных домов 73-83, и называлась «горячим полем», потому что отбросы прели, разлагались, и над полем стоял зловонный и густой туман. В санитарных целях летом, в сухую погоду, свалки сжигались50.
Курятники, конюшни, коровники в петербургских дворах было явлением обычным. В конце прошлого века в Петербурге было более 41 тысяча лошадей, 8 тысяч коров в личном владении51. Коров держала каждая шестая семья. Причём коров держали не только для себя, но и для продажи молока. Большинство молочных лавок Петербурга торговали плохим по качеству молоком, полученным от коров, постоянно стоявших в полутёмных, непроветриваемых стойлах на задних дворах. Именно поэтому особенно ценились молочные и сливочные лавки, привозящие молоко, сливки, сметану и сыры с загородных ферм52. «Всякая домашняя птица и животные свободно разгуливают по двору, гадят и пачкают почву, и мы к этому совершенно равнодушны! Из-под конюшен и коровников сочится тёмно-коричневая мутная и вонючая жижа и пропитывает всю почву, которая таким образом превращается в культурный бульон для жизнерадостного процветания всяких тифозных, холерных, дифтеритных и чахоточных микробов. И вот пошёл дождик размыл всё это, рассиропил жижицу, оживил микробов, обильным потоком и густой струёй всё это сносится в прелестную реку и расхлёбывается с удовольствием береговым населением»53, — писал современник.
Ледники. Провизию хранили в холодном шкафу, представлявшем собой деревянный ящик с круглыми дырками для проветривания Укреплён он был с внешней, уличной стороны кухонного окна.
Запасы провизии хранили в ледниках. Ледники были обычно или в подвалах домов, в специальных деревянных срубах, (но таявший лёд слишком увлажнял воздух, что, во-первых, портило фундамент дома, а во-вторых, квартиранты первого этажа страдали от сырости) или, чаще, в отдельно стоящих погребах. Медицинская полиция с возмущением отмечала: «Мясо и всякую другую провизию кладут прямо на лёд без посуды». Это часто приводило к заболеваниям. Лёд для ледников вырубался на Неве или Невках, а из Фонтанки, Мойки и каналов брать лёд было запрещено из гигиенических соображений. Лёд нарезался большими параллелепипедами (метра полтора длиной, сантиметров 70 толщиной) и потом развозился по домам. Ледяной промысел требовал большой физической силы и сноровки, поскольку, вырубая куски льда и вытаскивая их, легко было поскользнуться и упасть в прорубь. Вокруг прорубей, где вырубали лёд устраивались изгороди, а на ночь для безопасности зажигали огни, поскольку движение транспорта и пешеходов по льду было интенсивным
Лифт, пожалуй относился скорее не к благоустройству, а к знаковым предметам роскоши. В конце XIX века подъёмные лифты только начали появляться54. Входящих встречал швейцар. В рекламных объявлениях того времени единственное, что указывало на качественную характеристику квартиры, было не количество комнат, а именно состояние лестницы. Сформировался даже несколько нелепый рекламный штамп — «мраморная лестница с ковром и швейцаром». Также как показатель барственности квартиры всегда указывалось в объявлениях наличие подъёмной машины (словом «лифт» практически не пользовались), даже если речь шла о квартире на 1-м этаже55.
Первые пассажирские гидравлические лифты появились в петербургских великокняжеских дворцах в 1870-е годы Механизм действия этих лифтов был оригинален и прост: в колодец погружался цилиндр диаметром 70 сантиметров, внутри которого был поршень, поддерживающий кабину Когда водопроводная вода наполняла колодец, выталкивая стержень, лифт поднимался. Когда воду спускали — опускался. Особенностью гидравлических лифтов были плавность и бесшумность хода. Но у этих лифтов был единственный недостаток, особенно чувствительный для Петербурга. При увеличении этажности зданий колодец должен был становиться все глубже, но под верхним слоем мог оказаться плывун, и можно было вместо гидравлического лифта получить артезианский колодец56.
С 1880-х годов стали появляться электрические лифты, где на лебёдку наматывался канат, на котором висела кабина. Эти лифты были экономичнее своих предшественников.
