Багира

Пятница, 07 28th

Последнее обновлениеЧт, 27 Июль 2017 11pm

Античные печати, сохранившие до наших дней сведения об искусстве, верованиях и быте древнего мира, могут содержать данные и о политической жизни своего времени.

Митридат Евпатор и перстни-печати из Пантикапея

Журнал: Советская археология №1, 1968 год
Рубрика: Заметки
Автор: О.Я. Неверов

В этом отношении определённый интерес представляют несколько приводимых ниже памятников античной глиптики, происходящих из некрополя Пантикапея.
1. Золотой массивный перстень (рисунок, 1) с плоским овальным сердоликом1. На камне вырезан бюст мужчины, обращённый влево (рисунок 2, 3). Перстень был найден в 1872 г. в каменной гробнице на горе Митридат в Керчи2. Форма перстня с тонкой шинкой, постепенно расширяющейся и переходящей в жуковину, типична для конца I в. до н.э. — начала I в. н.э.3
________
1 Гос. Эрмитаж, инв. №П.1872.91. OAK за 1873 г., стр. 55, табл. 3, 10. Размеры перстня: 2,0×2,4 см, размеры камня: 0,8×0,9 см. Фон и изображение отполированы.
2 Богатое погребение, принадлежавшее, по-видимому, знатному пантикапейцу, содержало деревянный саркофаг, золотой венок, индикацию монеты с монограммой BÄE (начала Ib.), серебряный флакон, чашу из красной яшмы, краснолаковый светильник I в. и три стеклянных сосуда начала I в. Находки хранятся в Гос. Эрмитаже. За сведения о них я признателен Н.З. Куниной.
3 F. Henkel. Die römischen Fingerringe der Rheinlande. Berlin, 1913, табл VII 116, 127; табл. VIII, 139, 154; табл. IX, 171.

На печати изображён мужчина с головой, увенчанной диадемой. На щеках обозначены бакенбарды. Круглая застёжка на плече скрепляет плащ. Обращённый вверх взгляд, резко поднятая бровь, образовавшая складку на лбу, полуоткрытый рот придают образу мужчины черты взволнованности и торжественного пафоса. Работу резчика отличает смелая и виртуозная техника. Приёмы резьбы разнообразны. Не будучи глубокой, резьба отмечает мускулы лица, передаёт едва заметные изменения рельефа в области лба, вокруг глаз и рта. В то же время волосы и складки плаща трактованы с помощью лаконичных упрощённых врезов, усиливающих игру светотени. Изображение тщательно отполировано.
В Отчёте Археологической комиссии, где эта печать была опубликована, она толковалась как изображение бога Аполлона4. Однако это, несомненно, портрет, о чём свидетельствуют такие необычные в образе божества индивидуальные черты, как форма носа с горбинкой, бакенбарды, обозначенное на шее адамово яблоко. Об этом говорит и дробная пластика лица. Судя по венчающей голову широкой диадеме, здесь изображён один из эллинистических царей. На первый взгляд