Багира

Среда, 07 26th

Последнее обновлениеСр, 26 Июль 2017 4pm

Битва при Саламине (480 год до нашей эры) стала судьбоносной для Древней Греции. Огромный флот персидского царя Ксеркса потерпел сокрушительное поражение от меньшего по численности флота эллинов. Из всей персидской армады достойно в тот день сражались лишь пять кораблей под командованием женщины-воительницы по имени Артемисия…

Адмирал по имени Артемисия

Журнал: Военная история №8, август 2017 года
Рубрика: Женщины на войне
Автор: Сергей Петров

Правительница Карии посрамила в бою мужчин

Фото: Артемисия КарийскаяАртемисия была царицей Карии (область в Малой Азии). Но царицей она была, как бы сейчас сказали, не суверенной. Её страна, как и многие другие государства Азии, вынуждена была признать себя вассалом персидского царя. Персы оставили за Карией статус «автономного образования» (со своим царём, собственными законами и т.д.), но карийцы были обязаны выплачивать персам ежегодную дань. Кроме того, карийцы — в случае если персидский царь объявит кому-нибудь войну — должны были выставить определённое количество воинов и кораблей.

Город спасут «деревянные стены»

В 480 году до нашей эры персидский царь Ксеркс решил завоевать независимые греческие полисы (города-государства). Ксеркс собрал огромную армию и мощный флот. В состав этой морской армады вошли пять кораблей
из Карии под командованием карийской царицы — Артемисии I.
О жизни этой женщины до Саламинской битвы практически ничего не известно. Мы знаем лишь, что она унаследовала карийский престол после смерти своего мужа, о котором ничего неизвестно (даже имя его не сохранилось). О самой же Артемисии тоже вряд ли что сохранилось бы в истории, если бы не началась греко-персидская война.
Над греческими городами нависла страшная угроза — огромное персидское войско царя Ксеркса вторглось на Балканский полуостров. Персы прорвались в центральную Грецию. Участь Афин — главного полиса Греции — зависела от исхода битвы на море.
Талантливый афинский стратег Фемистокл понимал, что нужно разбить персов на море. Тогда сухопутное войско Ксеркса лишится поддержки с моря и вынуждено будет отступить. Но то, до чего додумался Фемистокл, не понимали большинство других — ограниченных и суеверных афинских лидеров. Противники морской битвы ссылались на предсказание дельфийского оракула, в котором говорилось, что спасение Афин — «в деревянных стенах». Обыватели решили, что речь идёт о старом полуразвалившемся частоколе, окружавшем город. Но Фемистоклу было ясно, что такое решение — гибель. И он, не смея оспорить предсказание оракула (иначе его обвинили бы в богохульстве), мастерски повернул этот аргумент в свою пользу: под «деревянными стенами» оракул, конечно же, имел в виду афинские корабли, а не какой-то прогнивший забор!