В начале XX века стоимость одного полного хода кабины электрического лифта на 3 пассажиров в шестиэтажном доме была полторы копейки, тогда как гидравлического — шесть с половиной, то есть в 4 раза дороже57. Швейцар поднимал жильцов в лифте, за что каждый платил по 2 рубля в месяц58. Стоимость самой установки лифтового оборудования в пятиэтажном доме колебалась от 3,5 до 5,5 тысячи рублей и зависела от его декоративного убранства» Кабины лифтов богато декорировались ценными породами дерева, украшались резьбой и инкрустациями, внутрибывали даже кожаные или бархатные диванчики Ограждения шахт лифтов выполнялись из кованого железа или художественного литья. Наиболее хорошо сохранившийся действующий лифт находится на Невском, 21, в бывшем торговом доме Ф.Л. Мертенса. Петербургские лифты интересны и как памятники инженерной мысли, и как памятники бытовой истории, и как произведения декоративного искусства.
Все удобства, которыми мы сегодня пользуемся, существовали уже более ста лет назад и за это время технически принципиально не изменялись Эстетические требования нового времени несколько влияли только на дизайнерское оформление. Вопрос в другом — насколько были распространены благоустроенные квартиры и была ли в них потребность?
Бытовое благоустройство коснулось в конце XIX века только самых богатых горожан. Специальные журналы достаточно безуспешно пытались сформировать потребность горожан в благоустройстве, мотивируя это гигиеническими требованиями. Более действенно влияла на общественное мнение о необходимости удобств реклама. Анализируя квартирную рекламу конца XIX века, можно заметить, что цена квартир зависела не только от района и этажа, где расположена квартира, но впервые и от удобств, которые очень подробно описывались в этих рекламных объявлениях. Конечно, это касалось только дорогих и средних по цене квартир, поскольку именно о сдаче таких квартир публиковались платные объявления60. Удобства постепенно становятся не столько личной необходимостью, сколько вопросом престижа, требованием общественного мнения. И состоятельные петербуржцы готовы были к концу XIX века платить за благоустройство жилищ.
Октябрьская революция не только не привела к массовому распространению в Петербурге квартирных удобств, но и притормозила формирование у горожан потребности в них, клеймя лифты и ватерклозеты буржуазными пережитками61. Массовое распространение благоустроенных квартир началось только в начале 1960-х годов, то есть спустя почти 80 лет после появления их в Петербурге.
________
1 Светлов С.ФПетербургская жизнь в конце XIX столетия (в 1892 году). СПб 1998 С 63
2 Энве Камины // Домовладелец 1896 №5. С. 146-149,
3 Город Санкт-Петербург с точки зрения медицинской полиции / Под ред. И. Еремеева СПб 1897 С. 106.
4 Кое-что об изразчатых печах // Наше жилище 1895 №3 С 9.
5 Там же С. 11.
6 Засосов Д.А., Пызин В.И. Из жизни Петербурга 1890-1910-х годов: Записки очевидцев) Л 1991.С. 63.
7 Способы отопления жилых помещений // Домовладелец. 1896. №7. С 165.
8 Мысли и заметки по некоторым вопросам отопления и вентиляции // Строитель 1895. №15. С.1-5.
9 Португалов В. Канализация: (Реальность у нас и в Париже) // Строитель. 1896 №6 С 231
10 Строитель. 1895. №15. С 8,1897. №5 С. 199. №11-12. С. 437. 1899. No 17-18. С 717 1900 №7-8. С. 249, Домовладелец. 1895 №4. С.51 №5. С. 69. №23-24. С. 339.
11 Наше жилище. 1895. №5. С 2, Домовладелец 1896. №20. С.396, №21. С. 413, №23. С. 446. Там же 1898. №7. С. 44
12 Мысли и заметки по некоторым вопросам отопления и вентиляции // Строитель 1895 №15. С. 1-5
13 Топка печей дровами // Домовладелец 1897 №2 С 21
14 Там же.
15 Искусственная вентиляция // Домовладелец 1897 №3 С 47
16 Энве. Камины // Домовладелец. 1896. №5. С. 146-149
17 Изобретение лампы // Домовладелец. 1896. №22 С 436
18 Очерки истории Ленинграда. М.; Л.,1956. 13 С. 902.
19 Там же. С. 904.
20 Стоимость освещения // Строитель. 1897. №15/16. С. 619.
21 Домовладелец. 1895. №8. С. 122, №11. С 159, №12. С 189 №14 С 205 1896 №15 С 299 №22 С. 435, 1897 №19 С. 361 №22. С 423, №23. С 441.