заметно общее сходство с, Александром Македонским. Но при ближайшем рассмотрении становится ясно, что образ Александра служил лишь отправной точкой для создания этого портрета. Подражать во внешности Александру Македонскому стремился лишь один из царей, живших около времени создания этой печати. Это — царь Понта и одновременно Боспора Митридат VI Евпатор5. Митридат, последний самостоятельный эллинистический царь, пытался, подобно Александру, создать огромную греко-иранскую державу в Причерноморье. Подражание внешнему облику знаменитого предшественника имело для него совершенно ясный политический смысл.
Многочисленные выпуски монет Митридата VI сохранили множество его портретов, которые, по мнению нумизматов, могут быть разделены на три основных типа: 1) портреты юного царя с несколько идеализированными чертами на ранних недатированных тетрадрахмах; 2) реалистические портреты на тетрадрахмах 96-85 гг. до н.э.; 3) сильно идеализированные портреты на монетах различного номинала, чеканеных в Перга-ме в 88-85 гг. до н.э. и в последующие годы в Понте6.
В основе двух первых типов портретов Митридата VI лежит образ Александра Македонского, известный по монетам, чеканеным царём Фракии Лизимахом7. Динамичность патетических портретов подчёркнута беспокойными прядями волос и развевающимися лентами диадемы8. Резчик, создавший третий тип монетных портретов Митридата, усилил идеализацию черт царя, придал ему совершенно юный облик, ещё больше подчеркнул одухотворенность и беспокойство образа9. Лицо 45-летнего Митридата теряет приметы возраста и черты сходства с его иранскими предками, сохранявшиеся до сих пор в его портретах.
Эти черты, несомненно, отражают то полурелигиозное почитание образа Митридата, которое началось после завоевания им Малой Азии10. Прежде Митридат VI, подобно Александру, почитался как новый Дионис.
________
4 OAK за 1873 г., стр. 55.
5 Митридат возводил свой род к Александру Великому (Юстин, 38, 7), как реликвию он хранил плащ Александра (Аппиан. Войны Митридата, 117).
6 Е.Т. Newell. Royal Greek Portrait Coins. New York, 1937, стр. 48 ел.; Th. Reinach. Mithridate Eupator roi de Ponte. Paris, 1890, стр. 278.
7 G. Kleiner. Bildnis und Gestalt des Mithridates. JDAI, 68, 1953, стр. 78.
8 E. Babelon, Th. Reinach. Recueil general de monnaies grecqes d'Asie Mineure. I, Paris, 1904, табл. II, 4-11; Сравни: Гос. Эрмитаж, инв. №12244, 12239, 12257, 12258, 12288, 12268.
9 E. Babelon, Th. Reinach. Там же, табл. II, 2-3, 12-15; табл. III, 1-6. Сравни: Гос. Эрмитаж, инв. №12311, 12322, 12299, 12314, 12333.
10 G. Kleiner. Bildnis und Gestalt des Mithridates, стр. 80.