Хитрость Фемистокла

В итоге афинянам удалось создать довольно сильный флот. К ним присоединились и корабли Спарты. Но всё равно — по сравнению с огромным персидским флотом этого всего было мало. Фемистокл повёл греческий флот к узкому проливу у острова Саламин. Он понимал, что именно там можно навязать персам выгодное для греков сражение. В открытом море мощный флот персов без труда раздавит эскадру эллинов. Узкий пролив, напротив, «обнулит» численное превосходство персов.
Однако спартанцы настаивали на выходе в открытое море. Спартанцы были храбрыми воинами, но никудышными морскими стратегами. Они не могли понять, что битву можно выиграть не только отвагой и героизмом, но также умом и хитростью.
Фемистокл делал всё, чтобы «утопить вопрос» в бесплодных дискуссиях. Он по десять раз на дню устраивал дебаты, советы, обсуждения со спартанскими предводителями, придумывая каждый раз какие-нибудь мифические препятствия, не позволявшие сняться с якоря. Все это для того, чтобы дождаться атаки персидского флота, когда у греков попросту не останется иного выхода, кроме как драться.
Уловки Фемистокла сработали — но лишь до того момента, когда кСаламину подошёл гигантский персидский флот. Увидев морскую армаду неприятеля, спартанцы и многие афиняне пали духом.
Фемистокл понимал, что благоприятный случай предоставляется именно сейчас. И второго подобного шанса покончить с персами не будет. И афинский стратег решился на рискованный шаг. Фемистокл отправил к Ксерксу своего доверенного раба со следующим сообщением: «Афинский военачальник Фемистокл переходит на сторону великого царя и первый извещает его о том, что эллины хотят бежать. Фемистокл советует не дать им убежать, а напасть на них, пока они находятся в страхе, и уничтожить их морские силы». Царь клюнул на приманку Фемистокла. Нужно немедленно атаковать греков! Но всё же на всякий случай решил посоветоваться со своими военачальниками. Был созван военный совет. Вопрос один: атаковать или не атаковать греков? Придворные уловили настрой своего господина (атаковать! немедленно! сам афинский стратег — за нас!) и угодливо призывали царя не мешкая напасть на греков. Лишь карийская царица Артемисия советовала отложить атаку. Женщина-воин разгадала план Фемистокла. Она понимала, что битва в узком проливе смертельно опасна для персов.

«Броненосцы» царицы

Но Ксеркс и другие «храбрецы» не прислушался к словам «трусливой» женщины и решил дать эллинам сражение немедленно. Персидские корабли вошли в Саламинский пролив. Началась битва.
В узком извилистом проливе тяжёлые и неповоротливые персидские корабли не смогли состязаться с быстроходными и манёвренными греческими триерами. Греки таранили обитыми железом носами своих кораблей суда персов, отправляя их на морское дно. В рядах персов началась паника, что ещё более ухудшило их положение. Персидские корабли, спасаясь от атак греков, начали бросаться из стороны в сторону, тараня свои же корабли.
Лишь пять кораблей Артемисии в этой свалке сумели сохранить строй. К тому же карийские корабли были обшиты листами меди, то есть имели своего рода «броню». Царица же показала себя толковым флотоводцем и стратегом. Она не боялась неожиданных и жёстких решений. Так, в момент атаки греками её флагманского корабля Артемисия нашла выход из положения необычным способом. Уворачиваясь от удара греческой триеры, она намеренно приказала направить свой корабль на судно «союзников» персов и протаранить его, отправив на дно вместе со всем экипажем. Корабль афинян оставил Артемисию в покое, решив, что она сражается на их стороне.
Царь Ксеркс наблюдал за ходом битвы с близлежащего берегового холма. Он видел разгром своего флота. Он не мог не обратить внимание на отважное поведение царицы Артемисии. Когда Артемисия прорвалась сквозь строй окруживших её греческих кораблей, он обратился к персам, громогласно заявив: «Сегодня мои мужчины превратились в женщин, а женщины стали мужчинами!».
В Саламинском проливе флот персов потерпел полное поражение. Угроза греческой независимости была отражена.
После разгрома под Саламином персы собрали новый военный совет. И здесь уже к словам Артемисии прислушивались более внимательно, чем накануне битвы. Артемисия дала Ксерксу единственно верный совет — вернуться в Малую Азию и готовиться к новой военной кампании. А в этом году в Греции продолжать боевые действия бессмысленно.
Ксеркс последовал совету женщины (несмотря на то что главный военачальник Ксеркса — Мардоний — настаивал на продолжении войны). Вот как сильно вырос — всего за один день! — авторитет карийской царицы.
Дальнейшая судьба Артемисии доподлинно неизвестна. Сохранилась легенда, записанная спустя столетия после Саламинской битвы. Согласно этой легенде, Артемисия якобы страстно влюбилась в мужчину по имени Дарданий. Но тот отвёрг её. Тогда Артемисия, выслушав решение оракула, бросилась со скалы в Эгейское море…