22 Строитель. 1896. №3/4. С. 149, №7/8. С. 345, 1900. №7/8. С 281.
23 Город Санкт-Петербург с точки зрения медицинской полиции. С. 28, 91
24 Город Санкт-Петербург с точки зрения медицинской полиции. С 94
25 Там же. С. 30
26 Строитель 1896. №23. С. 955. Домовладелец. 1896. №9. С. 201. №11.С. 235. №14. С. 283, №17 С 335, №19. С. 583.
27 Домовладелец. 1895. С. 484,1898. №4, С. 68.
28 Там же. 1897. №2. С. 25. №3. С. 47. №4. С 64
29 Город Санкт-Петербург с точки зрения медицинской полиции. С. 95
30 Водоснабжение Петербурга // Наше жилище. 1895. №4. С. 10.
31 Город Санкт-Петербург с точки зрения медицинской полиции. С. 14.
32 Санкт-Петербург по переписи 15 дек 1890 г. СПб., 1892 Ч 4. С. 80.
33 Правдэик Б. Согревание воды в кухонных очагах // Наше жилище. 1895. №6. С. 10.
34 Тимохович С. Что есть и чем должно быть наше жильё // Наше жилище 1895 №3. С 1.
35 Город Санкт-Петербург с точки зрения медицинской полиции. С. 310 Павловский А О домовых прачечных // Наше жилище 1895. №8. С. 1-3.
36 Город Санкт-Петербург с точки зрения медицинской полиции. С. 118
37 Светлов С.Ф. Указ, соч. С. 63.
38 Наше жилище. 1895. №6. С. 5.
39 Там же. С. 34.
40 Там же. С 34. 39
41 Пеликан А.А. Во второй половине XIX века // Голос минувшего. 1914, №2. С. 131.
42 Там же. С. 21.
43 Домовладелец. 1897. №13, С. 245.
44 Город Санкт-Петербург с точки зрения медицинской полиции. С. 37.
45 Тамже. С 85.
46 Там же. С. 647.
47 Тимохович С. Указ, соч. С. 2.
48 Город Санкт-Петербург с точки зрения медицинской полиции. С. 32.
49 Домашние санитары // Домовладелец 1897. №11. С. 207.
50 Засосов Д.А., Пызин В.И. Указ, соч. С. 76.
51 Санкт-Петербург по переписи 15 дек 1890 г. СПб.,1892. 4 3. С 32 Тобл. X.
52 Город Санкт-Петербург с точки зрения медицинской полиции. С. 144
53 Португалов В. Указ.соч. С 231.
54 Домовладелец 1896. №8. С. 176. №10. С. 210. №12. С. 242. №14. С. 274.289. 291,344.1897, №19. С. 377 1898 №1 С 17 18
55 Просмотрены объявления о сдаче квартир в рекламных газетах: 1) «Санкт-Петербургский справочный листок» (1895 г) — 2) «Публикации, справки и заявления» (1894-1897 гг.); 3) «Столичный курьер» (1895-1900 гг.); 4) «Деловой листок» (1896-1901 гг.) 5) «Адресный листок» (1996-1897 гг.); «Публикации, справки и объявления конторы Копаныгина» (1898 г.); 7) «Столичные обьявления» (1898-1899 г.)
56 Котенев Д.И. Старинные лифты // Ленингр. панорама. 1988 №8. С. 34.
57 Домовладелец 1896. №8 С. 176 .№10. С. 210. №12. С. 242, №14. С. 274, 289,291, 344, 1897, №19. С.377 1898 №1 С 17 18
58 Засосов ДА., Пызин В.И. Указ, соч. С. 63.
59 Каменцев М. Подъёмники в жилах зданиях // Домовладелец. 1896 №8, С, 176.
60 Цена строки рекламы в разных изданиях колебалась от 10 до 45 коп.
61 См., исследования квартирного быта социалистического города, жилищной ментальности довоенного и послевоенного периода и современноаи (Лебина Н.Б. Повседневная жизнь советского города: Нормы и аномалии, 1920-1930 гг. СПб 1999. Шомина Е.С. Жители и дома М. 1999.

Канал сайта

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Вы здесь: Главная Статьи Архитектура Благоустройство петербургского жилища 100 лет назад