Перстни-печати Митридата
Перстни-печати с изображениями и эмблемами Митридата VI из Пантикапея. 1 — золотой перстень с портретом Митридата VI, Гос. Эрмитаж; 2 — сердоликовая печать золотого перстня с портретом Митридата VI (увеличено); 3 — портрет Митридата VI (оттиск на гипсе); 4 — золотой перстень с гранатовой печатью: эмблема Митридата VI, Гос. Эрмитаж; 5 — гранатовая печать с эмблемой Митридата VI (увеличено); 5 — двойной золотой перстень с сердоликовой печатью: эмблема Митридата VI, Гос. Эрмитаж

Теперь он был провозглашён новым Гераклом, освободившим Малую Азию от римлян, подобно тому, как древний герой освободил Прометея от терзавшего его орла11.
По словам современников, благодарные жители Малой Азии называли понтийского царя «Бог, отец, спаситель Азии, Дионис»12.
Сравнивая изображение царя на печати с портретом Митридата VI на монетах, можно найти достаточно общих черт, чтобы отождествить изображённого с Митридатом. На печати, как и в портретах двух первых типов монет, волосы образуют компактную массу, а в верхней части представляют собой подобие плотной шапочки. Отдельные пряди, выбиваясь снизу и сверху из общей массы волос, заходят за край диадемы13. Своеобразная форма носа с горбинкой нередко встречается на монетах Митридата14. Типичной чертой для портретов Митридата VI являются бакенбарды. Характерна для его портретов и подчёркнутая взволнованность, динамичность образа15.
С Митридатом Евпатором и с традициями основанной им на Боспоре династии связана также целая группа печатей, происходящих из Керчи. Изображения на них представляют собой известную по монетам ахеменид-скую эмблему Митридата — полумесяц и солнце16.
2. Золотой полый перстень с выпуклым гранатом (рисунок, 4)17. На камне изображены полумесяц и солнце в виде восьмиконечной звезды (рисунок, 5). Перстень был найден в 1903 г. в плитовой гробнице на горе Митридат. Форма перстня с тонкой шинкой и высокой жуковиной относится к концу I в. до н.э. — началу I в. н.э.18 Печать с матовым изображением и сильно выпуклой полированной поверхностью камня принадлежит к кругу работ местной камнерезной мастерской19. Аналогичная сердоликовая печать, вероятно, также изготовленная на Боспоре, была найдена на горе Митридат при раскопках Пантикапея в 1945-1953 гг.20 Сердоликовая печать с тождественным изображением была найдена в катакомбе на горе Митридат в 1891 г.21
3. Золотой двойной полый перстень с сердоликом и изумрудом (рисунок, 6)22. На круглой сердоликовой печати изображена ахеменидская эмблема Митридата.
________
11 Отражением этого апофеоза считается рельеф из Пергама, где Митридат изображён в виде Геракла, освобождающего Прометея. См. G. Кrahmer. Eine Ehrung für Mithridates VI. Eupator in Pergamon. JDAI, 40, 1925, рис. 1, 11-12.
12 Cicero. Pro Flacco, 25.
13 E. Вabe1оn, Th. Reinsсh. Ук. соч., табл. II, 6, 7, 10, 11.
14 E.T. Newell. Ук. соч., рис. 3 на стр. 48; Е. Вabе1оn, Th. Reinасh. Ук. соч., I, табл. И, 5, 9, 10, 11; табл. III, 2.
15 Возможно, что это образ обожествленного Митридата, на что, по-видимому, указывает широкая круглая диадема без ниспадающих лент. См. К. Gebauer. Alexanderbildnis und Alexandertypus. AM, 63/64, 1938-1939, стр. 26, 28; F. Poulsen. Portraits de deux rois de Pergame. Mélanges Glotz. Paris, 1932, стр. 752, Об этом же может говорить приподнятая надо лбом масса волос.H.P. L'O range. Apotheosis in Ancient Portraiture. OsJo, 1947, стр. 41. Известно, что на Боспоре был обожествлен царь Перисад I (С т р а б о н. География, VII, 4, 3). По-видимому, подобные почестп воздавались и Аспургу.В.Д. Блаватский. Раскопки Пантикапея. КСИИМК, XXXIII, 1950, стр. 28. Характерно, что в посвятительной надписи Динамин Митридат назван «Дионисом» (IosPE, II, 356).
16 Это эмблемы наиболее почитаемых божеств Ирана. Th. Red nach. Mithridate Eupator, стр. 289; Ср. Геродот. I, 131.
17 Гос. Эрмитаж, инв. №П.1903.147. Размеры перстня: 1,8x2,1 см, размеры камня: 0,7×0.9 см. В.В. Шкорпил. Отчёт о раскопках в г. Керчи и его окрестностях в 1903 г. ИАК, 17, СПб., 1905, стр. 22.
18 F. Henke1. Ук. соч., табл. VII, 128; табл. XX, 405.
19 М.И. Максимова. Боспорская камнерезная мастерская. CA, 1957, 4, стр. 75, рис. 3, 8.
20 ГМИИ, инв. №М. 936; М.И. Максимова. Античные геммы и их оттиски на фрагментах глиняных сосудов. МИА, 103, 1962, стр. 193, рис. 6.
21 А.А. Захаров. Геммы и античные перстни Гос. Исторического музея. Тр. Саранион, III, 1928, стр. 129, №261, табл. IX. Ср. OAK за 1891 г., стр. 61, где эмблема на печати принята за изображение корабля. В публикации А.А. Захарова под №260 издана аналогичная сердоликовая печать.
22 Гос. Эрмитаж, №П.1909.56. Размеры перстня: 1,8x2,4 см, размеры сердоликовой печати: 0,3×0,3 см. Перстень украшен зернью.

Перстень был найден в 1909 г. в земляной гробница на Глинище. По форме перстень может быть отнесён к концу I в. до н.э. — началу I в. н.э.23
Приведённая выше группа печатей из некрополя Пантикапея свидетельствует о длительной популярности Митридата VI в Крыму. Понтийский царь имел там много сторонников, его самостоятельная политика, по-зидимому, отвечала интересам широких кругов местного населения, жители греческих полисов были признательны ему за защиту от скифов, Стремясь опереться на эти сочувствовавшие Митридату слои, его преемники на боспорском престоле постоянно подчёркивали свою связь с Митридатом. Так, его сын в соответствии с ахеменидской традицией именует себя «царь царей великий Фарнак»24. Такой же пышный иранский титул принимает его преемник Асандр25. Своё родство с Митридатом VI подчёркивает внучка его Динамия26. Сохранилось её изображение в иранской тиаре, усеянной звездами27. На золотом статере Динамии помещена ахеменидская эмблема Митридата — солнце и полумесяц28. Наследовавший Динамии Аопург дал своему сыну имя Митридата, чем подчеркнул память о своём великом предке и заявил о своей верности его политике Особенно смелым и независимым было поведение Митридата VIII. Он чеканил монеты, которые являлись прямым вызовом Риму, обращавшему всё более пристальное внимание на Боспор30. На обороте его медных монет вновь появилась ахеменидская эмблема Митридата31. Провозглашение традиций митридатовской династии на Боспоре постоянно сочеталось с большей или меньшей независимостью по отношению к Риму, что говорит об относительной слабости римских позиций в этом районе. Весь I в. продолжается борьба Боспора за самостоятельность, в которой боспорские правители неизменно опирались на местные племена.
М.И. Ростовцев в своё время обратил внимание на двойственность политической обстановки на Боспоре в I в. до н.э. — I в. н.э. Он отметил наличие там противоположных по интересам сил: местных племён, безоговорочно поддерживавших Митридата VI, и населения греческих городов, колебавшегося между Митридатом и Римом32. Приведённые памятники глиптики красноречиво говорят о том, что и в греческих городах Боспора долго существовали группы населения, искренне поддерживавшие Митридата и его преемников. Сохраняя митридатовские традиции, правители Боспора опирались в основном на местные племена, но имели в виду и определённые слои городских жителей, возможно, из числа сар-матизированной знати, среди которых эти традиции находили отклик. Эти глубокие местные традиции лишь чисто внешне сочетались с официальной, ориентированной на Рим, боспорской политикой33. Полнее всего они выразились в той притягательной силе, которую не утратил на Боспоре образ Митридата VI спустя много десятилетий после его смерти. Для Бос-пора I в., которому все больше угрожала вассальная зависимость от Рима, эти свободолюбивые традиции независимой политики составляли «то единственное, чего враги не отняли»34.

23 F. Hеnkе1. Ук. соч., табл. IX, 181, ср, табл. VI, 108.
24 В.Ф. Гайдукевич. Боспорское царство. М. — Л., 1949, стр. 586; В.Д. Блаватский. Пантикапей.М., 1964, стр. 130; IosPE, II, 356.
25 IosPE, II, 25.
26 IosPE, II, 356.
27 M.И. Ростовцев. Бронзовый бюст боспорской царицы и история Боспора в эпоху Августа. «Древности», ТМАО, XXV, М., 1916, табл. I.
28 А.Н. Зограф. Античные монеты. МИА, 16, 1951, табл. 44, 14.
29 За внука Митридата VI выдавал себя и Скрибоний, стремясь привлечь к себе население Боспора. См. Дион Кассий. 60, 8.
30 А. Бертье-Делагард, О монетах властителей Боспора Киммерийского, определяемых монограммами. ЗООИД, XXIX, 1911, стр. 160.
31 А.Н. Зограф. Ук. соч., табл. 46, 4. Митридат VIII называл себя «потомком великого Ахемена» (Тацит. Летописи, XII, 18) и гордился родством с Митридатом Евпатором (Дион Кассий, 60, 8).
32 М.И. Ростовцев. Ук. соч., стр. 10 ел.; его же. Эллинетво и иранство на юге России. Прг., 1918, стр. 109 ел.
33 Уже одно подчёркивание памяти о Митридате, о том, кто был заклятым врагом Рима, «по ненависти к римлянам вторым Ганнибалом» (Веллей Патеркул. II. 18), было проявлением оппозиционных, антиримских настроений.
34 «Quod solum hostes non abstulerunt» — выражение Митридата VIII, приведённое Тацитом (Тацит. Летописи, XII, 18).